Книги в жанре «Женский роман» по тегу «izmena-i-predatelstvo»
– Я знаю, тебе это будет больно слышать, но… Мы с тобой давно разведены.
Пауза. Несколько секунд я даже не понимаю, что муж сказал.
– Подожди… Это как? – шепчу.
– Вот так, – Андрей вытаскивает листы, поворачивает ко мне. – Два года назад я всё оформил. Через людей. Тебя не трогал, чтобы не травмировать. Мы же и так жили… ну ты понимаешь… как соседи. – В его голосе жалость, как в плохом спектакле.
– Два года? – у меня плывёт картинка перед глазами. – Как это? Я ничего не знаю, я… я ничего не подписывала. А как же… – у меня в голове одна мысль, как набат, – как же квартира?
Он улыбается уголком рта. Хищно.
– А квартира, Кариночка, оформлена на меня, – произносит отчётливо, будто диктует ребёнку. – Так будет лучше. И безопаснее. – Пауза. – Не делай круглые глаза, ты же взрослая. Развод разводом, а бизнес – это бизнес.
____
Муж тайно со мной развелся и лишил жилья. А почти через год явился обратно, заявив что готов вернуть нашу семью…
Пауза. Несколько секунд я даже не понимаю, что муж сказал.
– Подожди… Это как? – шепчу.
– Вот так, – Андрей вытаскивает листы, поворачивает ко мне. – Два года назад я всё оформил. Через людей. Тебя не трогал, чтобы не травмировать. Мы же и так жили… ну ты понимаешь… как соседи. – В его голосе жалость, как в плохом спектакле.
– Два года? – у меня плывёт картинка перед глазами. – Как это? Я ничего не знаю, я… я ничего не подписывала. А как же… – у меня в голове одна мысль, как набат, – как же квартира?
Он улыбается уголком рта. Хищно.
– А квартира, Кариночка, оформлена на меня, – произносит отчётливо, будто диктует ребёнку. – Так будет лучше. И безопаснее. – Пауза. – Не делай круглые глаза, ты же взрослая. Развод разводом, а бизнес – это бизнес.
____
Муж тайно со мной развелся и лишил жилья. А почти через год явился обратно, заявив что готов вернуть нашу семью…
Когда Паша возвращается домой, я стою посреди гостиной с его ноутбуком в руках.
– Это не то, чем кажется, – произносит муж.
– Месяцы переписки не то, чем кажется? – переспрашиваю тихо.
– Просто интрижка. Это уже в прошлом.
Два слова. Просто интрижка. И ни разу: прости.
Я думала, что знаю масштаб катастрофы. Я ошибалась.
Я не искала правду. Просто зашла в кабинет мужа и увидела открытый ноутбук. Три секунды и мир раскололся пополам.
Четырнадцать лет брака. Двое детей. Дом, который я обустраивала с любовью. И переписка, которая всё это перечёркивает.
– Это не то, чем кажется, – произносит муж.
– Месяцы переписки не то, чем кажется? – переспрашиваю тихо.
– Просто интрижка. Это уже в прошлом.
Два слова. Просто интрижка. И ни разу: прости.
Я думала, что знаю масштаб катастрофы. Я ошибалась.
Я не искала правду. Просто зашла в кабинет мужа и увидела открытый ноутбук. Три секунды и мир раскололся пополам.
Четырнадцать лет брака. Двое детей. Дом, который я обустраивала с любовью. И переписка, которая всё это перечёркивает.
Я иду по коридору ЗАГСа и вдруг слышу голос жениха.
Открываю дверь и в груди будто что-то рвется на части.
Девушка в офисной юбке и блузке опирается о стол, а мой жених пристроился у нее сзади.
— Паша, у нас же свадьба… — вырываются у меня какие-то глупые, по-детски наивные слова. Будто они сейчас призовут моего жениха к совести.
Они расходятся. Поправляют одежду.
— Я нервничал перед свадьбой, понимаешь? — говорит мой жених. — Нужно было… разрядиться.
