Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
Максим Снегирёв - обычный парень из провинции. Учится в Питере, на лето приезжает к тётке в деревню, чинит свой старый мотоцикл и не знает, чего хочет от жизни. Варя Соболева - дочь олигарха. Её лето - это вынужденное заточение на даче, подальше от московской суеты и светских обязанностей. У них нет ничего общего: ни денег, ни статуса, ни круга общения. Только пыльная дорога, сломанная машина и её голубые глаза, в которых Максим тонет с первой секунды.
Три месяца свободы, земляники, мятного чая на чердаке и обещаний, которые разбиваются о суровую реальность. Армия, горная река, в которой он едва не погибнет, и письма, которые никогда не доходят до адресата. А через десять лет он войдёт в её дом под чужим именем - чтобы охранять ту, которую не смог забыть.
«Снегирь» - это история первой любви, которая становится судьбой. О том, как два одиночества нашли друг друга. И о том, что настоящее чувство не умирает даже после десяти лет разлуки.
Приквел к роману: Телохранитель для пышки.
Три месяца свободы, земляники, мятного чая на чердаке и обещаний, которые разбиваются о суровую реальность. Армия, горная река, в которой он едва не погибнет, и письма, которые никогда не доходят до адресата. А через десять лет он войдёт в её дом под чужим именем - чтобы охранять ту, которую не смог забыть.
«Снегирь» - это история первой любви, которая становится судьбой. О том, как два одиночества нашли друг друга. И о том, что настоящее чувство не умирает даже после десяти лет разлуки.
Приквел к роману: Телохранитель для пышки.
🤎 🤍 🤎 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🤎 🤍 🤎
— Ваш муж сказал, что хочет познакомить наших детей, — нагло говорит любовница моего мужа. — Я сначала удивилась, конечно. Но потом подумала — он прав. Дети не виноваты, что у него две семьи.
Две семьи.
У моего мужа — двое детей.
Одна — моя дочь. Второй — её сын.
Четыре года. Ровно столько, сколько он клялся мне в любви по утрам и целовал перед сном.
Четыре года я была дурой в голубом сарафане, который он подарил мне на годовщину.
Четыре года она была его настоящей женой. А я — прикрытием.
«Разойдитесь по-тихому, — говорит она мне. — Он всё равно давно не ваш».
Но я ещё не знаю, что это — даже не предательство. Настоящий удар мне ещё только предстоит получить.
— Ваш муж сказал, что хочет познакомить наших детей, — нагло говорит любовница моего мужа. — Я сначала удивилась, конечно. Но потом подумала — он прав. Дети не виноваты, что у него две семьи.
Две семьи.
У моего мужа — двое детей.
Одна — моя дочь. Второй — её сын.
Четыре года. Ровно столько, сколько он клялся мне в любви по утрам и целовал перед сном.
Четыре года я была дурой в голубом сарафане, который он подарил мне на годовщину.
Четыре года она была его настоящей женой. А я — прикрытием.
«Разойдитесь по-тихому, — говорит она мне. — Он всё равно давно не ваш».
Но я ещё не знаю, что это — даже не предательство. Настоящий удар мне ещё только предстоит получить.
— Ты слишком сладкая для моего спокойствия, пышка…
Я пришла в ресторан Аслана Бекова всего лишь на работу.
Хотела печь десерты, получать зарплату и не влюбляться в опасных мужчин.
Но в первый же день я уронила торт прямо на кавказского босса.
Теперь он смотрит на меня так, будто уже присвоил.
Слишком большой.
Слишком властный.
Слишком опасный.
А ещё — безумно красивый.
Только вот такие мужчины не ухаживают.
Они забирают.
— Не подходи ко мне!
— Поздно, девочка. Я уже подсел на тебя.
Он ненавидит, когда на меня смотрят другие.
Ревнует.
Контролирует.
Сводит с ума своими прикосновениями.
А я слишком хорошо помню, как больно быть «неидеальной» для мужчины…
Вот только Аслан, кажется, готов уничтожить любого, кто посмеет назвать меня недостаточно красивой.
