Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»

— Ты знаешь, что твой герой у пациента жену увел? — Он говорит спокойно, без яда, как докладывают анализы. — У уголовника, между прочим. Потому что для него это норма, Кать. Кровь, притоны, поножовщина — это его среда. Он не в нее попал. Он из нее.
— Ты не знаешь, о чем, говоришь, Антон.
— И кончают там все одинаково, — продолжает он тем же ровным тоном врача на обходе. — Сопьется. Или на вызове дождется ножа поточнее. Или... — он поднимает на меня глаза, — вот, кстати. Этого его уголовника сегодня отпустили...

Мы все делали правильно. Работа. Пациенты. Мы.
Теперь есть "мы" и этого так много.
И нам ничего не мешало. Все можно было решить завтра...
Только "завтра" может не быть.

— В понедельник пришлите мне остатки декабрьской. Все до метра, я сама пересчитаю.
— Пришлю. — Управляющая подняла воротник и пошла со мной до машины. — А я сегодня вашего мужа видела.
— Где?
— В «Бакене», с шариками. Я мимо ехала, у них окна в пол, всё насквозь видно. Там детский праздник.
— Он с четверга в Петербурге.
— Значит, обозналась. Там народу полно было, шары эти.
— Бывает. Про декабрьскую не забудьте.
— Домой? — Водитель держал руку на рычаге.
— Нет. На Волжскую набережную, к «Бакену».
— Это где банкеты?
— Да. Встанете под окнами, там есть карман.
Мы встали во втором ряду, прямо перед стеклом. Из машины я не выходила минуты четыре.
За стеклом шло шоу с мыльными пузырями. Ярусный торт стоял на отдельном столе, шары висели под потолком гроздями.
Посреди зала мой муж держал на руках девочку лет пяти. На ней была бумажная корона, золотая, сползшая набок, и на ободе печатными буквами: «Мне 5». Он подкинул её повыше, чтобы она увидела стол поверх голов.
Рядом стояла

— Что здесь происходит?! — за спиной медсестры раздается грозный низкий голос.
Девушка разворачивается, и я вижу за ней мужчину в деловом костюме, в накинутом на плечи белом халате.
— Здравствуйте, Герман Денисович… — теряется медсестра.
Я сижу абсолютно спокойно и продолжаю кормить второго малыша. Мужчина долго смотрит на нас. В глазах стоят слезы. В нем сейчас плещется боль, страдание и сильная любовь, и…благодарность.
— Он ест? — наконец выдыхает он.
Я отдаю медсестре сытого младенца и беру второго. Он тут же принимается за дело. Отец мальчиков берет на руки сытого сынишку и нежно смотрит на него.
— Они хорошо кушают грудь. И им трудно будет подобрать смесь, — отвечаю я тихо.
— Вы, — он обращает на меня строгий взгляд карих глаз. — Едете со мной. Я заплачу любые деньги. Пожалуйста.
Я опускаю голову, не зная, что делать. Мне очень хочется помочь этим крохам, которые так рано остались без мамы. Да и я к ним привязалась. Но нужна ли такая кормилица, у которой свой младенец?

🖤🤍🖤 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🖤🤍🖤 ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! 🖤🤍🖤

— Если я тебе когда-нибудь изменю, Сима, столкни меня за борт. Я разрешаю.
— Осторожнее с желаниями, любимый.

Пятнадцать лет брака научили меня верить мужу безоговорочно.

Поэтому, когда в нашем круизе появляется одинокая молодая девушка, мне даже в голову не приходит ревновать.
Мне её жаль.
До той ночи, когда я нахожу её на тёмной палубе.
На моём муже.

— Сима, я могу объяснить.
Пятнадцать лет я верила этому мужчине и отдала ему всю свою жизнь.
Сегодня посреди океана мне предстоит решить, что от неё останется.
И, кажется, Родион зря разрешил мне столкнуть его… за борт.

Я всего лишь санитарка в роддоме. В ту ночь ко мне приползла умирающая женщина и умоляла спасти её новорождённого сына. Я солгала врачам, спрятала малыша и стала его матерью. Но за ним охотятся убийцы, и меня нашёл дядя малыша — Родион. Безжалостный криминальный авторитет, который приказал мне выйти за него замуж.

— Ты думаешь, я хочу этого? — рычит он. — Но если я оставлю тебя, вас убьют. Ты станешь моей женой, матерью моего племянника.

Он силой увозит меня в свой дом, где я ненавижу его за сталь и холод. Но когда я вижу, как он на коленях плачет над кроваткой ребёнка, я понимаю: мы оба боремся за одну жизнь. Нас объединяет кровь, ложь и любовь. Я должна научиться доверять убийце, чтобы защитить своего мальчика, но с каждым днем это становится все труднее...

