Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»
— Почему ты такая ненасытная? После развода я дал тебе деньги на покупку жилья вам с сыном, плачу приличные алименты. Что тебе ещё нужно?
— Мне нужен был ты, и больше ничего. Ты предал меня. Жаль, что ты это до сих пор не понял.
— Алён, не ври. Если ты до сих пор меня любишь, то почему мучаешь?
— Я не прощаю измены, Эд, и я раздену тебя до ниточки, вот увидишь. Я отомщу тебе.
Мой муж изменил мне после шести лет брака и думает, что сможет откупиться от меня деньгами, как он привык, но он не понял главного: задето моё самолюбие, и я отомщу ему сполна за то, что он не смог сохранить нашу семью.
— Мне нужен был ты, и больше ничего. Ты предал меня. Жаль, что ты это до сих пор не понял.
— Алён, не ври. Если ты до сих пор меня любишь, то почему мучаешь?
— Я не прощаю измены, Эд, и я раздену тебя до ниточки, вот увидишь. Я отомщу тебе.
Мой муж изменил мне после шести лет брака и думает, что сможет откупиться от меня деньгами, как он привык, но он не понял главного: задето моё самолюбие, и я отомщу ему сполна за то, что он не смог сохранить нашу семью.
— Это непростительная ошибка. Мы прекрасно понимаем, как это скажется на вашей семье…
— Повторите ещё раз! — просит муж.
— Биоматериалы для оплодотворения вашей супруги были перепутаны в лаборатории.
Я хватаюсь за сердце:
— Как это возможно?
— Использованный материал принадлежал вашему полному тёзке. Наши лаборанты допустили непростительную ошибку, о которой мы узнали только сегодня.
Саша отключает вызов и начинает громко смеяться.
Не естественно, не радостно.
Смех, похожий на лай.
— Саша? — мой голос тонет в этом безумном хохоте.
— Всё, на хер! Ребёнок не мой. Собирай вещи и проваливай.
— Повторите ещё раз! — просит муж.
— Биоматериалы для оплодотворения вашей супруги были перепутаны в лаборатории.
Я хватаюсь за сердце:
— Как это возможно?
— Использованный материал принадлежал вашему полному тёзке. Наши лаборанты допустили непростительную ошибку, о которой мы узнали только сегодня.
Саша отключает вызов и начинает громко смеяться.
Не естественно, не радостно.
Смех, похожий на лай.
— Саша? — мой голос тонет в этом безумном хохоте.
— Всё, на хер! Ребёнок не мой. Собирай вещи и проваливай.
Что может быть пошлее и болезненнее измены? Что может быть вульгарнее, чем когда, через десятилетия брака, у мужа заиграл банальный "бес в ребро"?
Как женщине, которую окружали незыблемая любовь, безмятежная уверенность в завтрашнем дне и стабильность крепкой семьи, пережить момент крушения всей её непритязательно-счастливой жизни?
Тем более, когда тебе не оптимистичных тридцать, а уже бесперспективных "хорошо за сорок"? Когда дети выросли и почти "оперились", когда впереди ожидалась спокойная "пенсия на горизонте"...
А тут - бабах! И у мужа - Большая Любовь, а у тебя - "ты ничего не понимаешь"!
Человеку, на фоне крушения надежд, остаётся лишь единственно дееспособное - гордость! Гордость и стремление, хотя бы, уважать себя!
Как женщине, которую окружали незыблемая любовь, безмятежная уверенность в завтрашнем дне и стабильность крепкой семьи, пережить момент крушения всей её непритязательно-счастливой жизни?
Тем более, когда тебе не оптимистичных тридцать, а уже бесперспективных "хорошо за сорок"? Когда дети выросли и почти "оперились", когда впереди ожидалась спокойная "пенсия на горизонте"...
А тут - бабах! И у мужа - Большая Любовь, а у тебя - "ты ничего не понимаешь"!
Человеку, на фоне крушения надежд, остаётся лишь единственно дееспособное - гордость! Гордость и стремление, хотя бы, уважать себя!
В первом классе я врезалась носом в лоб мальчика. Ему досталось сотрясение, а мне... Шнобель. И вот оно, чудо! Самый крутой хирург взялся забесплатно вернуть мне мой курносик.
Только так вышло, что как-то мы сразу не поладили и эта акция грозится превратить наши жизни в ад.
Только так вышло, что как-то мы сразу не поладили и эта акция грозится превратить наши жизни в ад.
— Твой отец подписал контракт, — произносит он, глядя мне в губы. — Ты теперь принадлежишь мне, Полина. Твое тело, время и жизнь. Пока я не решу иначе.
