Книги в жанре «Женский роман» по тегу «izmena»
В день тридцатилетия семейной компании Влада получает от мужа неожиданный подарок: соглашение, по которому должна отказаться от авторства на собственные проекты. А следом узнаёт, что Ренат давно приготовил для неё не только увольнение, но и развод.
Ему нужна удобная бывшая жена, красивая семейная легенда и её подпись под чужой ложью. Но Влада не подписывает.
В пятьдесят два года она остаётся без дома, должности и доступа к архиву. Зато у неё есть девять подозрительных соглашений, старые эскизы и шанс доказать, кто на самом деле создавал проекты, принёсшие Ренату славу.
Чтобы вернуть своё имя, Владе придётся пойти против мужчины, которому она доверяла тридцать два года, не потерять дочь и начать профессиональную жизнь заново. А ещё — встретиться с человеком, который когда-то первым узнал её архитектурный почерк.
Ренат уверен, что без него Влада никто.
Но женщина, которую он пытался стереть, уже научилась выбирать себя.
Ему нужна удобная бывшая жена, красивая семейная легенда и её подпись под чужой ложью. Но Влада не подписывает.
В пятьдесят два года она остаётся без дома, должности и доступа к архиву. Зато у неё есть девять подозрительных соглашений, старые эскизы и шанс доказать, кто на самом деле создавал проекты, принёсшие Ренату славу.
Чтобы вернуть своё имя, Владе придётся пойти против мужчины, которому она доверяла тридцать два года, не потерять дочь и начать профессиональную жизнь заново. А ещё — встретиться с человеком, который когда-то первым узнал её архитектурный почерк.
Ренат уверен, что без него Влада никто.
Но женщина, которую он пытался стереть, уже научилась выбирать себя.
Пазл сошёлся с оглушительным щелчком.
«Он мне сегодня сюрприз обещал. А жене наплетёт, что у него важное совещание с руководством до ночи. Говорю же, она вообще ничего не сечёт. Удобная женщина».
Слова Алисы. Они больше не звучат как абстрактная чужая история. Они звучат как выстрел в упор.
«Домашний человек. Как кот, который всегда дома и всегда накормит».
Мои руки начинают противно дрожать. Чек в пальцах шуршит в тишине салона. Я не плачу. Слёз нет вообще. Зато есть ощущение, что меня только что выпотрошили, растоптав шесть лет моей преданности, заботы и веры.
Мой Денис. Мой прагматичный муж покупает бриллиантовый браслет какой-то девчонке, которая в открытую ржёт над ним за коктейлем.
Я смотрю на клочок бумаги, и внутри что-то ломается. Та понимающая жена, готовая кормить его котлетками, умирает прямо здесь, на сиденье его ауди.
Вы плохо знаете котов. Иногда они только притворяются плюшевыми игрушками. А когда их предают, они выпускают очень острые когти.
«Он мне сегодня сюрприз обещал. А жене наплетёт, что у него важное совещание с руководством до ночи. Говорю же, она вообще ничего не сечёт. Удобная женщина».
Слова Алисы. Они больше не звучат как абстрактная чужая история. Они звучат как выстрел в упор.
«Домашний человек. Как кот, который всегда дома и всегда накормит».
Мои руки начинают противно дрожать. Чек в пальцах шуршит в тишине салона. Я не плачу. Слёз нет вообще. Зато есть ощущение, что меня только что выпотрошили, растоптав шесть лет моей преданности, заботы и веры.
Мой Денис. Мой прагматичный муж покупает бриллиантовый браслет какой-то девчонке, которая в открытую ржёт над ним за коктейлем.
Я смотрю на клочок бумаги, и внутри что-то ломается. Та понимающая жена, готовая кормить его котлетками, умирает прямо здесь, на сиденье его ауди.
Вы плохо знаете котов. Иногда они только притворяются плюшевыми игрушками. А когда их предают, они выпускают очень острые когти.
ОДНОТОМНИК
— Твои истерики неуместны, Дарина.
Муж нависает надо мной скалой. Грозный. Неотвратимый.
