Подборка книг по тегу: "взрослые герои"
— Откуда ты знаешь про неё? — спрашивает он. — Тебе что, она сама сказала?
Я смотрю на своего мужа и не верю, что он изменил мне. С подругой нашей дочки изменил!
— Какая разница? Это правда?..
Муж проводит по лицу ладонью.
— Это ничего не значит. Я не собираюсь уходить от тебя, если тебя это интересует.
— Ты её любишь? — не знаю, почему этот вопрос кажется мне самым важным.
— Это ничего не меняет, даже если люблю. Я остаюсь с тобой, а тебе советую сделать вид, что разговора не было. У большинства мужчин есть другие и жены это терпят.
Что он несёт? Что он вообще говорит такое?! Я нарочно царапаю себя этими мыслями, пытаясь остаться в своем уме, иначе я точно закричу, а потом свихнусь.
— И ты думаешь, я после такого останусь с тобой? Ты думаешь, что я это проглочу?
— Не пори горячку. Тебе придется стерпеть.
Только вот я не собираюсь терпеть измену. Мне будет тяжело, но я знаю, что делать дальше. Даже если моему мужу это не понравится.
Я смотрю на своего мужа и не верю, что он изменил мне. С подругой нашей дочки изменил!
— Какая разница? Это правда?..
Муж проводит по лицу ладонью.
— Это ничего не значит. Я не собираюсь уходить от тебя, если тебя это интересует.
— Ты её любишь? — не знаю, почему этот вопрос кажется мне самым важным.
— Это ничего не меняет, даже если люблю. Я остаюсь с тобой, а тебе советую сделать вид, что разговора не было. У большинства мужчин есть другие и жены это терпят.
Что он несёт? Что он вообще говорит такое?! Я нарочно царапаю себя этими мыслями, пытаясь остаться в своем уме, иначе я точно закричу, а потом свихнусь.
— И ты думаешь, я после такого останусь с тобой? Ты думаешь, что я это проглочу?
— Не пори горячку. Тебе придется стерпеть.
Только вот я не собираюсь терпеть измену. Мне будет тяжело, но я знаю, что делать дальше. Даже если моему мужу это не понравится.
— Ты меня опозорил перед новым преподавателем. Ты мерзость! — рычу со злобой в голосе.
— Значит так, дорогая, ты берега попутала, да? Ты никто и звать тебя никак, — шипит и бросается мне в лицо бумаги. Как пощечина…
— Нет, ты не понял. Это ты никто без меня и звать тебя никак без моих работ и без меня.
Мой муж мне изменяет. Я узнала об этом в нашу годовщину, и еще при свидетеле.
Теперь я хочу начать жизнь заново, с чистого листа… и самое главное — без каких-либо мужчин. Но один наглый преподаватель, новенький в нашем коллективе, не принимает отказов и поставил себе цель — добиться меня любой ценой.
— Значит так, дорогая, ты берега попутала, да? Ты никто и звать тебя никак, — шипит и бросается мне в лицо бумаги. Как пощечина…
— Нет, ты не понял. Это ты никто без меня и звать тебя никак без моих работ и без меня.
Мой муж мне изменяет. Я узнала об этом в нашу годовщину, и еще при свидетеле.
Теперь я хочу начать жизнь заново, с чистого листа… и самое главное — без каких-либо мужчин. Но один наглый преподаватель, новенький в нашем коллективе, не принимает отказов и поставил себе цель — добиться меня любой ценой.
Из спальни доносится чужой приторно-сладкий женский голос.
– Дорогой, ты уже вернулся? Я соскучилась! – с болью в сердце узнаю голос. Он принадлежит невесте нашего сына!
Малолетняя мерзавка спит с моим мужем! С отцом своего жениха! Два предателя!
– Тварь! Ты не достойна моего сына! – открыв дверь в спальню, цежу сквозь плотно сжатые зубы.
Невеста сына развалилась на моих же простынях в одном лишь соблазнительном кружевном нижнем белье!
– Вашего сына не достойна, да, – кивает, глядя мне в глаза и нахально улыбаясь. – А вот вашего мужа более чем! Игорь от меня без ума. Он носит меня на руках, пылинки сдувает и не устаёт признаваться в любви. Не мужчина, а настоящая мечта! Мы вместе уже целый год! Вы давно ему не интересны как женщина! Как друг, с которым можно выпить и вспомнить прошлое, да. Но как любовница нет! Не будьте дурой и уступите дорогу молодому поколению!
