Книги по тегу «босс и подчиненная»: ""
Артем Чернов — босс, который способен взглядом заморозить целый отдел. Его жизнь — это графики, отчеты и железный распорядок. Единственная «нестабильная переменная» в его уравнении — дочь Ксюша, чей талант устраивать хаос сравним разве что с гениальностью юного инженера-сапера.
Война нянь длилась ровно три месяца. Ксюша отправляла их в нокаут с легкостью олимпийского чемпиона — мука в фене, сахар в солонке, кот в кабинете... Пока на пороге не появилась София.
Она пришла как няня. Случайно. Временно. Потому что итальянские партнеры внезапно решили, что говорят по-русски, а платить за аренду как-то надо.
С первой же минуты всё пошло не по плану:
· Ксюша, обнаружив, что няня не плачет, а дает советы по усовершенствованию диверсий, заинтересовалась.
· Артем, увидев, что кто-то посмел парировать его сарказм, испытал нечто среднее между шоком и профессиональным интересом.
· София, поняв, что ее работа теперь включает тактические пельмени, перевод контрактов и спасение кота от с
Война нянь длилась ровно три месяца. Ксюша отправляла их в нокаут с легкостью олимпийского чемпиона — мука в фене, сахар в солонке, кот в кабинете... Пока на пороге не появилась София.
Она пришла как няня. Случайно. Временно. Потому что итальянские партнеры внезапно решили, что говорят по-русски, а платить за аренду как-то надо.
С первой же минуты всё пошло не по плану:
· Ксюша, обнаружив, что няня не плачет, а дает советы по усовершенствованию диверсий, заинтересовалась.
· Артем, увидев, что кто-то посмел парировать его сарказм, испытал нечто среднее между шоком и профессиональным интересом.
· София, поняв, что ее работа теперь включает тактические пельмени, перевод контрактов и спасение кота от с
Виктория, блестящий юрист, получает всё: головокружительный роман с могущественным боссом Кириллом Барховым, мир роскоши и обручальное кольцо с сапфиром.
Но всё рушится в один миг из-за чужой лжи. Не дав ей шанса на защиту, любимый мужчина публично клеймит её шпионкой и шлюхой, а затем безжалостно вышвыривает из своей жизни.
Трагическая авария стирает её память, оставляя чистый лист. Для Кирилла, узнавшего страшную правду, это становится идеальным шансом на искупление. Его цель — не просто загладить вину, а желание навсегда приковать Викторию к себе, пока её сознание не прорвётся сквозь искусственный рай.
Это история о ядовитой страсти, где любовь граничит с одержимостью, а искупление — с новым преступлением.
ДИЛОГИЯ (лучше читать по порядку)
вторая часть истории https://litmarket.ru/books/oshibka-2-put-k-tebe
Но всё рушится в один миг из-за чужой лжи. Не дав ей шанса на защиту, любимый мужчина публично клеймит её шпионкой и шлюхой, а затем безжалостно вышвыривает из своей жизни.
Трагическая авария стирает её память, оставляя чистый лист. Для Кирилла, узнавшего страшную правду, это становится идеальным шансом на искупление. Его цель — не просто загладить вину, а желание навсегда приковать Викторию к себе, пока её сознание не прорвётся сквозь искусственный рай.
Это история о ядовитой страсти, где любовь граничит с одержимостью, а искупление — с новым преступлением.
ДИЛОГИЯ (лучше читать по порядку)
вторая часть истории https://litmarket.ru/books/oshibka-2-put-k-tebe
Он – мой бывший.
Отец моей дочки, но самое страшное – он не знает об этом, а я по закону подлости
устроилась работать к нему личной помощницей.
***
— Как ты объяснишь мне это?
Илья бросает на стол передо мной какое-то досье.
Еще не беру его в руки, но уже понимаю, что запахло жареным.
— Ну у взрослых людей, когда они занимаются сексом, такое случается, — выдаю через
несколько секунд, взглянув внутрь и убедившись, что я права.
Илья багровеет:
— Почему я ничего не знал о дочери?
— Ты помнишь причину своего ухода? — цежу мстительно.
Он таращится на меня, и я постепенно вижу просветление в его одурманенном взгляде. Он
понял, куда я клоню.
— Тогда не задавай глупых вопросов.
Отец моей дочки, но самое страшное – он не знает об этом, а я по закону подлости
устроилась работать к нему личной помощницей.
