Книги в жанре «Романы о молодых героях»
— А спорим, я её подцеплю? — выпаливаю я, не до конца осознавая, что говорю.
Влад заливается хохотом:
— Ты? Исаеву? Да она скорее пойдёт на митинг против тебя и твоего отца, чем согласится на свидание.
— Спорим? — вскакиваю на ноги, чувствуя, как градус бурлит в крови. — Спорим, я её захомутаю?
Артем прищуривается:
— Захомутать — это мелко. Затащи её в постель, — он запинается, оценивая мою реакцию, — слабо?
Чёрт! Да он меня на слабо берёт!
Резко вытягиваю руку.
— Бьём по рукам, — говорю, глядя прямо в глаза другу.
***
Забудь о золотой молодежи, тусовках и деньгах! "Фальшивый фундамент" — это взрывная смесь любви, лжи и опасных секретов, где каждый шаг может стать последним. Мирон, сын строительного магната, заключает спор, чтобы завоевать идейную Арину. Но игра заходит слишком далеко, когда между ними вспыхивает настоящая страсть.
📚*содержит нецензурную брань, сцены курения и распития спиртных напитков. Автор всё вышеперечисленное осуждает.
Влад заливается хохотом:
— Ты? Исаеву? Да она скорее пойдёт на митинг против тебя и твоего отца, чем согласится на свидание.
— Спорим? — вскакиваю на ноги, чувствуя, как градус бурлит в крови. — Спорим, я её захомутаю?
Артем прищуривается:
— Захомутать — это мелко. Затащи её в постель, — он запинается, оценивая мою реакцию, — слабо?
Чёрт! Да он меня на слабо берёт!
Резко вытягиваю руку.
— Бьём по рукам, — говорю, глядя прямо в глаза другу.
***
Забудь о золотой молодежи, тусовках и деньгах! "Фальшивый фундамент" — это взрывная смесь любви, лжи и опасных секретов, где каждый шаг может стать последним. Мирон, сын строительного магната, заключает спор, чтобы завоевать идейную Арину. Но игра заходит слишком далеко, когда между ними вспыхивает настоящая страсть.
📚*содержит нецензурную брань, сцены курения и распития спиртных напитков. Автор всё вышеперечисленное осуждает.
— Не зря я ненавижу рыжих. Стервы редкостные, — выплевывает мне в лицо этот нахал.
— А я ненавижу таких, как ты! — Я и здесь молчать не буду.
Продолжаю нарываться на неприятности дальше.
— Каких? — прищуривает карие глаза Адамиди, испепеляя меня взглядом.
— Уверенных, что каждая его хочет.
— Лучше беги, рыжая! — рычит Влас. — Иначе я тебя сейчас урою.
Он меня похитил. Просто ради прикола. И теперь между нами война! Кто победит? Или все закончится капитуляцией?
— А я ненавижу таких, как ты! — Я и здесь молчать не буду.
Продолжаю нарываться на неприятности дальше.
— Каких? — прищуривает карие глаза Адамиди, испепеляя меня взглядом.
— Уверенных, что каждая его хочет.
— Лучше беги, рыжая! — рычит Влас. — Иначе я тебя сейчас урою.
Он меня похитил. Просто ради прикола. И теперь между нами война! Кто победит? Или все закончится капитуляцией?
Смотрю на нее пристально, вырубая в памяти это воплощение, чтобы узнать в следующем. Какой она будет? Высокой или маленькой. Блондинкой или брюнеткой. Мягкой и покорной или взрывной и непослушной. Да в принципе, без разницы. Просто знаю, что, как и всегда: самая красивая, самая любимая, самая желанная. Одна на все века со дня сотворения нашей общей Вселенной.
- Навечно твой!
- Твоя!
История Макса и Лары Дорофеевых и их непримиримого друга Константина Одинцова в новом перевоплощении. Еще один шанс, чтобы все исправить!
- Навечно твой!
- Твоя!
История Макса и Лары Дорофеевых и их непримиримого друга Константина Одинцова в новом перевоплощении. Еще один шанс, чтобы все исправить!
🔰 ЗАВЕРШЕНА 🔰
Зал для торжеств постепенно заполняется людьми. Моя мама, стоя под руку со своим будущим мужем, заметно волнуется. Она потрясающе выглядит, но всё равно постоянно поправляет идеальное платье и причёску, покусывая губы.
Я делаю несколько снимков на телефон, поймав удачные, по моему мнению, кадры. Сразу накладываю фильтры, чтобы увеличить яркость и немного размыть края. Фотографии получаются действительно красивыми.