Стискивает кисть так, что она гудит в его мощной руке. Его помощница торопливо убегает из подсобки, нервно одёргивая юбку.
— Ты подонок, Яр. Я ненавижу тебя.
Ладонь горит от пощёчины, а на его щеке алеет отпечаток моей руки. Мало. Я едва сдерживаюсь, чтобы не плюнуть ему в лицо.
Вокруг — «уважаемые» люди с волчьими оскалами. Тошнит от них всех.
— Мужик имеет столько женщин, сколько может себе позволить, — шипит он мне в ухо, рывком притягивая к себе. — Смирись.
— Я подаю на развод.
— Ты останешься моей женой, Дарина, — муж зловеще сверкает глазами. — Запомни. Ты только моя.
«Нет», — хочу крикнуть я. — «Я больше не твоя!»
Но я не успеваю ничего сказать.
— Всем лежать! Руки за голову!
Звон разбитого стекла, крики…
Последнее, что я вижу, теряя сознание, — лицо мужчины, которого я поклялась вычеркнуть из своей жизни…
— Твои истерики неуместны, Дарина.
Муж нависает надо мной скалой. Грозный. Неотвратимый.
Стискивает кисть так, что она гудит в его мощной руке. Его помощница торопливо убегает из подсобки, нервно одёргивая юбку.
— Ты подонок, Яр. Я ненавижу тебя.
Ладонь горит от пощёчины, а на его щеке алеет отпечаток моей руки. Мало. Я едва сдерживаюсь, чтобы не плюнуть ему в лицо.
Вокруг — «уважаемые» люди с волчьими оскалами. Тошнит от них всех.
— Мужик имеет столько женщин, сколько может себе позволить, — шипит он мне в ухо, рывком притягивая к себе. — Смирись.
— Я подаю на развод.
— Ты останешься моей женой, Дарина, — муж зловеще сверкает глазами. — Запомни. Ты только моя.
«Нет», — хочу крикнуть я. — «Я больше не твоя!»
Но я не успеваю ничего сказать.
— Всем лежать! Руки за голову!
Звон разбитого стекла, крики…
Последнее, что я вижу, теряя сознание, — лицо мужчины, которого я поклялась вычеркнуть из своей жизни…
Я сижу в гинекологическом кресле в кабинете мужа, когда в помещение заходит брюнетка с металлическим лотком в руках. Высокая, с красной помадой на губах и круглым животом, наверное, месяц пятый беременности.
— Все готово, — сообщает она моему мужу.
— Что готово? Артем, зачем она здесь?
— Сейчас сделаем укол. Так нужно, — говорит мне муж.
У меня по коже пробегает ледяная дрожь.
— Зачем мне на шестой неделе беременности какой-то укол?
Девушка уже берет шприц и хватает мою руку. Я дергаюсь.
— Может, держать ее? — спрашивает она Артема.
— Успокойся, Настя, — холодно произносит муж. — Я свой выбор сделал. Просто прими его.
Они хватают меня с двух сторон, а я понимаю страшное! Он выбрал ее и их ребенка, а мне хотят сделать аборт!
— Все готово, — сообщает она моему мужу.
— Что готово? Артем, зачем она здесь?
— Сейчас сделаем укол. Так нужно, — говорит мне муж.
У меня по коже пробегает ледяная дрожь.
— Зачем мне на шестой неделе беременности какой-то укол?
Девушка уже берет шприц и хватает мою руку. Я дергаюсь.
— Может, держать ее? — спрашивает она Артема.
— Успокойся, Настя, — холодно произносит муж. — Я свой выбор сделал. Просто прими его.
Они хватают меня с двух сторон, а я понимаю страшное! Он выбрал ее и их ребенка, а мне хотят сделать аборт!
В пятьдесят три года я застала любовницу мужа в своём кресле. Она уже разбирала мои вещи, а Валентин спокойно объяснял, что мне пора уступить им компанию, которую я создавала больше двадцати лет.
Они были уверены, что я промолчу ради семьи.
Я уволила обоих.