— Я не вещь, — выплевываю ему в лицо. — Контракты на людей незаконны. Я уйду отсюда прямо сейчас.
Его хватка на моем подбородке усиливается ровно настолько, чтобы причинить боль, но не оставить синяка.
— Ты выйдешь отсюда только тогда, когда я разрешу. А сейчас...
Он скользит большим пальцем по моей нижней губе, грубо оттягивая ее вниз. Это движение настолько интимное и унизительное, что у меня перехватывает дыхание.
— ...сейчас мы проверим, стоишь ли ты тех денег, которые я за тебя списал. Раздевайся.
— Что? — шепот срывается с губ.
— Ты слышала, — он отпускает мой подбородок и делает шаг назад, скрещивая руки на груди. — Сними это тряпье. Я хочу видеть, что купил.
— Я не вещь, — выплевываю ему в лицо. — Контракты на людей незаконны. Я уйду отсюда прямо сейчас.
Его хватка на моем подбородке усиливается ровно настолько, чтобы причинить боль, но не оставить синяка.
— Ты выйдешь отсюда только тогда, когда я разрешу. А сейчас...
Он скользит большим пальцем по моей нижней губе, грубо оттягивая ее вниз. Это движение настолько интимное и унизительное, что у меня перехватывает дыхание.
— ...сейчас мы проверим, стоишь ли ты тех денег, которые я за тебя списал. Раздевайся.
— Что? — шепот срывается с губ.
— Ты слышала, — он отпускает мой подбородок и делает шаг назад, скрещивая руки на груди. — Сними это тряпье. Я хочу видеть, что купил.
Он медленно поворачивает ко мне голову.
– Я… боюсь, – его голос хриплый от напряжения. – Я боюсь, что потеряю тебя, как потерял ее.
Он замолкает, глотая воздух.
– И когда ты сказала, что не знаешь, чего хочешь… это прозвучало как приговор. Как будто я снова потерял контроль, как будто все повторяется. И я… я оттолкнул тебя первым, чтобы не чувствовать этой боли, чтобы не дать себе надежды.
Он протягивает руку, касается моей щеки. Его пальцы ледяные от холода, но прикосновение – самое горячее, что я чувствую в жизни.
– Я не хочу терять тебя, Лена. Даже если это будет больно, даже если будет страшно. Я готов бороться со своими страхами и твоими сомнениями. Готовь ждать сколько угодно, пока ты не созреешь к чему-то серьезному. Только не уходи….
– Я… боюсь, – его голос хриплый от напряжения. – Я боюсь, что потеряю тебя, как потерял ее.
Он замолкает, глотая воздух.
– И когда ты сказала, что не знаешь, чего хочешь… это прозвучало как приговор. Как будто я снова потерял контроль, как будто все повторяется. И я… я оттолкнул тебя первым, чтобы не чувствовать этой боли, чтобы не дать себе надежды.
Он протягивает руку, касается моей щеки. Его пальцы ледяные от холода, но прикосновение – самое горячее, что я чувствую в жизни.
– Я не хочу терять тебя, Лена. Даже если это будет больно, даже если будет страшно. Я готов бороться со своими страхами и твоими сомнениями. Готовь ждать сколько угодно, пока ты не созреешь к чему-то серьезному. Только не уходи….
Муж изменил мне прямо на моих глазах, но вместо слезных извинений и мольбы о прощении, он сообщил, что его молоденькая любовница беременна.
Это был словно удар под дых. Он знал, что я из-за своей болезни не могу иметь детей, и решил найти замену. Более молодую. Более плодовитую.
Я ушла со скандалом, не зная что делать дальше. Завтра к нам должны были приехать из службы опеки, чтобы проверить жилищные условия. Но теперь об удочерении можно было забыть.
Я осталась одна. Без мужа, без дома и без работы. А единственный шанс все исправить - найти мужа "напрокат".
Это был словно удар под дых. Он знал, что я из-за своей болезни не могу иметь детей, и решил найти замену. Более молодую. Более плодовитую.
Я ушла со скандалом, не зная что делать дальше. Завтра к нам должны были приехать из службы опеки, чтобы проверить жилищные условия. Но теперь об удочерении можно было забыть.
Я осталась одна. Без мужа, без дома и без работы. А единственный шанс все исправить - найти мужа "напрокат".
Подозревая мужа в измене, решила у него напрямую спросить.
- Поклянись, что не изменял. Тем, что тебе дорого. Нашими детьми.
- Клянусь Мироном и Макаром, что не изменял тебе, любимая!
Я поверила, но после столкнулась с ним и его новым увлечением в ресторане. Подслушала их разговор.
- Свою кухарку-жену совсем терпеть не можешь, если при каждом удобном случае видишься со мной?