У меня голова идет кругом. У нас свадьба через пять минут, а ему нужно было разрядиться!
Моя привычная жизнь рухнула! Но за судьбой не заржавеет. Она все расставила по своим местам.
Открываю дверь и в груди будто что-то рвется на части.
Девушка в офисной юбке и блузке опирается о стол, а мой жених пристроился у нее сзади.
— Паша, у нас же свадьба… — вырываются у меня какие-то глупые, по-детски наивные слова. Будто они сейчас призовут моего жениха к совести.
Они расходятся. Поправляют одежду.
— Я нервничал перед свадьбой, понимаешь? — говорит мой жених. — Нужно было… разрядиться.
У меня голова идет кругом. У нас свадьба через пять минут, а ему нужно было разрядиться!
Моя привычная жизнь рухнула! Но за судьбой не заржавеет. Она все расставила по своим местам.
– Я сплю с твоим мужем! Лерочка — его дочь! – сестра шокирует меня своим признанием.
Огромный ком размером с кулак встаёт посреди горла, я начинаю задыхаться и жадно хватать ртом воздух.
– Ч-что? – не верю своим ушам.
– Кирилл никогда не любил тебя! Он всегда был моим! Кир поставил передо мной условие: если я рожу сына, то он бросит тебя и женится на мне. Но я родила дочку и осталась в статусе любовницы...
Боль в животе становится едва терпимой. Утробный стон срывается с моих губ…
– Надо же, какой хороший яд. Уже подействовал! – срывается на крик, полный злости и ненависти. – Я добавила в твой чай лошадиную дозу таблеток для экстренной контрацепции. Целую пачку! Твой ребёнок сдохнет, а вместе с ним и ты!
Пять лет брака. Долгожданная новость о беременности омрачилась тем, что я узнала об изменах любимого мужа. Предатель пять лет спал с моей родной младшей сестрой. Она родила ему дочь. Мерзавка хочет занять моё место и прибегает к самым грязным методам.
Огромный ком размером с кулак встаёт посреди горла, я начинаю задыхаться и жадно хватать ртом воздух.
– Ч-что? – не верю своим ушам.
– Кирилл никогда не любил тебя! Он всегда был моим! Кир поставил передо мной условие: если я рожу сына, то он бросит тебя и женится на мне. Но я родила дочку и осталась в статусе любовницы...
Боль в животе становится едва терпимой. Утробный стон срывается с моих губ…
– Надо же, какой хороший яд. Уже подействовал! – срывается на крик, полный злости и ненависти. – Я добавила в твой чай лошадиную дозу таблеток для экстренной контрацепции. Целую пачку! Твой ребёнок сдохнет, а вместе с ним и ты!
Пять лет брака. Долгожданная новость о беременности омрачилась тем, что я узнала об изменах любимого мужа. Предатель пять лет спал с моей родной младшей сестрой. Она родила ему дочь. Мерзавка хочет занять моё место и прибегает к самым грязным методам.
Шесть лет назад я случайно застала своего любимого с бывшей. Ох, сколько дров тогда наломала… Даже вспоминать страшно. Но сейчас у меня все хорошо. Новая страна, работа мечты и очаровательная дочка. Только сердце порой болит все так же – ведь у малышки слишком знакомые глаза. И смотрит порой так внимательно, его фирменным взглядом. А иногда спрашивает про папу… Кто ж знал, что прошлое настигнет неожиданно и уничтожит с таким трудом налаженную жизнь? Бывшего парня отправляют в командировку именно в мою галерею. А меня, как молодого русскоговорящего специалиста, приставляют к нему для сопровождения и облегчения адаптации на новом месте.
В книге есть: бывшие, ребенок, от ненависти до любви, офисные будни с перчинкой в антураже романтического Парррижа
В книге есть: бывшие, ребенок, от ненависти до любви, офисные будни с перчинкой в антураже романтического Парррижа
– Она еще дышит! - крикнул кто-то еще, мужчина. - Вызовите скорую! Быстро!