Но предательство оказалось лишь началом. Муж заранее вывел деньги, переманил сотрудников, скопировал проекты и подготовил новое бюро. Даже наш взрослый сын поверил, что именно отец всегда был настоящим создателем моего успеха.
Теперь у меня тридцать дней, шесть оставшихся сотрудников и почти пустой счёт, чтобы закончить главный проект — восстановление старинного «Дома с часами». А ещё придётся доказать, что моя фамилия стоит под моей работой не случайно.
Я больше не собираюсь спасать брак, в котором меня предали. Но, возможно, ещё не поздно спасти себя, своё дело и открыть дверь мужчине, который не обещает решить за меня все проблемы — зато всегда выполняет собственные обещания.
Они были уверены, что я промолчу ради семьи.
Я уволила обоих.
Но предательство оказалось лишь началом. Муж заранее вывел деньги, переманил сотрудников, скопировал проекты и подготовил новое бюро. Даже наш взрослый сын поверил, что именно отец всегда был настоящим создателем моего успеха.
Теперь у меня тридцать дней, шесть оставшихся сотрудников и почти пустой счёт, чтобы закончить главный проект — восстановление старинного «Дома с часами». А ещё придётся доказать, что моя фамилия стоит под моей работой не случайно.
Я больше не собираюсь спасать брак, в котором меня предали. Но, возможно, ещё не поздно спасти себя, своё дело и открыть дверь мужчине, который не обещает решить за меня все проблемы — зато всегда выполняет собственные обещания.
Ты ведь не станешь устраивать скандал в своём возрасте?
В пятьдесят пять мой муж решил, что я слишком стара, чтобы начать заново, слишком удобна, чтобы сопротивляться, и достаточно незаметна, чтобы отдать ему долю, архив и право называться автором моих работ.
Тридцать один год брака. Двадцать восемь лет в семейной компании. И моё имя исчезает с таблички главного проекта, пока рядом с мужем появляется молодая женщина, уже занявшая моё место.
Я не устраиваю скандал. Я просто не подписываю подготовленные бумаги, забираю инструменты отца и впервые подаю заявку на профессиональный конкурс под собственным именем.
Теперь мне предстоит доказать, кто на самом деле создавал знаменитые часы Ардинцевых, не потерять дочь, оказавшуюся между двумя родителями, и понять, можно ли снова довериться мужчине, который первым увидел во мне не брошенную жену, а мастера.
Бывший муж уверен: без него я никто.
Он ещё не понял, что опоздал меня возвращать.
В пятьдесят пять мой муж решил, что я слишком стара, чтобы начать заново, слишком удобна, чтобы сопротивляться, и достаточно незаметна, чтобы отдать ему долю, архив и право называться автором моих работ.
Тридцать один год брака. Двадцать восемь лет в семейной компании. И моё имя исчезает с таблички главного проекта, пока рядом с мужем появляется молодая женщина, уже занявшая моё место.
Я не устраиваю скандал. Я просто не подписываю подготовленные бумаги, забираю инструменты отца и впервые подаю заявку на профессиональный конкурс под собственным именем.
Теперь мне предстоит доказать, кто на самом деле создавал знаменитые часы Ардинцевых, не потерять дочь, оказавшуюся между двумя родителями, и понять, можно ли снова довериться мужчине, который первым увидел во мне не брошенную жену, а мастера.
Бывший муж уверен: без него я никто.
Он ещё не понял, что опоздал меня возвращать.
Я пришла на открытие семейного центра, который проектировала четыре года, и увидела на главном стенде имя любовницы моего мужа.
Через несколько минут наш семилетний сын увидел на огромном экране, как его отец — полковник Глеб Арденов — целует другую женщину.
Глеб уверен, что я остыну и вернусь. Ведь дом оформлен на него, проект принадлежит его фонду, а без влиятельного мужа у меня якобы ничего нет.
Он ошибся.
У чертежей есть настоящий автор. У предательства — цена. А ребёнок прекрасно помнит, кто выполняет обещания, а кто каждый раз заставляет его ждать.
Пока я возвращаю своё имя, защищаю сына и учусь строить жизнь без человека, считавшего меня своей собственностью, рядом оказывается другой мужчина. Он не обещает невозможного, не требует благодарности и не пытается решать за меня.