На свадьбе единственной дочери я собиралась плакать только от счастья.
Но вместо трогательного семейного фильма на огромном экране запустилась другая запись. Мой муж целовал нашу коммерческую директрису в холодильном терминале и обещал подарить ей компанию, которую мы строили двадцать два года.
Он ещё не знал, что звук слышит весь банкетный зал.
А я ещё не знала, что его любовница носит под сердцем ребёнка.
В сорок пять легко решить, что твоя жизнь закончилась. Особенно когда муж блокирует счета, подделывает документы и объявляет тебя истеричной женщиной, неспособной управлять серьёзным бизнесом.
Но он забыл одну мелочь.
Пока Виктор изображал владельца мясной империи, именно я договаривалась с сетями, спасала сорванные поставки и помнила каждую цифру в договорах.
Он решил отнять у меня компанию?
Придётся напомнить предателю, кто её создал!

— Ты здесь не нужна, Оля справится, — расслабленно тянет командир.

Я примчалась среди ночи, думая, что он задыхается от очередного приступа, а застала его с девушкой…В шелковом халате.

Пять лет я была для него верной собачкой.
Координировала, вытаскивала с того света, собирала по кускам, втайне надеясь на то, что он чувствует ко мне нечто большее, чем боевой товарищ или подчиненная.

Но он решил построить свою "нормальную" жизнь без меня.

Что ж…Приказ принят.

Я бросаю на стол рапорт об увольнении, меняю берцы на шпильки и говорю «да» другому мужчине.

Вот только упрямый офицер не умеет отпускать свое.
Теперь он вдруг срывается с цепи, осознав кого потерял.
Но…

Вы опоздали, товарищ подполковник. Я больше не ваша Тень.

— Лика беременна. Двенадцать недель, мальчик — анализ уже подтвердил.
Муж объявляет о разводе прямо посреди ординаторской, даже не закрыв дверь от коллег.
— А ты за пять лет брака оказалась бесплодным пустоцветом, Катя. Освободи мой дом и перепиши патенты отца.

Пять лет я плакала по ночам в ванной и винила себя в каждой неудачной попытке. А в кармане моего халата прямо сейчас сжат снимок утреннего УЗИ: двойня, семь недель, у обоих бьётся сердце.

Но Марк никогда не узнает о детях. Как не знает и о том, что я открыла отцовский сейф: эмбрионы в клинике годами убивал технический яд, на котором муж со свекровью отмывали миллионы.

Я заберу разработки отца, аннулирую лицензии и подам на развод.

Я вхожу в офис как на сцену. Меня наняли к самому Марату Тагирову — ледяному адвокату, который терпеть не может, когда кто-то нарушает его идеальный порядок. Он называет меня «колючкой». Я называю его занудой.

— Ты кто вообще такая? — цедит он, сверля меня взглядом.
— Ваша новая головная боль, — улыбаюсь я. — Договорились?

С этого момента начинается наша война. А потом он предлагает контракт: три дня притворяться его женой на курорте, чтобы спасти сделку на полмиллиарда. Цена вопроса — моя невинность, о которой он не знает. Игра, ненависть, поцелуи для камер. Но когда гаснут камеры и падают все маски, становится ясно: победителей здесь не будет. Будут только двое, сгорающих в пламени, которое сами разожгли.

— Лена, срочно, там пациентке плохо.
— В смысле плохо, кому? — спросила я, на бегу натягивая халат. — Случайно, не Лещинской?
— Да, вроде.
— Тогда всё понятно. Иди пока приготовь кресло, а я зайду в палату её осмотрю.
— Ну что, всё-таки добились своего?
— Давай делай что-нибудь, я сейчас с ума сойду от боли, — прохрипела Ирина.
— Не сойдёшь. Сейчас я тебя осмотрю. Схватки давно начались?
— Давно. Я терпела. Я просто не хочу этого ребёнка, понимаете? Я хочу, чтобы вы сделали мне аборт. Я никогда не хотела ребёнка, а муж просто повернулся на том, как ему нужен наследник. Я думала, что потерплю как-нибудь, но я его уже ненавижу. Сначала меня тошнило три месяца, потом стал расти живот, я не могу смотреть на себя в зеркало, теперь он толкается там. Я не могу больше, избавьте меня.
— Это уже не аборт, на таком сроке — это настоящее убийство!
Я осмотрела пациентку и повела её в родильный зал. Через двадцать минут всё было закончено. Ребёнок родился, но признаков жизни не подавал.