Я пришла в ресторан Аслана Бекова всего лишь на работу.
Хотела печь десерты, получать зарплату и не влюбляться в опасных мужчин.
Но в первый же день я уронила торт прямо на кавказского босса.
Теперь он смотрит на меня так, будто уже присвоил.
Слишком большой.
Слишком властный.
Слишком опасный.
А ещё — безумно красивый.
Только вот такие мужчины не ухаживают.
Они забирают.
— Не подходи ко мне!
— Поздно, девочка. Я уже подсел на тебя.
Он ненавидит, когда на меня смотрят другие.
Ревнует.
Контролирует.
Сводит с ума своими прикосновениями.
А я слишком хорошо помню, как больно быть «неидеальной» для мужчины…
Вот только Аслан, кажется, готов уничтожить любого, кто посмеет назвать меня недостаточно красивой.
💚🤍💚 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💚🤍💚 ТОЛЬКО СЕГОДНЯ СВЕРХНИЗКАЯ ЦЕНА 💚🤍💚
— Вы уволены, Лика. С вещами на выход.
— Но… Максим Александрович! За что? Я же лучший кондитер в вашем холдинге! Все ваши инвесторы в восторге от моих десертов!
— В восторге, да? А от этого они тоже будут в восторге?
Он резко разворачивает ко мне экран ноутбука. На дисплее — детальный, чертовски талантливый карандашный набросок. На нем мой суровый, ледяной босс. Абсолютно обнаженный. Порочно красивый. И прорисованный до самых интимных мелочей… которые я вообще-то видеть не могла.
— Я… я просто… это случайность! — заикаюсь я, пятясь назад и чувствуя, как пышная грудь испуганно вздымается под тесной блузкой. — Это просто фантазия!
Макс медленно поднимается из-за стола. Огромный. Властный. Хищный.
— Случайность, значит? — его ладонь ложится на мою талию, до боли сжимая округлое бедро. — Что ж, Лика… Раз уж ты так подробно меня нарисовала, теперь тебе придется отработать этот рисунок. В моей постели.
— Вы уволены, Лика. С вещами на выход.
— Но… Максим Александрович! За что? Я же лучший кондитер в вашем холдинге! Все ваши инвесторы в восторге от моих десертов!
— В восторге, да? А от этого они тоже будут в восторге?
Он резко разворачивает ко мне экран ноутбука. На дисплее — детальный, чертовски талантливый карандашный набросок. На нем мой суровый, ледяной босс. Абсолютно обнаженный. Порочно красивый. И прорисованный до самых интимных мелочей… которые я вообще-то видеть не могла.
— Я… я просто… это случайность! — заикаюсь я, пятясь назад и чувствуя, как пышная грудь испуганно вздымается под тесной блузкой. — Это просто фантазия!
Макс медленно поднимается из-за стола. Огромный. Властный. Хищный.
— Случайность, значит? — его ладонь ложится на мою талию, до боли сжимая округлое бедро. — Что ж, Лика… Раз уж ты так подробно меня нарисовала, теперь тебе придется отработать этот рисунок. В моей постели.
— Это всё ничего не значит, — будничным тоном произносит муж. — Так, мелкая интрижка. Ты была и останешься моей женой. Бросать я тебя не собираюсь.
Он смотрит на меня с такой гордостью, словно совершил геройский поступок.
— Думаешь, мне должно от этого стать легче?! — взрываюсь я.
— Не повышай на меня голос! Я не маленький мальчик, чтобы распинаться сейчас перед тобой. Да, у меня есть роман на стороне. Для мужчины моего возраста это абсолютно нормально.
— Нормально?!
— Да. Такова мужская натура — хотеть разнообразия.
— Нет, Марк. Это ненормально...
— Хватит жить в своём розовом мире, — перебивает. — В реальности нет мужчин, которые на все сто верны своим жёнам. Прими это и смирись.
Но я не приняла и тем более не смирилась. Я ушла от предателя, в надежде больше никогда с ним не встречаться. Но спустя годы судьба сталкивает нас самым неожиданным способом. Кто бы мог подумать, что Марк станет директором спортивной школы, в которую поступил мой сын…
Он смотрит на меня с такой гордостью, словно совершил геройский поступок.