Он просто приходит вовремя.
Но что произойдёт, когда однажды мой сын назовёт папой не родного отца?
Через несколько минут наш семилетний сын увидел на огромном экране, как его отец — полковник Глеб Арденов — целует другую женщину.
Глеб уверен, что я остыну и вернусь. Ведь дом оформлен на него, проект принадлежит его фонду, а без влиятельного мужа у меня якобы ничего нет.
Он ошибся.
У чертежей есть настоящий автор. У предательства — цена. А ребёнок прекрасно помнит, кто выполняет обещания, а кто каждый раз заставляет его ждать.
Пока я возвращаю своё имя, защищаю сына и учусь строить жизнь без человека, считавшего меня своей собственностью, рядом оказывается другой мужчина. Он не обещает невозможного, не требует благодарности и не пытается решать за меня.
Он просто приходит вовремя.
Но что произойдёт, когда однажды мой сын назовёт папой не родного отца?
До шестидесятилетия мужа оставалось всего две недели.
Любящий супруг. Трое взрослых детей. Почти тридцать лет счастливого брака. Мать, которой я доверяла больше, чем самой себе. Казалось, у моей семьи есть всё, о чём только можно мечтать.
Я готовила большой праздник и даже не подозревала, что одна случайная поездка перечеркнёт всю мою жизнь.
Иногда достаточно одной приоткрытой двери, чтобы понять: самые страшные предатели никогда не приходят со стороны.
Они уже давно живут в семейном альбоме.
История не о мести.
История о предательстве, после которого невозможно остаться прежней.
Любящий супруг. Трое взрослых детей. Почти тридцать лет счастливого брака. Мать, которой я доверяла больше, чем самой себе. Казалось, у моей семьи есть всё, о чём только можно мечтать.
Я готовила большой праздник и даже не подозревала, что одна случайная поездка перечеркнёт всю мою жизнь.
Иногда достаточно одной приоткрытой двери, чтобы понять: самые страшные предатели никогда не приходят со стороны.
Они уже давно живут в семейном альбоме.
История не о мести.
История о предательстве, после которого невозможно остаться прежней.
— Подпишешь, что выпустила неисправный автобус. Иначе останешься без работы, денег и квартиры.
Муж уверен, что после двадцати одного года брака я никуда не денусь. Даже когда узнаю о его беременной любовнице и пропавших накоплениях дочери.
Он почти заставил меня взять на себя его вину.
Но этот разговор услышал генерал Николай Яров.
Теперь мужу придётся ответить за всё. А мне — решить, почему чужой мужчина защищает меня так, словно уже считает своей.
Муж уверен, что после двадцати одного года брака я никуда не денусь. Даже когда узнаю о его беременной любовнице и пропавших накоплениях дочери.
Он почти заставил меня взять на себя его вину.
Но этот разговор услышал генерал Николай Яров.
Теперь мужу придётся ответить за всё. А мне — решить, почему чужой мужчина защищает меня так, словно уже считает своей.
— Мам, помнишь дом, который Злата просила меня спроектировать для каких-то знакомых?
— Помню. А что?
— Я нашла фамилию заказчика. Это папа.
Подругу дочери я принимала как родную. Она знала, где лежат ключи, что любит мой муж и о чём мечтает Маша. А потом использовала всё это, чтобы занять моё место и стать любовницей моего мужа.
Игорь уверен: я устрою скандал, поплачу и соглашусь уйти тихо.
Только очень скоро выяснится, что любовнице понадобился не только мой муж.
— Помню. А что?
— Я нашла фамилию заказчика. Это папа.
Подругу дочери я принимала как родную. Она знала, где лежат ключи, что любит мой муж и о чём мечтает Маша. А потом использовала всё это, чтобы занять моё место и стать любовницей моего мужа.
Игорь уверен: я устрою скандал, поплачу и соглашусь уйти тихо.
Только очень скоро выяснится, что любовнице понадобился не только мой муж.
Подборка женских романов об измене
Выберите полку для книги