Теплая рука коснулась моего плеча, осторожно, бережно.
– Не двигайтесь, - женщина наклонилась ко мне. Я видела её лицо сквозь пелену - среднего возраста, с добрыми глазами, полными слёз. - Сейчас приедет помощь. Держитесь. Как вас зовут
– Света, - попыталась выговорить я. Получилось только невнятное бульканье.
– Господи, сколько крови, - голос мужчины дрожал. - Что за сволочь... это был внедорожник, черный... я запомнил часть номера! А173... дальше не разглядел, слишком быстро уехал.
А173.
Номер Олега начинался именно так. А173ВМ.
Как это возможно? Нет. Это совпадение. Таких машин сотни! Но вмятина. Эта чертова вмятина на бампере. Я видела её. Видела.
Неужели мой муж только что сбил меня и уехал?
Теплая рука коснулась моего плеча, осторожно, бережно.
– Не двигайтесь, - женщина наклонилась ко мне. Я видела её лицо сквозь пелену - среднего возраста, с добрыми глазами, полными слёз. - Сейчас приедет помощь. Держитесь. Как вас зовут
– Света, - попыталась выговорить я. Получилось только невнятное бульканье.
– Господи, сколько крови, - голос мужчины дрожал. - Что за сволочь... это был внедорожник, черный... я запомнил часть номера! А173... дальше не разглядел, слишком быстро уехал.
А173.
Номер Олега начинался именно так. А173ВМ.
Как это возможно? Нет. Это совпадение. Таких машин сотни! Но вмятина. Эта чертова вмятина на бампере. Я видела её. Видела.
Неужели мой муж только что сбил меня и уехал?
— Мам, а папа едет в Нижний в командировку? — спрашивает дочка.
— Откуда ты знаешь про командировку?
— Папа утром говорил по телефону в ванной. Я чистила зубы и слышала. Он сказал кому-то, что всё готово и завтра они улетают.
У меня пальцы похолодели.
— Улетают?
— Ну да. Он сказал: не волнуйся, никто ничего не узнает, я сказал про Нижний. Мам, а Нижний далеко? Туда на самолете летят?
В груди что-то оборвалось. А потом я узнала самое главное. Любовница оказалась не молодой красоткой со стороны, а женщиной, которая сидела с нами за одним столом, дарила подарки детям и смотрела мне в глаза. Но они зря решили, что я буду молчать и терпеть. Я не стану держаться за мужчину, который предал меня в собственной семье. Теперь им придётся узнать, какой бывает жена, у которой забрали доверие, но не забрали достоинство.
— Откуда ты знаешь про командировку?
— Папа утром говорил по телефону в ванной. Я чистила зубы и слышала. Он сказал кому-то, что всё готово и завтра они улетают.
У меня пальцы похолодели.
— Улетают?
— Ну да. Он сказал: не волнуйся, никто ничего не узнает, я сказал про Нижний. Мам, а Нижний далеко? Туда на самолете летят?
В груди что-то оборвалось. А потом я узнала самое главное. Любовница оказалась не молодой красоткой со стороны, а женщиной, которая сидела с нами за одним столом, дарила подарки детям и смотрела мне в глаза. Но они зря решили, что я буду молчать и терпеть. Я не стану держаться за мужчину, который предал меня в собственной семье. Теперь им придётся узнать, какой бывает жена, у которой забрали доверие, но не забрали достоинство.
Аня проснулась в пятый раз за ночь — не женщиной, а функцией. Растяжки на коже, молочные пятна на любимой одежде, пустота вместо объятий мужа. Она смотрит в зеркало и не узнаёт себя. Дима больше не целует ее. Он целует Катю. Молодую, спортивную.
Когда Аня находит их переписку, мир рушится. "Малыш, вчера было волшебно" — пишет та, другая. Та, которая не знает, что такое швы, бессонные ночи и грудное вскармливание каждые два часа. Та, которой Дима дарит слова, украденные из их прошлого.