– Дорогой, ты уже вернулся? Я соскучилась! – с болью в сердце узнаю голос. Он принадлежит невесте нашего сына!
Малолетняя мерзавка спит с моим мужем! С отцом своего жениха! Два предателя!
– Тварь! Ты не достойна моего сына! – открыв дверь в спальню, цежу сквозь плотно сжатые зубы.
Невеста сына развалилась на моих же простынях в одном лишь соблазнительном кружевном нижнем белье!
– Вашего сына не достойна, да, – кивает, глядя мне в глаза и нахально улыбаясь. – А вот вашего мужа более чем! Игорь от меня без ума. Он носит меня на руках, пылинки сдувает и не устаёт признаваться в любви. Не мужчина, а настоящая мечта! Мы вместе уже целый год! Вы давно ему не интересны как женщина! Как друг, с которым можно выпить и вспомнить прошлое, да. Но как любовница нет! Не будьте дурой и уступите дорогу молодому поколению!
— Алина, знакомься. Это Вова. Он мой сын, и он остаётся с нами на Новый год, — в голосе мужа нет ни просьбы, ни раскаяния, только холодное, неоспоримое решение, принятое за нас двоих.
— Твой...сын? — горло сжимает тугим спазмом. Я смотрю на незнакомого мальчика и не могу вымолвить ни слова.
— Да, и он будет встречать Новый год с нами. Советую тебе к нему привыкнуть и не портить никому настроение.
Больше двадцати лет брака. Двое взрослых детей, новогодние планы, иллюзия семьи, и всё растворяется в ледяном молчании, которое воцаряется после его слов. Но он ещё не знает, что единственный, кому стоит привыкать к новым правилам — это он сам.
— Твой...сын? — горло сжимает тугим спазмом. Я смотрю на незнакомого мальчика и не могу вымолвить ни слова.
— Да, и он будет встречать Новый год с нами. Советую тебе к нему привыкнуть и не портить никому настроение.
Больше двадцати лет брака. Двое взрослых детей, новогодние планы, иллюзия семьи, и всё растворяется в ледяном молчании, которое воцаряется после его слов. Но он ещё не знает, что единственный, кому стоит привыкать к новым правилам — это он сам.
– Мы разводимся, – сообщает мой любимый муж, нехотя садясь напротив. – Сегодня я не приеду. Потом тоже не жди.
В шоке смотрю на него во все глаза. Всего каких-то два часа назад мы поздравляли дочь с двадцатью тремя годами и с помолвкой.
Игорь обнимал меня, целовал в щеку. А теперь говорит о… разводе?
– Подожди… Что ты сказал? – шепчу в ступоре, прикрывая рот рукой.
– Я принял решение, что нашему браку конец. У меня есть любимая женщина, более молодая, красивая и… беременная. Как я и мечтал, мальчиком. Скоро ей рожать.
– А как же я? – силюсь понять. – Наш брак?
– Наш брак это двадцать четыре года ошибки, – пренебрежительно бросает в ответ. – Квартира не твоя, машины на фирму, бизнес на партнёров. Юридически у тебя нет ничего. Вот конверт с деньгами на полгода. И разойдемся на этом.
После жестокого признания мужа я осталась ни с чем.
Никому ненужная и не знающая, а каково это жить для себя.
Теперь мне придется все начать с нуля.
Смогу ли я найти свое счастье после 45?
В шоке смотрю на него во все глаза. Всего каких-то два часа назад мы поздравляли дочь с двадцатью тремя годами и с помолвкой.
Игорь обнимал меня, целовал в щеку. А теперь говорит о… разводе?
– Подожди… Что ты сказал? – шепчу в ступоре, прикрывая рот рукой.
– Я принял решение, что нашему браку конец. У меня есть любимая женщина, более молодая, красивая и… беременная. Как я и мечтал, мальчиком. Скоро ей рожать.
– А как же я? – силюсь понять. – Наш брак?
– Наш брак это двадцать четыре года ошибки, – пренебрежительно бросает в ответ. – Квартира не твоя, машины на фирму, бизнес на партнёров. Юридически у тебя нет ничего. Вот конверт с деньгами на полгода. И разойдемся на этом.
После жестокого признания мужа я осталась ни с чем.
Никому ненужная и не знающая, а каково это жить для себя.
