Книги по тегу «взрослые герои»: ""

Фабиана Пересмешникова появлялась в России нечасто, а после снова отбывала в свои Европы. Чаще в родную Италию, но нередко и куда-то еще. География эта периодически менялась. А вот дача ее деда в дальнем Подмосковье, окруженная вековыми елками и соснами, всегда оставалась неизменной. Она и Димыч на желтом такси. Сначала были волги, потом этих старушек, верно отработавших свое, сменили иномарки. Да и заказать машину теперь можно было не по телефону, а через интернет. Но и раньше, и теперь особым пунктом шло неизменное пожелание клиентки: за рулем должен быть один и тот же водитель.

Бешенство, вызванное появлением в моем доме молоденькой любовницы мужа, теперь стало запредельным.

– Ма-ам… – осторожно позвала меня дочь. – Я, конечно, всем скажу, что ты была в состоянии аффекта, но лучше не надо!

– Ты подумай! Эффект у нее! Да никакой этот твой эффект никому не интересен! – опять заголосила Ангелина, не понимая, что реально сейчас рискует. – На пенсию уж пора, а туда же!

Это стало последней каплей. Я ухватила незваную гостью за волосы на затылке, развернула ее за них в сторону входной двери и, эффектно – о да! – поддав коленом под зад, выставила вон. А потом заперла замок и со стоном отчаяния привалилась к створке. Господи, что ж… так-то все, а? Променять меня вот на это?!

– Мам, – дочь подошла ко мне, замерла, глядя тревожно и даже, пожалуй, испуганно, – а она правда может выгнать нас? Ну, если отец захочет? Просто взять и выгнать? А куда мы тогда пойдем?..

– Ну не знаю, – проговорила незнакомка. – Весь балкон заставила, как в оранжерее тут. Все же в магазине можно купить. А вся эта возня с землей… Только старухи таким занимаются.
Это про меня?
– А она и есть старуха! – звонко рассмеялся муж, и мои глаза округлились.
Это говорит человек, с которым мы прошли огонь и воду, которому я родила дочь. В любовь которого я верила и никогда не смела сомневаться.
– Не то что я, – капризно, почти по-детски протянул женский голос.
– Верно, любимая, не то что ты, – соблазнительно сказал Антон. – Молодая, красивая… Абрикос сочный. Иди сюда, я тебя попробую, а то у нас не так много времени, еще надо следы замести, чтобы жена ни о чем не догадалась.
После этих слов на глазах моментально проступили слезы.
Вот она истинная натура моего супруга. И как давно? Как давно я для него ничего не значу? И он отзывается так обо мне?
Я вытерла мокрые дорожки с пылающих щек.
– Да, брось ты ее. Только время зря теряешь, а то я другого найду.
– Я тебе найду...

- Чтобы уйти от мужа мне нужны деньги – хотя бы на полгода лечения сына, - вздохнула я.
- Значит, тебе нужна классная работа! Иди к Марку Юматову, - предложила подруга, но я лишь нервно хихикнула:
- Я не могу к нему пойти! Это же предательство. Он основной противник мужа на пост мэра!
- Ира, ты себя слышишь? Ты только что застукала своего мужа с любовницей, и после этого переживаешь, что предаешь его?

Пятнадцать лет брака, счастливая семья, а потом… я узнаю, что муж мне изменил. И он угрожает перестать оплачивать лечение сына, если я подам на развод! Теперь, чтобы обрести свободу я должна заключить союз с главным конкурентом мужа на выборах. Что из этого получится - даже страшно представить…

– Срочно операционную! У нас два экстренных пациента! – кричит врач приёмного отделения.
Мигом подрываюсь к нему. В висках гудит, сердце отбивает чечётку.
– Что случилось?
– Серьёзная авария. Мужчина и женщина, – произносит врач и зачитывает имена пострадавших.
Внутри меня всё обрывается. Эти двое ещё с утра были моей семьёй. Мой муж и моя племянница. Обоих я любила до беспамятства, но сегодня утром застала их вместе в нашей постели.
– Двоих одновременно я оперировать не смогу, – говорит хирург, обращаясь ко мне. – Тебе придётся выбрать, кому делать операцию.
Предатели попали в аварию, и жизнь одного из них сейчас зависит только от меня…
Но только чья?
Мужа, предавшего и разбившего моё сердце после двадцати лет брака. Или племянницы, ставшей для меня родной дочерью и ударившей кинжалом в спину?