— Посмотри.
Мне хочется поддержать и отвлечь мамочку. Делаю несколько шагов вперёд, протягивая смартфон, но цепляюсь каблуком за ковровую дорожку. Роняю гаджет и едва не падаю сама, в последний момент оказавшись подхвачена чьими-то сильными руками.
Выпрямляюсь и поднимаю взгляд, чтобы поблагодарить спасителя. Его руки всё ещё на моей талии. Уголки губ, на которые я смотрю, ползут вверх в ухмылке.
— Неожиданная встреча. Да, подарочек?
Три месяца назад мы уже встречались. Он праздновал свой день рождения. А я попала на праздник… в качестве подарка...
Зал для торжеств постепенно заполняется людьми. Моя мама, стоя под руку со своим будущим мужем, заметно волнуется. Она потрясающе выглядит, но всё равно постоянно поправляет идеальное платье и причёску, покусывая губы.
Я делаю несколько снимков на телефон, поймав удачные, по моему мнению, кадры. Сразу накладываю фильтры, чтобы увеличить яркость и немного размыть края. Фотографии получаются действительно красивыми.
— Посмотри.
Мне хочется поддержать и отвлечь мамочку. Делаю несколько шагов вперёд, протягивая смартфон, но цепляюсь каблуком за ковровую дорожку. Роняю гаджет и едва не падаю сама, в последний момент оказавшись подхвачена чьими-то сильными руками.
Выпрямляюсь и поднимаю взгляд, чтобы поблагодарить спасителя. Его руки всё ещё на моей талии. Уголки губ, на которые я смотрю, ползут вверх в ухмылке.
— Неожиданная встреча. Да, подарочек?
Три месяца назад мы уже встречались. Он праздновал свой день рождения. А я попала на праздник… в качестве подарка...
День Святого Валентина – праздник, легко и быстро вошедший в жизнь современного общества.
Красные шары, сердца, открытки…
А что делать тем, кто еще не встретил любовь?
Алиса ничего не ждет от праздника, считая День влюбленных обычным днем.
Макар и вовсе не верит, что способен влюбиться.
Может ли один случайный день подарить настоящее счастье или это всего лишь выдумки?
Красные шары, сердца, открытки…
А что делать тем, кто еще не встретил любовь?
Алиса ничего не ждет от праздника, считая День влюбленных обычным днем.
Макар и вовсе не верит, что способен влюбиться.
Может ли один случайный день подарить настоящее счастье или это всего лишь выдумки?
- Не трогай меня! - выкрикиваю и, замахнувшись, отвешиваю звонкую пощечину.
Его голова дергается, а потом Питбуль медленно поворачивает ее, скалясь, словно дикое животное. В его взгляде желание разорвать меня на куски.
- Значит, любишь погрубее? - произносит он таким голосом, что у меня волосы на голове шевелятся.
- Не прикасайся, сказала, - шиплю, потому что в полный голос говорить страшно. - Ты еще слишком зелен для меня.
В его взгляде вспышка, которая меня ослепляет и заставляет смотреть на него, не моргая.
- Тогда тебе точно надо показать, что умеют те, кого ты называешь “зелеными”.
- Дурак! - не сдерживаюсь. - Ты не понимаешь, чем грозят нам эти твои уроки! Нам нельзя, как ты не понимаешь?!
Он слишком борзый, чтобы отступить. А я в таком положении, что его желания могут погубить нас обоих. Но его ничто не остановит…
Его голова дергается, а потом Питбуль медленно поворачивает ее, скалясь, словно дикое животное. В его взгляде желание разорвать меня на куски.
- Значит, любишь погрубее? - произносит он таким голосом, что у меня волосы на голове шевелятся.
- Не прикасайся, сказала, - шиплю, потому что в полный голос говорить страшно. - Ты еще слишком зелен для меня.
В его взгляде вспышка, которая меня ослепляет и заставляет смотреть на него, не моргая.
- Тогда тебе точно надо показать, что умеют те, кого ты называешь “зелеными”.
- Дурак! - не сдерживаюсь. - Ты не понимаешь, чем грозят нам эти твои уроки! Нам нельзя, как ты не понимаешь?!