Теперь мне придется все начать с нуля.
Смогу ли я найти свое счастье после 45?
-Илья, милый, — отчётливо слышу слащавый до ужаса голос подруги. Удивительно, как раньше не замечала её гнусные нотки. - Я люблю тебя... Прошу оставь ты эту ненормальную. Она рехнулась совсем со своими больницами. Она сумасшедшая.
Я в шоке от услышанного.
- Малышка, — шепчет мой муж хриплым от возбуждения голосом, — поговорим об этом позже. - Я так соскучился... Хочу тебя... Еле дождался, когда уйдёт Настя.
Толкаю дверь и вижу, что Илья лежит в центре супружеской постели, а сверху на нём, чуть склонясь вперёд, сидит моя лучшая подруга. Бывшая лучшая подруга.
***
- Настя, мы всё решим! — говорит муж— МЫ...
- Нет! НАС теперь уже нет.
Я разворачиваюсь и ухожу. Я никогда его не прощу.
Я в шоке от услышанного.
- Малышка, — шепчет мой муж хриплым от возбуждения голосом, — поговорим об этом позже. - Я так соскучился... Хочу тебя... Еле дождался, когда уйдёт Настя.
Толкаю дверь и вижу, что Илья лежит в центре супружеской постели, а сверху на нём, чуть склонясь вперёд, сидит моя лучшая подруга. Бывшая лучшая подруга.
***
- Настя, мы всё решим! — говорит муж— МЫ...
- Нет! НАС теперь уже нет.
Я разворачиваюсь и ухожу. Я никогда его не прощу.
Судьба, рок, карма, предопределение - всё это вполне расхожие для нас и даже почти понятные слова! Другое дело, если ты не фаталист, смириться с глобальными неожиданностями, довольно сложно!
Особенно, если ты привык всегда и во всём руководствоваться лишь собственными прогнозами и планами. Если ты любого стороннего влияния на свою жизнь, категорически неприемлешь!
А форс-мажоры, которые да, случаются, лишь как временные и незначительные препоны воспринимаешь!
Георгий Михайлович, давно привык лишь на себя и свой прозорливый, расчётливый и изворотливый ум полагаться!
Но вот последствий проделок затейницы-Судьбы и подножек несправедливой и незаслуженной Кармы, к сожалению, в силу авторитарного характера, не учёл!
Особенно, если ты привык всегда и во всём руководствоваться лишь собственными прогнозами и планами. Если ты любого стороннего влияния на свою жизнь, категорически неприемлешь!
А форс-мажоры, которые да, случаются, лишь как временные и незначительные препоны воспринимаешь!
Георгий Михайлович, давно привык лишь на себя и свой прозорливый, расчётливый и изворотливый ум полагаться!
Но вот последствий проделок затейницы-Судьбы и подножек несправедливой и незаслуженной Кармы, к сожалению, в силу авторитарного характера, не учёл!
— Как ты мог? И с кем? С подругой нашей дочери! Сестрой жены сына!
— Не истери, Ксюша. Тебе не идет.
— Тётя Ксюша мы не хотели вас обижать… — мямлит голая девица, прячась за спиной моего мужа.
— Обижать? Да мы вонзили мне нож в спину! Двадцать семь лет вместе! И вот твоя благодарность. Малолетняя ш…
— Поосторожнее с выражениями, Ксения! — говорит муж строго. — Ася не заслужила такого обращения.
— А я заслужила?
— Езжай домой. Ни к чему публичные скандалы. Мы позже поговорим.
— Папа ты совсем охамел? — плачет дочь.
— И Милану забери. Так бывает, Ксюша. Я влюбился. Но ты моя жена и я вернусь к тебе.
— Я не стану этого терпеть. Развод!
— Лучше подумай прежде чем кидаться громкими фразами. Я ведь могу согласиться. И с чем тогда останешься ты, Ксюша?
Любимый праздник превращается в ад, когда я узнаю, что после двадцати семи лет брака муж завел интрижку с подругой дочери.
Но самое худшее, он предлагает мне подождать пока нагуляется, чтобы и дальше играть роль мужа.
— Не истери, Ксюша. Тебе не идет.
— Тётя Ксюша мы не хотели вас обижать… — мямлит голая девица, прячась за спиной моего мужа.