— Думаешь, мне должно от этого стать легче?! — взрываюсь я.
— Не повышай на меня голос! Я не маленький мальчик, чтобы распинаться сейчас перед тобой. Да, у меня есть роман на стороне. Для мужчины моего возраста это абсолютно нормально.
— Нормально?!
— Да. Такова мужская натура — хотеть разнообразия.
— Нет, Марк. Это ненормально...
— Хватит жить в своём розовом мире, — перебивает. — В реальности нет мужчин, которые на все сто верны своим жёнам. Прими это и смирись.
Но я не приняла и тем более не смирилась. Я ушла от предателя, в надежде больше никогда с ним не встречаться. Но спустя годы судьба сталкивает нас самым неожиданным способом. Кто бы мог подумать, что Марк станет директором спортивной школы, в которую поступил мой сын…
— Пап, ну пусть она поживёт у нас неделю, этот псих Марат обещал её убить!
Голос Кати звенит на всю гостиную. Я стою в дверях, вжимаю пальцы в лямку рюкзака и молюсь, чтобы пол подо мной не провалился. Синяк под глазом пульсирует, губа саднит.
Мужчина в кресле даже не смотрит на дочь. Он смотрит на меня. Лениво, с ног до головы, будто я вещь на оценку.
— И ради этого прыщавого подростка ты мне ломаешь вечер? — голос низкий, вкрадчивый. — Она похожа на побитую кошку с помойки.
У меня внутри всё закипает. Я не позволю себя унижать. Да и прыщей у меня нет!
— А вы похожи на старого индюка, который слишком много сидит на ботоксе.
Катя замирает. Вот ведь ляпнула…
Мужчина молчит секунду. Потом улыбается. Остро так, опасно.
— Забавно. Ладно, три дня. Даю ровно три дня. Потом — ищи другое убежище.
Голос Кати звенит на всю гостиную. Я стою в дверях, вжимаю пальцы в лямку рюкзака и молюсь, чтобы пол подо мной не провалился. Синяк под глазом пульсирует, губа саднит.
Мужчина в кресле даже не смотрит на дочь. Он смотрит на меня. Лениво, с ног до головы, будто я вещь на оценку.
— И ради этого прыщавого подростка ты мне ломаешь вечер? — голос низкий, вкрадчивый. — Она похожа на побитую кошку с помойки.
У меня внутри всё закипает. Я не позволю себя унижать. Да и прыщей у меня нет!
— А вы похожи на старого индюка, который слишком много сидит на ботоксе.
Катя замирает. Вот ведь ляпнула…
Мужчина молчит секунду. Потом улыбается. Остро так, опасно.
— Забавно. Ладно, три дня. Даю ровно три дня. Потом — ищи другое убежище.
Я выиграла отпуск в Италию. Мечтала, что мы с мужем будем гулять по Риму, есть пиццу и целоваться у фонтана Треви.
А он нашёл другую. В нашем номере. Пока я ждала его на пляже.
Я убежала в слезах. Плакала на берегу. А потом ко мне подошёл незнакомец.
Он не спросил, почему я плачу. Просто сел рядом и предложил вино.
Я не знала, что этот итальянец станет моим мужем. Отцом моего ребёнка. Моей новой жизнью.
А он нашёл другую. В нашем номере. Пока я ждала его на пляже.
Я убежала в слезах. Плакала на берегу. А потом ко мне подошёл незнакомец.
Он не спросил, почему я плачу. Просто сел рядом и предложил вино.
Я не знала, что этот итальянец станет моим мужем. Отцом моего ребёнка. Моей новой жизнью.
У меня была чудесная семья. Заботливый любящий муж, прекрасный сын и всё казалось было хорошо, но случайная встреча перевернула мою жизнь с ног на голову.
В город вернулся он…
Тимур… Когда-то я как одержимая любила его, сгорала от страсти в его объятиях.
Вернувшись, он разрушил мою жизнь.