Он слишком борзый, чтобы отступить. А я в таком положении, что его желания могут погубить нас обоих. Но его ничто не остановит…
Игры в беспечной студенческой компании могут иметь неожиданные последствия. Вот и у нас без них не обошлось... Моя соседка по комнате скинула в чат нашей общаги своё откровенное фото без лица и пригласила желающих скрасить ей вечер. А сама потом ушла! И отдуваться теперь мне. Но уж кого я не ожидала увидеть на пороге двери, так это того самого третьекурсника, с которым уже сталкивалась...
Она отчаянно хотела понять причину его ненависти. Он же изо всех сил цеплялся за это чувство, но сердце уже выбрало другой путь. Их столкновение было лишь вопросом времени. Но на счастливый финал всегда есть надежда.
Смотрю на него. Предмет моей ненависти, номер один. И быстрее, чем успеваю подумать, иду в его сторону. Смирнов что-то вещает в микрофон за стойкой, пока его также фотографируют сотни камер. На лице, как обычно, самодовольная улыбка, которая ещё больше разжигает меня.
За несколько секунд оказываюсь рядом и, не обращая внимания на недовольное бурчание какого-то мужика, хватаю Кирилла за грудки, разворачивая к себе. Впиваюсь своими губами в его. Настойчиво. Так, что у него нет шанса вырваться.
– С-с-с… – шипит в мои губы, а когда отстраняется, практически беззвучно добавляет: – Ты пожалеешь об этом.
Ничего не отвечаю, лишь ухмыляюсь. Снаружи. Внутри горит пожар от смеси страха и непонимания. И зачем я вообще это сделала?
***
Мы ненавидим друг друга с первого взгляда. С первого слова, брошенного “случайно”. И вот элитная тусовка, на которой он так позорно высмеивает меня. А через несколько дней я целую его на пресс-конференции перед сотнями камер.
За несколько секунд оказываюсь рядом и, не обращая внимания на недовольное бурчание какого-то мужика, хватаю Кирилла за грудки, разворачивая к себе. Впиваюсь своими губами в его. Настойчиво. Так, что у него нет шанса вырваться.
– С-с-с… – шипит в мои губы, а когда отстраняется, практически беззвучно добавляет: – Ты пожалеешь об этом.
Ничего не отвечаю, лишь ухмыляюсь. Снаружи. Внутри горит пожар от смеси страха и непонимания. И зачем я вообще это сделала?
***
Мы ненавидим друг друга с первого взгляда. С первого слова, брошенного “случайно”. И вот элитная тусовка, на которой он так позорно высмеивает меня. А через несколько дней я целую его на пресс-конференции перед сотнями камер.
- Очень вкусно, Коряга! – закинув последний кружок банана в свой бездонный желудок, произносит Лев. – Добавки просить не буду, у меня на обед уха из двух видов рыбы.
- Прекрати называть меня Коряга! – от возмущения мои щеки горят пунцовым светом, а волосы явно растрепались.
- Ну, сорян. Я по привычке. Не сразу вспомнил, как твое имя, - пожимает он плечами, а затем кружит глазами по моему лицу. Что он там пытается высмотреть, ума не приложу!
- Я тоже тебя не сразу вспомнила, - хмыкаю я, пытаясь принять самый пофигистический вид. – Думала, ты со спортфака из нашего универа. Там как раз такие учатся - тупые, крепкие парни.
- Какие? – принимается ржать громина, не расслышав. – Скупые?
- Ага. Скупые, - киваю от греха подальше. - И вообще, я давно не Карякина. Моя фамилия – Котова!
- Котова? Замуж вышла, что ли? – вновь принимается хохотать Микрюков. – Удивила, Вика. Нашелся ведь желающий на такую, как ты. Своеобразную!
- Прекрати называть меня Коряга! – от возмущения мои щеки горят пунцовым светом, а волосы явно растрепались.
- Ну, сорян. Я по привычке. Не сразу вспомнил, как твое имя, - пожимает он плечами, а затем кружит глазами по моему лицу. Что он там пытается высмотреть, ума не приложу!
- Я тоже тебя не сразу вспомнила, - хмыкаю я, пытаясь принять самый пофигистический вид. – Думала, ты со спортфака из нашего универа. Там как раз такие учатся - тупые, крепкие парни.
- Какие? – принимается ржать громина, не расслышав. – Скупые?
- Ага. Скупые, - киваю от греха подальше. - И вообще, я давно не Карякина. Моя фамилия – Котова!
- Котова? Замуж вышла, что ли? – вновь принимается хохотать Микрюков. – Удивила, Вика. Нашелся ведь желающий на такую, как ты. Своеобразную!
Выберите полку для книги