***
— Как ты объяснишь мне это?
Илья бросает на стол передо мной какое-то досье.
Еще не беру его в руки, но уже понимаю, что запахло жареным.
— Ну у взрослых людей, когда они занимаются сексом, такое случается, — выдаю через
несколько секунд, взглянув внутрь и убедившись, что я права.
Илья багровеет:
— Почему я ничего не знал о дочери?
— Ты помнишь причину своего ухода? — цежу мстительно.
Он таращится на меня, и я постепенно вижу просветление в его одурманенном взгляде. Он
понял, куда я клоню.
— Тогда не задавай глупых вопросов.
— Ты от меня никуда не денешься! — рявкнул он, загораживая проход.
— Еще как денусь! — выкрикнула я в отчаянии.
— Не денешься. — Он усмехнулся, и меня осенило: мне будет легче отомстить ему, чем уйти.
— Еще как денусь! — выкрикнула я в отчаянии.
— Не денешься. — Он усмехнулся, и меня осенило: мне будет легче отомстить ему, чем уйти.
🌇КНИГА ЗАКОНЧЕНА🌇
Что делать, если начальник — ходячий кошмар в идеальном костюме? Мой рецепт прост: пишите ему гневные, язвительные письма и… никогда их не отправляйте.
Это была моя тайная терапия, мой маленький бунт, но я забыла главное правило: никогда не говори «никогда».
Один случайный клик, сделанный маленькой дочкой моей подруги, — и самое ядовитое из моих писем летит прямиком к Даниэлю.
Я уже готовилась к увольнению с позором. Но вместо этого, мой босс, делает мне предложение, от которого кровь стынет в жилах. Он предлагает мне... стать его женой.
Что делать, если начальник — ходячий кошмар в идеальном костюме? Мой рецепт прост: пишите ему гневные, язвительные письма и… никогда их не отправляйте.
Это была моя тайная терапия, мой маленький бунт, но я забыла главное правило: никогда не говори «никогда».
Один случайный клик, сделанный маленькой дочкой моей подруги, — и самое ядовитое из моих писем летит прямиком к Даниэлю.
Я уже готовилась к увольнению с позором. Но вместо этого, мой босс, делает мне предложение, от которого кровь стынет в жилах. Он предлагает мне... стать его женой.
Вы видели когда-нибудь глаза человека за секунду до падения со скалы?
Когда я вошла в приемную, мой бывший – теперь будущий босс – посмотрел на меня с таким выражением лица.
– А она что здесь делает? – на лице красавчика отразился благоговейный ужас, который быстро сменился нарастающей злостью. – Кто-нибудь, вызовите экзорциста, у нас нечисть в офисе!
– Ну, что вы, Константин Юрьевич, это же Елизавета Андреевна, ваш новый личный ассистент, – кто-то успокаивал его, но он даже не взглянул в ту сторону.
– Найдите мне другую помощницу! Мы серьезная организация, а не колдовская лавка! – приказал Леонов, все еще глядя на меня. Видимо, считал, что способен сжигать одним взглядом.
Тоже мне, инквизиция…
– Мы не можем, Константин Юрьевич, у вас вылет через несколько часов.
Он поднял глаза в потолок молясь боженьке всех бывших, а потом подошел и тихо, но угрожающе прорычал.
– Будь осторожна, чокнутая. У тебя большие неприятности.
О, да! Знаю.
Но и у него – тоже...
Когда я вошла в приемную, мой бывший – теперь будущий босс – посмотрел на меня с таким выражением лица.
– А она что здесь делает? – на лице красавчика отразился благоговейный ужас, который быстро сменился нарастающей злостью. – Кто-нибудь, вызовите экзорциста, у нас нечисть в офисе!
– Ну, что вы, Константин Юрьевич, это же Елизавета Андреевна, ваш новый личный ассистент, – кто-то успокаивал его, но он даже не взглянул в ту сторону.
– Найдите мне другую помощницу! Мы серьезная организация, а не колдовская лавка! – приказал Леонов, все еще глядя на меня. Видимо, считал, что способен сжигать одним взглядом.
Тоже мне, инквизиция…
– Мы не можем, Константин Юрьевич, у вас вылет через несколько часов.
Он поднял глаза в потолок молясь боженьке всех бывших, а потом подошел и тихо, но угрожающе прорычал.
– Будь осторожна, чокнутая. У тебя большие неприятности.
О, да! Знаю.
Но и у него – тоже...