- Милая, жена – это рутина. С ней скучно. Пресно. Ты же непредсказуемая. С тобой каждый день, как праздник, который я хочу проживать снова и снова. В тебе столько энергии и страсти, что невозможно устоять. Даша не сравнится с тобой.
Резким движением отобрав у ошарашенного официанта две тарелки с дымящимися спагетти, я, как подобно валькирии, обрушила их содержимое на голову обоих.
- Ты все не так поняла! – кричал мне вслед муж, которого я уже мысленно записала в категорию бывших.
Я думала, что подам на развод и он оставит меня в покое, пока не случилось это…
- Поклянись, что не изменял. Тем, что тебе дорого. Нашими детьми.
- Клянусь Мироном и Макаром, что не изменял тебе, любимая!
Я поверила, но после столкнулась с ним и его новым увлечением в ресторане. Подслушала их разговор.
- Свою кухарку-жену совсем терпеть не можешь, если при каждом удобном случае видишься со мной?
- Милая, жена – это рутина. С ней скучно. Пресно. Ты же непредсказуемая. С тобой каждый день, как праздник, который я хочу проживать снова и снова. В тебе столько энергии и страсти, что невозможно устоять. Даша не сравнится с тобой.
Резким движением отобрав у ошарашенного официанта две тарелки с дымящимися спагетти, я, как подобно валькирии, обрушила их содержимое на голову обоих.
- Ты все не так поняла! – кричал мне вслед муж, которого я уже мысленно записала в категорию бывших.
Я думала, что подам на развод и он оставит меня в покое, пока не случилось это…
Я всегда жила в мире формул, где каждый запах можно было разложить на ноты. Я думала, что знаю всё о гармонии, пока не нашла свою — в самом простом, земном и неожиданном аромате. Это открытие должно было стать моим главным триумфом, но обернулось самым страшным предательством. Мою душу, разлитую по флаконам, украли, исказили и выставили на всеобщее осмеяние. Когда казалось, что всё потеряно, мы смогли доказать правду — не словами, а чем-то настоящим, живым, что нельзя подделать. Мы победили. Но в тот самый миг, когда мы праздновали нашу победу и наше общее будущее, этот триумф обернулся против нас. Успех, за который мы так боролись, оказался лишь новой, позолоченной клеткой, которая грозила разделить нас навсегда.
– Я хочу развод. Я полюбил другую, и сегодня познакомлю тебя со своей новой избранницей.
– Не понимаю! Что ты такое говоришь? – вскрикиваю.
– Я полюбил другую женщину, и решил честно сказать тебе об этом, – спокойно повторяет мерзавец. – Дочь, кстати, в курсе. Она рада и после развода хочет остаться со мной.
– Кто она, эта дрянь? – к горлу подступает ком.
– Сейчас узнаешь, – хмыкает муж.
Вскоре в дверях ресторана показывается она. Красное платье, агрессивный яркий макияж. В этой девице я узнаю свою лучшую подругу. Мы дружим с первого класса…
– Неужели это ты? Неужели всё, что сказал Костя – правда? – обречённо шепчу и чуть ли не плачу.
– Да, – горделиво вздёргивает нос. – Ты уж прости меня, подруга. Я Костю люблю ещё со школы. А он выбрал тебя. К счастью, он, наконец, понял, что я – его настоящая любовь. Так что, не будь дурой, любимая моя подруга, и уступи. Ты не выиграешь эту войну. Я стану его законной женой, и займу наконец это место, которое принадлежит мне по праву!
– Не понимаю! Что ты такое говоришь? – вскрикиваю.
– Я полюбил другую женщину, и решил честно сказать тебе об этом, – спокойно повторяет мерзавец. – Дочь, кстати, в курсе. Она рада и после развода хочет остаться со мной.
– Кто она, эта дрянь? – к горлу подступает ком.
– Сейчас узнаешь, – хмыкает муж.
Вскоре в дверях ресторана показывается она. Красное платье, агрессивный яркий макияж. В этой девице я узнаю свою лучшую подругу. Мы дружим с первого класса…
– Неужели это ты? Неужели всё, что сказал Костя – правда? – обречённо шепчу и чуть ли не плачу.
– Да, – горделиво вздёргивает нос. – Ты уж прости меня, подруга. Я Костю люблю ещё со школы. А он выбрал тебя. К счастью, он, наконец, понял, что я – его настоящая любовь. Так что, не будь дурой, любимая моя подруга, и уступи. Ты не выиграешь эту войну. Я стану его законной женой, и займу наконец это место, которое принадлежит мне по праву!
Русские романы
Выберите полку для книги