Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»

— Скорее бы утро уже, да? – с предвкушением в голосе спрашивает Лёля.
— Дед Мороз может прийти и пораньше, — многозначительно добавляет Мишутка.
А я нервно комкаю в руках салфетку, думая, как бы помягче им объяснить, что не стоит ждать слишком многого, ведь Дед Мороз может исполнить далеко не каждое желание. Тем более такое…
Уже открываю рот, чтобы начать, но меня прерывает неожиданно громкий стук в дверь.
Дети испуганно замирают, а затем, как по команде выскакивают из-за стола.
— Это к нам! – на ходу кричат они и, не дожидаясь меня, распахивают входную дверь, чтобы тут же радостно ахнуть: – Дед Мороз исполнил наше желание! Он принес нам папу!
***
Я хотела порадовать детей новогодними каникулами в деревне, но мой сюрприз затмил собой незнакомец, внезапно появившийся на нашем пороге. Ведь дети искренне уверены, что он – тот самый папа, которого они загадали Деду Морозу.

— Вас подвезти?

У обочины остановился огромный внедорожник. К опущенному стеклу наклонился тот самый нахал, что выхватил из-под носа бахилы.

— Нет, спасибо, я к незнакомцам в машину не сажусь.

Хватило ей одного урока. Когда-то к ней точно так же подкатил Аркадий. Улыбнулся ослепительно, и она растаяла. А двенадцать лет спустя — соскребала себя с асфальта, когда увидела его с другой. Молодой и красивой. С пухлыми губами, вызывающе торчащим бюстом и длинными ногами. Тогда Варвара почувствовала себя не тридцатитрёхлетней женщиной, а древней старухой, которую, за ненадобностью, выставили из дома.

— Разве я незнакомец? — удивился отец Стаса и широко улыбнулся. — Яжпапка.

– Не так уж ты и скучал, – смеется та женщина. – Насколько я помню, ты женат!..
– Это все ерунда… Ты же знаешь, я всегда любил только тебя, – голос моего мужа дрожит от эмоций. – Всегда. С самого первого дня, как мы встретились.
Ерунда? Наш брак длиною пять лет для него ерунда?
– Ты вышла замуж… Тогда я и женился. От отчаяния, – он целует ее снова, я слышу каждый звук. – Я не мог больше быть один. Не мог просыпаться каждое утро и думать о том, что ты с другим. А Аня... она для меня ничего не значит. Совсем ничего. Я женился на ней, потому что она была рядом, потому что согласилась. Но каждую ночь, лежа рядом с ней, я думал только о тебе. Все эти годы.
Я невольно подслушала сцену страсти в соседней примерочной кабинке. И с ужасом обнаружила, что страстный любовник за шторкой - мой муж. Он обещает своей пассии бросить жену. Но кажется, не спешит выполнить свое обещание...

Сборник небольших рассказов о любви - многогранной, счастливой и трагической, романтичной и реальной.

— Мам, смотри, а дядя говорит, что тоже едет в Великий Устюг!
Этот «дядя» смотрел на меня такими же синими, как у Максима, глазами. В его взгляде читалось такое же, как у меня, неподдельное потрясение. Он явно не ожидал увидеть меня здесь. Как и я его.
— А это моя мама, Вика! А как вас зовут?
В нашем купе, в нашем поезде, прямо напротив моего сына сидел Денис. Тот, кого я мечтала забыть, но так и не смогла.
Отец моего Макса.

***
Мой сын всегда мечтал увидеть настоящего Деда Мороза, и в этом году мы с ним поехали на встречу с главным волшебником. Я хотела подарить Максу чудо, но вместо чуда я встретилась со своим кошмаром.
Но именно он сотворил настоящее волшебство...

— Я серьёзно, Ника, что-то странное происходит. Все... будто сторонятся меня. Парни избегают общения. И у меня постоянное чувство, будто за мной кто-то следит!