— Обижать? Да мы вонзили мне нож в спину! Двадцать семь лет вместе! И вот твоя благодарность. Малолетняя ш…
— Поосторожнее с выражениями, Ксения! — говорит муж строго. — Ася не заслужила такого обращения.
— А я заслужила?
— Езжай домой. Ни к чему публичные скандалы. Мы позже поговорим.
— Папа ты совсем охамел? — плачет дочь.
— И Милану забери. Так бывает, Ксюша. Я влюбился. Но ты моя жена и я вернусь к тебе.
— Я не стану этого терпеть. Развод!
— Лучше подумай прежде чем кидаться громкими фразами. Я ведь могу согласиться. И с чем тогда останешься ты, Ксюша?
Любимый праздник превращается в ад, когда я узнаю, что после двадцати семи лет брака муж завел интрижку с подругой дочери.
Но самое худшее, он предлагает мне подождать пока нагуляется, чтобы и дальше играть роль мужа.
— Так, всё, закругляемся! Концерт окончен! — громко объявляю я, тем самым прерывая происходящее.
Взгляд цепляется за бесстыжего мужа, который, видимо, не сразу расслышал мои слова. Его блаженно прикрытые глаза и открытый рот твердят о получаемом экстазе, а ведь он, мерзавец такой, твердил о том, что у него проблемы с этим самым… С боевой готовностью. А нет, оказывается, все у него в порядке.
— Галя?! — открыв глаза и встретившись со мной взглядом, испуганно сипит муж, держа в руках незнакомку в довольно интимной позе.
Помоложе решил найти, значит. На стройной фигурке ни единого изъяна.
Длинные волосы юной брюнетки распадаются в стороны, прикрывая её лицо. Да и плевать кто она, это уже не так важно.
Хотя нет, ещё как важно.
— Кристина?! — когда девушка оборачивается в мою сторону, я узнаю в ней бывшую девушку своего старшего сына, с которой они не так давно расстались… Причем расстались очень болезненно, потому что он до сих пор её любит.
Взгляд цепляется за бесстыжего мужа, который, видимо, не сразу расслышал мои слова. Его блаженно прикрытые глаза и открытый рот твердят о получаемом экстазе, а ведь он, мерзавец такой, твердил о том, что у него проблемы с этим самым… С боевой готовностью. А нет, оказывается, все у него в порядке.
— Галя?! — открыв глаза и встретившись со мной взглядом, испуганно сипит муж, держа в руках незнакомку в довольно интимной позе.
Помоложе решил найти, значит. На стройной фигурке ни единого изъяна.
Длинные волосы юной брюнетки распадаются в стороны, прикрывая её лицо. Да и плевать кто она, это уже не так важно.
Хотя нет, ещё как важно.
— Кристина?! — когда девушка оборачивается в мою сторону, я узнаю в ней бывшую девушку своего старшего сына, с которой они не так давно расстались… Причем расстались очень болезненно, потому что он до сих пор её любит.
— О, Зоя Виталиевна… Какая встреча, — её голос звучит бархатно, с лёгкой ноткой превосходства.
Мне становится дурно.
Я сглатываю, но не отвожу взгляда.
Марина скользит по мне оценивающим взглядом и чуть склоняет голову.
— Вы к мужу?
Я чувствую, как что-то внутри меня сжимается.
Мне хочется ударить её. Стереть с её лица это довольное выражение.
Но я не могу.
Я прокурорская жена.
Я научилась терпеть.
Поэтому я лишь ровно смотрю ей в глаза и говорю:
— Да.
Она усмехается ещё шире.
— Что ж… Надеюсь, ваш разговор будет продуктивным.
И, чуть замедлив шаг, проходит мимо.
Я слышу её каблуки, слышу, как хлопает дверь...
Мне становится дурно.
Я сглатываю, но не отвожу взгляда.
Марина скользит по мне оценивающим взглядом и чуть склоняет голову.
— Вы к мужу?
Я чувствую, как что-то внутри меня сжимается.
Мне хочется ударить её. Стереть с её лица это довольное выражение.
Но я не могу.
Я прокурорская жена.
Я научилась терпеть.
Поэтому я лишь ровно смотрю ей в глаза и говорю:
— Да.
Она усмехается ещё шире.
— Что ж… Надеюсь, ваш разговор будет продуктивным.
И, чуть замедлив шаг, проходит мимо.
Я слышу её каблуки, слышу, как хлопает дверь...
Выберите полку для книги