Мужчин много, но тех, чьи имена хочется писать капсом, — единицы. Майор Васнецов — один из них. Надёжный, жёсткий, принципиальный. Настоящий.
Вот только в личной жизни ему не везёт. После развода женщины рядом есть, но «та самая» всё никак не находится. Но это лишь до тех пор, пока к нему в кабинет не попадает юная жертва нападения, у которой очень привлекательная мама. И завертелось…

Вбоквел книги "Мажор. Предел терпения" https://litmarket.ru/books/mazhor-predel-terpeniya

— Ну и что? Думаешь, самая умная, будешь торчать на своей работе, а я должен превратиться в “полового” инвалида? — в омерзительной манере вывалил Олег на меня, лениво подтягивая штаны. — Хрен тебе!
Я просто вернулась домой за забытыми рабочими отчетами.
Обычный день. Привычная деловая встреча. И несколько минут, которые ничего не должны были изменить. Должны…
Но в собственной спальне я застала мужа с няней нашего шестилетнего сына.
Он даже не попытался оправдаться. Не собирался просить прощения. Не прикрылся стыдом.
— Мы разводимся! — собрав волю в кулак озвучила я. — Сегодня же подам заявление.
— Обязательно, Наташ. — он нехотя потер нос. — Сказки венского леса оставь для своих клиентов, а про развод забудь. Даже не мечтай. — секунда молчания. — Иначе ребенка тебе не видать.

Что? Ты серьезно решил посягнуть на святое? На моего сына?
Зря ты это сделал, предатель.
Мечтать будешь ты. О пощаде.

Я думала, что худший момент в моей жизни - это прочитать в медицинском заключении слово «карцинома».
Я ошибалась.
Через десять минут узнала, что мой муж давно изменяет мне с молодой сотрудницей, которую я сама вытащила с низов и привела в свой журнал.
- С ней я чувствую себя живым, понимаешь? - Вадим раздраженно швыряет вещи в чемодан. - Тебе сорок пять, Яна. Вся твоя жизнь - это работа, контроль и жёсткие графики. Ты вечно холодная, правильная. А Лера… она другая. Не делай из себя жертву, наш брак давно умер.
Он говорит, что задыхается в браке со мной, а я понимаю, что, возможно, скоро перестану дышать по-настоящему.

У меня двойной диагноз:опухоль в теле и нож в спине от самых близких. И пока я переживала смерть сына, муж лечился молодой любовницей. Впереди пустота, больничные палаты, развод и липкий страх.
Но я соберу себя заново из осколков и научусь дышать. Потому что в 45 лет женщина имеет право быть слабой, но не имеет права сдаваться

— Аня, ты все не так поняла! — закричал муж. — Это не то, что ты думаешь! Мы просто... мы обсуждали отчеты, и тут... это случайность! Аня, остынь, ты все неверно истолковала!
— Неужели? Я не так поняла расстегнутую блузку своей племянницы? Или твои спущенные брюки?
Я повернулась к Маше. Она судорожно застегивала пуговицы на блузке.
— Какая же ты мерзкая, — тихо сказала я. — Я ведь к тебе со всей душой. Мать твоя сегодня сидела у меня на веранде, слезы лила от благодарности. А ты... как ты могла? Ты же выросла у меня на глазах.
Маша вдруг перестала возиться с пуговицами. Она выпрямилась, откинула назад свои длинные светлые волосы и посмотрела на меня с такой неприкрытой дерзостью, что у меня перехватило дыхание.
— А что я должна была делать, тетя Аня? — с вызовом спросила она. — Да, я молодая. Я красивая.
— Я горшки еще за тобой мыла, Маш, — с вызовом произношу.
— Так и быть, теть Ань, когда вы станете немощная, я тоже вынесу судно, — не растерялась она.

— Мам, только не передвигай Марину. Папа просил посадить её рядом с ним.

Я подшиваю дочери свадебное платье и смотрю на рассадку гостей. Возле моего мужа — другая женщина. Моё место — у прохода, рядом с ведущим.

— Мам, ты не знала?

Двадцать два года брака. Я шью платье нашей дочери, стираю его рубашки и не знаю, что муж уже сообщил ей о нашем расставании. Якобы мы всё решили. Вместе.

Он собирался уйти после свадьбы. Я попросила собрать вещи сегодня.

Теперь у меня своя мастерская, работа, о которой я давно мечтала, и развод за плечами. А у бывшего мужа — желание всё вернуть.

Только я больше не согласна на место, которое он мне отвёл.

Я всё ещё люблю его. Но как дать ему второй шанс и не предать себя?