— Саби, — тревожно вздыхает Ника, — может, тебе успокоительные попить...

Кажется, она хочет сказать что-то ещё, но вдруг замолкает и смотрит куда-то мне за спину. Я прослеживаю её взгляд.

— Это случайно не машина друга твоего отца?

По телу пробегает дрожь.

Это действительно Игнатов. Тот самый, у которого я ночевала, когда сбежала из дома. И он смотрит на нас. Точнее, на меня.

Что он здесь делает?

Пошло-банальная история: жили - не тужили. А потом - бабах! И мир перевернулся.
И муж теперь - однозначно не любящий муж, а какое-то незнакомое злобно-пышущее обвинениями существо, и лучшая подруга - вообще даже символически не подруга.
Тебе - тридцать один год. Жизнь устоялась, хорошенько отладилась. Живи и радуйся своему маленькому счастью, к которому, беспечно распахнув душу, ты все эти годы шла.
И что теперь будет с семьёй, с ней, с маленьким и таким замечательным сыном?
Конечно, что будет с ПСЕВДО-семьёй, понятно - не было, как оказалось, никакой семьи. Не было...
А ведь надо бы эту всю грязь пятилетнему Ванечке как-то объяснить. И как-то привыкнуть жить. Жить с тем, что имеешь.
Но старая мудрая истина, на то и истина, чтобы главенствовать над всем: всё, что ни делается, всё - к лучшему.
А ведь могла бы до старости так и прожить в призрачном замке на песке. И Прекрасного Принца могла бы не повстречать. Вернее, Он - никакой не Принц, а Бэтмэн!:)))

Предав, муж указал «с вещами на выход». Но это был не выход, а вход. Вход в новую жизнь. «Сила женщины в ее слабости», любил повторять муж. Бывший муж. А я решила стать настолько сильной, чтобы больше не слушать чудаков с буквы «м»

—Пора прекращать быть жертвой, и взять то, что тебе нужно. Ты же хочешь выжить?
— Да, — на этот вопрос могу ответить твердо.
— И на что ты готова ради этого?
— На все!— вырывается у меня прежде, чем я успеваю обдумать. — Я готова на все.
Демид замирает. Его взгляд меняется, в нем вспыхивает что-то острое, хищное, заинтересованное.
— «На все» — это сильно сказано, — произносит он тихо. Его палец касается моей щеки, проводит по линии скулы. Прикосновение обжигает, и я замираю, не ожидая от него подобного. — Слова нужно подтверждать действием.


Что вы сделаете, если в худший день жизни в вашу машину ворвется опасный незнакомец, и под дулом пистолета предложит выбор: перешагнуть через принципы, или продолжать быть жертвой?
Вот и я сделала это. Переступила черту. И теперь должна понять, как после этого жить дальше.

Я вошла.  Воздух внутри был густым, тяжелым и сладким от смеси дорогих парфюмов и большого количества гостей.  Меня окутала волна тепла и громкого, беспечного, почти истеричного веселья. Никто не обратил на меня внимания.  Гости группами стояли в холле и в гостинной у огромного камина, в проемах дверей. Все были красивы, ухожены, одеты с безупречной, слегка холодной элегантностью.  Я пробиралась сквозь эту толпу, ища знакомые лица, ища его. Мое зеленое платье вдруг показалось мне кричаще ярким и безвкусным на фоне их сдержанных вечерних туалетов. Первой меня увидела Алина.  Она несла поднос с закусками, смеясь чему-то, перебрасываясь колкостями с высоким седым мужчиной, и ее улыбка, такая же безупречная, как и ее платье, застыла, а затем медленно сползла с лица.  Она побледнела, словно увидела призрак. Ее глаза, широко раскрывшись, метнулись куда-то вглубь дома, к лестнице, ведущей на второй этаж, потом снова ко мне и в них читалось такое отчаянное, жгучее сочувствие...