Или это сделала я сама?
Это история о страсти, которая разрушает. О выборе, после которого не бывает «как раньше». И о любви, которая способна простить и исцелить.
В город вернулся он…
Тимур… Когда-то я как одержимая любила его, сгорала от страсти в его объятиях.
Вернувшись, он разрушил мою жизнь.
Или это сделала я сама?
Это история о страсти, которая разрушает. О выборе, после которого не бывает «как раньше». И о любви, которая способна простить и исцелить.
♥️🤍♥️ КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ♥️🤍♥️ ТОЛЬКО СЕГОДНЯ СВЕРХНИЗКАЯ ЦЕНА ♥️🤍♥️
— Марьяна, ты хоть понимаешь, что сейчас творишь? — его голос вибрирует, проходя сквозь меня ледяной дрожью.
Я судорожно сглатываю, вжимаясь в спинку кресла. Его ладонь намертво перекрывает мой путь к отступлению.
— Я... я просто работаю, Ярослав Николаевич.
— Работаешь? — он усмехается, и эта ухмылка лишает меня остатков воли. — Ты играешь со мной в опасные игры, сладкая.
В дверях кабинета замирает Карина, сжимая в руках папки.
— Ярослав, ты же не хочешь связываться с этой... неликвидной девицей? — цедит она, не скрывая ненависти.
Он медленно переводит на нее взгляд, а затем снова возвращается ко мне. Его пальцы грубо, касаются моего подбородка.
— Она — мой самый ценный трофей, Карина. И теперь она принадлежит только мне.
— Но я же... — лепечет она.
— Ты уволена. А ты, Марьяна... — он наклоняется к самому моему уху, и от его дыхания по телу бегут искры. — Ты придешь ко мне сегодня в десять.
— Марьяна, ты хоть понимаешь, что сейчас творишь? — его голос вибрирует, проходя сквозь меня ледяной дрожью.
Я судорожно сглатываю, вжимаясь в спинку кресла. Его ладонь намертво перекрывает мой путь к отступлению.
— Я... я просто работаю, Ярослав Николаевич.
— Работаешь? — он усмехается, и эта ухмылка лишает меня остатков воли. — Ты играешь со мной в опасные игры, сладкая.
В дверях кабинета замирает Карина, сжимая в руках папки.
— Ярослав, ты же не хочешь связываться с этой... неликвидной девицей? — цедит она, не скрывая ненависти.
Он медленно переводит на нее взгляд, а затем снова возвращается ко мне. Его пальцы грубо, касаются моего подбородка.
— Она — мой самый ценный трофей, Карина. И теперь она принадлежит только мне.
— Но я же... — лепечет она.
— Ты уволена. А ты, Марьяна... — он наклоняется к самому моему уху, и от его дыхания по телу бегут искры. — Ты придешь ко мне сегодня в десять.
— Веня, а кто такая Лера?
Муж застывает, но это длится всего секунду.
— Ты залезла ко мне в телефон?
Я игнорирую его вопрос своим:
— Ты её любишь?
— Ась, лучше не поднимай эту тему.
– Почему это? – взрываюсь я. – Ты считаешь ее красивой, а меня нет?
Муж устало смотрит на меня и добивает вопросом:
— Ты сама-то считаешь себя красивой?
– Да! – вырывается у меня.
– А в зеркало ты давно на себя смотрела? – делает муж контрольный в голову. — Скоро в дверь не пролезешь…
Муж застывает, но это длится всего секунду.
— Ты залезла ко мне в телефон?
Я игнорирую его вопрос своим:
— Ты её любишь?
— Ась, лучше не поднимай эту тему.
– Почему это? – взрываюсь я. – Ты считаешь ее красивой, а меня нет?
Муж устало смотрит на меня и добивает вопросом:
— Ты сама-то считаешь себя красивой?
– Да! – вырывается у меня.
– А в зеркало ты давно на себя смотрела? – делает муж контрольный в голову. — Скоро в дверь не пролезешь…
Подборка эмоциональных коротких любовных романов
Выберите полку для книги