Но самый страшный удар впереди. Дима приходит с ней. И повесткой в суд. Он требует развода. И лишения родительских прав. Он называет Аню неадекватной. Опасной для ребёнка.
Что происходит, когда женщина, которую растоптали, поднимается с колен?
Когда мать, которую хотели отнять у дочери, сжимает кулаки и говорит: "Я порву любого"?
Это история не о любви. Это история о воскрешении. О том, как найти себя снова, когда отражение в зеркале стало чужим.
Когда Аня находит их переписку, мир рушится. "Малыш, вчера было волшебно" — пишет та, другая. Та, которая не знает, что такое швы, бессонные ночи и грудное вскармливание каждые два часа. Та, которой Дима дарит слова, украденные из их прошлого.
Но самый страшный удар впереди. Дима приходит с ней. И повесткой в суд. Он требует развода. И лишения родительских прав. Он называет Аню неадекватной. Опасной для ребёнка.
Что происходит, когда женщина, которую растоптали, поднимается с колен?
Когда мать, которую хотели отнять у дочери, сжимает кулаки и говорит: "Я порву любого"?
Это история не о любви. Это история о воскрешении. О том, как найти себя снова, когда отражение в зеркале стало чужим.
– Ира, нам нужно поговорить, – голос Максима звучит устало. – Это важно.
– О чём говорить? – я смотрю на мужа, которого, кажется, больше не знаю. – О том, что я провалила все ЭКО? Или о том, что ты задерживаешься на работе всё чаще?
– Ты не понимаешь...
– Понимаю всё прекрасно. Я просто бесплодная жалкая неудачница, которая не может дать тебе ребёнка. А ты... ты нашёл того, кто сможет.
– Откуда ты знаешь про...
– Неважно откуда. Важно, что семь лет я была идеальной женой. И всё это время боялась превратиться в обузу. Как моя мать для отца.
– Ира, послушай...
– Нет, Максим. Я ухожу.
Я не дала ему детей. Зато он дал мне повод для расставания.
– О чём говорить? – я смотрю на мужа, которого, кажется, больше не знаю. – О том, что я провалила все ЭКО? Или о том, что ты задерживаешься на работе всё чаще?
– Ты не понимаешь...
– Понимаю всё прекрасно. Я просто бесплодная жалкая неудачница, которая не может дать тебе ребёнка. А ты... ты нашёл того, кто сможет.
– Откуда ты знаешь про...
– Неважно откуда. Важно, что семь лет я была идеальной женой. И всё это время боялась превратиться в обузу. Как моя мать для отца.
– Ира, послушай...
– Нет, Максим. Я ухожу.
Я не дала ему детей. Зато он дал мне повод для расставания.
«Мой раскрывшийся тюльпан. Мой маяк, освещающий океаны и моря. Моя полярная звезда, которую я зажгу сегодня ночью», — так муж пел мне на ухо во время новогоднего карнавала, перепутав меня с любовницей, а потом предложил подняться в номер. Что ж, сегодня ночью будем зажигать звезды, милый. Смотри, не ослепни от сияния, когда я сниму с себя маску.
После двадцати пяти лет брака муж уходит к молодой любовнице — лучшей подруге нашей дочери. Уверен, что рядом с ней он обретет вторую молодость. Мне очень больно, но я сильная, справлюсь. Стану счастливой вопреки всему. Он захочет вернуться ко мне, но будет поздно.
Взрослые герои, очень эмоционально, умница героиня, счастливая женщина после развода, бумеранг для предателей, ХЭ.
После двадцати пяти лет брака муж уходит к молодой любовнице — лучшей подруге нашей дочери. Уверен, что рядом с ней он обретет вторую молодость. Мне очень больно, но я сильная, справлюсь. Стану счастливой вопреки всему. Он захочет вернуться ко мне, но будет поздно.
Взрослые герои, очень эмоционально, умница героиня, счастливая женщина после развода, бумеранг для предателей, ХЭ.
Подборка женских романов об измене и предательстве
Выберите полку для книги