Глеб — старший брат моего мужа, а ещё мой жестокий и несправедливый босс. Кажется, он меня ненавидит. Но однажды именно он раскрывает мне глаза на мой брак и требует за это плату. Меня. Полностью и безраздельно.
Мой новый босс — красив, богат и несчастен. А еще у него есть запертая комната, полная секретов. Когда он поймал меня там, я ждала гнева. Но в его глазах увидела не злость, а то же порочное любопытство, что горело тогда и во мне.
— Я разрываю контракт, — говорит он лишённым эмоций тоном.
Его поза — воплощение власти и полного безразличия.
Я знала, этот день наступит… но не думала, что всё будет так…
— Но… мы же договорились на год, — делаю вид, что удивлена.
— Мои планы изменились, — он двигает папку с документами в мою сторону. — Обстоятельства.
— Что? Какие?
Родион испытующе смотрит на меня. В его глазах… Что это?
Гнев? Ненависть? Обида?
Нет, показалось. Его взгляд, как всегда, полностью непроницаем.
Он не отвечает на мой вопрос. Да и с чего я вообще жду ответа?
И так всё ясно с этим предателем…
— С разводом решим позже. Подписывай, — требует он.
Пять месяцев я играла роль счастливой жены. И всё ради того, чтобы спасти маму от нищеты.
Затем всё изменилось. Ледяное сердце Родиона растаяло.
Я решила, что мы полюбили друг друга.
Я думала, что я — жена, а оказалась просто очередной грелкой в его холодной постели…
Особенно горько, что именно сейчас. Когда внутри меня уже растёт наш ребёнок...
Его поза — воплощение власти и полного безразличия.
Я знала, этот день наступит… но не думала, что всё будет так…
— Но… мы же договорились на год, — делаю вид, что удивлена.
— Мои планы изменились, — он двигает папку с документами в мою сторону. — Обстоятельства.
— Что? Какие?
Родион испытующе смотрит на меня. В его глазах… Что это?
Гнев? Ненависть? Обида?
Нет, показалось. Его взгляд, как всегда, полностью непроницаем.
Он не отвечает на мой вопрос. Да и с чего я вообще жду ответа?
И так всё ясно с этим предателем…
— С разводом решим позже. Подписывай, — требует он.
Пять месяцев я играла роль счастливой жены. И всё ради того, чтобы спасти маму от нищеты.
Затем всё изменилось. Ледяное сердце Родиона растаяло.
Я решила, что мы полюбили друг друга.
Я думала, что я — жена, а оказалась просто очередной грелкой в его холодной постели…
Особенно горько, что именно сейчас. Когда внутри меня уже растёт наш ребёнок...
- Снежкина!— зовёт Жаров, и я, ей-богу, когда-то стану заикой. Оборачиваюсь. – У тебя повышение, — лыбится Ярослав Максимович, важно так, сидя в своём директорском кресле.
- Какое?— честно, мне не смешно, потому как, зная его, ожидать можно чего угодно.
- Будешь моей женой, так что собирай чемоданы. Мы едем в Сочи. — огорошивает он меня. Ну вот, о чём я и говорила. Клинануло мужика. Я даже чуть вперёд поддаюсь, всматриваясь в лицо начальника, который, видимо, поехал крышей.
***
- Тебе срочно нужно выйти замуж,— совет подруги так себе, конечно, но других вариантов нет.
А откуда ждать помощи молодой девушки, у которой за спиной лишь детдом и четыре года института?
Правильно. Надежда лишь на себя и свои мозги. Которые у меня, слава богу, работают. Или нет? Иначе почему я согласилась выйти замуж за своего вредного босса.
- Какое?— честно, мне не смешно, потому как, зная его, ожидать можно чего угодно.
- Будешь моей женой, так что собирай чемоданы. Мы едем в Сочи. — огорошивает он меня. Ну вот, о чём я и говорила. Клинануло мужика. Я даже чуть вперёд поддаюсь, всматриваясь в лицо начальника, который, видимо, поехал крышей.
***
- Тебе срочно нужно выйти замуж,— совет подруги так себе, конечно, но других вариантов нет.
А откуда ждать помощи молодой девушки, у которой за спиной лишь детдом и четыре года института?
Правильно. Надежда лишь на себя и свои мозги. Которые у меня, слава богу, работают. Или нет? Иначе почему я согласилась выйти замуж за своего вредного босса.
Выберите полку для книги