Книги по тегу «властный босс»: ""
Иногда случайная встреча меняет все, даже если ты не успел узнать имени. Алекс успешный, но давно потерявший вкус к настоящим чувствам. Лея мечтательница с ярким сердцем и острым карандашом в руке. Их свела случайность: один взгляд и один рисунок, который она побоялась вручить лично.
И одна авария, которая разрушила все.
Лее предстоит пройти долгий путь реабилитации и столкнуться с невероятными трудностями, включая предательство и ложь, чтобы найти в себе силы раскрыть правду.
И одна авария, которая разрушила все.
Лее предстоит пройти долгий путь реабилитации и столкнуться с невероятными трудностями, включая предательство и ложь, чтобы найти в себе силы раскрыть правду.
— Представляешь, этот тиран сегодня снова орал из-за запятой в письме! Какой же он невыносимый! Сухарь, бесчувственный робот! И ещё смотрит на всех свысока, будто мы мухи надоедливые…
Неожиданно за её спиной раздался холодный голос: «Мухи, говорите?»
Женя испуганно подняла глаза и замерла.
Прямо перед ней, скрестив руки на груди, стоял ОН.
Генеральный директор, собственной персоной.
Его лицо было непроницаемым, но в глазах сверкали молнии.
В повисшей тишине было слышно только её учащенное дыхание. Разумовский продолжал сверлить её взглядом.
— Продолжайте, Евгения, — наконец произнес он ледяным тоном. — Я с удовольствием послушаю, что вы еще думаете о своем самовлюбленном самодуре-начальнике. Очень увлекательно вы рассказываете. Я заслушался.
Женя почувствовала, как ее щеки заливает краска.
Она готова была провалиться сквозь землю.
Что теперь будет? Увольнение? Штраф? Или что-то еще хуже?
Неожиданно за её спиной раздался холодный голос: «Мухи, говорите?»
Женя испуганно подняла глаза и замерла.
Прямо перед ней, скрестив руки на груди, стоял ОН.
Генеральный директор, собственной персоной.
Его лицо было непроницаемым, но в глазах сверкали молнии.
В повисшей тишине было слышно только её учащенное дыхание. Разумовский продолжал сверлить её взглядом.
— Продолжайте, Евгения, — наконец произнес он ледяным тоном. — Я с удовольствием послушаю, что вы еще думаете о своем самовлюбленном самодуре-начальнике. Очень увлекательно вы рассказываете. Я заслушался.
Женя почувствовала, как ее щеки заливает краска.
Она готова была провалиться сквозь землю.
Что теперь будет? Увольнение? Штраф? Или что-то еще хуже?
Поездка в закрытый элитный клуб должна была стать просто экспериментом. Глупый спор, чтобы встряхнуть наши с парнем отношения. Но когда я встретила ЕГО взгляд сквозь стекло VIP-зоны, всё вышло из-под контроля.
Той ночью я нарушила все свои правила, ощутив то, что не могла представить даже в своих самых ярких фантазиях. А потом сбежала, оставив с ним часть себя. Я свято верила, что больше никогда его не увижу. До того рокового утра, когда он уверенной походкой вошёл в кабинет моего начальника.
Теперь ОН – мой босс. И наш случайный секрет – лишь первая глава в новой игре. Игре, где все правила пишет он.
Той ночью я нарушила все свои правила, ощутив то, что не могла представить даже в своих самых ярких фантазиях. А потом сбежала, оставив с ним часть себя. Я свято верила, что больше никогда его не увижу. До того рокового утра, когда он уверенной походкой вошёл в кабинет моего начальника.
Теперь ОН – мой босс. И наш случайный секрет – лишь первая глава в новой игре. Игре, где все правила пишет он.
- Не будет никаких клятв и рассказов о большой любви.
- Я согласна.
- И других у тебя не будет. Только я. Когда захочу и сколько захочу.
Тяжелая мужская ладонь легла на горло, а большой палец прошелся по губам.
- Мне подходит, - прошептала я, не узнавая себя.
- Красивая феечка. Хорошая. – Горячая мускулистая грудь вжала меня в стену с нежностью асфальтоукладчика.
- На месяц... – Тело уже вспомнило, как хорошо бывает в этих объятиях. Оно загорелось, забыв обо всех табу и стоп-кранах. Лишь мозг в панике пытался выторговать последние гарантии. Напоминал о гордости, воспитании и коротком неудачном браке.
- Ты не пожалеешь. Ни потом... Ни сейчас.
Самостоятельная история. Однотомник
Без трагедий, с огоньком.
- Я согласна.
- И других у тебя не будет. Только я. Когда захочу и сколько захочу.
Тяжелая мужская ладонь легла на горло, а большой палец прошелся по губам.
- Мне подходит, - прошептала я, не узнавая себя.
- Красивая феечка. Хорошая. – Горячая мускулистая грудь вжала меня в стену с нежностью асфальтоукладчика.
- На месяц... – Тело уже вспомнило, как хорошо бывает в этих объятиях. Оно загорелось, забыв обо всех табу и стоп-кранах. Лишь мозг в панике пытался выторговать последние гарантии. Напоминал о гордости, воспитании и коротком неудачном браке.
- Ты не пожалеешь. Ни потом... Ни сейчас.
Самостоятельная история. Однотомник
Без трагедий, с огоньком.
Анна Пиранова не всегда была Пираньей, жизнь заставила ее такой стать. А, войдя в образ, отказаться от него не так-то просто. Только сильный мужчина рядом может помочь спрятать зубки и довериться тому, кто решит все проблемы. Только вот хочет ли Пиранья таких отношений?
— Я же говорил, чтобы ты проваливала домой, — зарычал босс и притянул к себе так, что я врезалась в его массивную грудь. Сильные руки рванули в стороны полы моей мокрой блузки. — Ты вряд ли понимаешь, заноза рыжая. Что я сейчас с тобой сделаю. Что я буду с тобой делать. До самого утра.
Его зовут Артур Ахмедов.
Он должник моего отца, поэтому взял меня на работу.
Он скоро женится на дочери своего делового партнера, а я для него табу.
Неделю испытательного срока он дал мне, чтобы я облажалась и он прогнал меня прочь, но...
Та ночь.
Без стыда.
Без запретов.
Без правил.
Одна ночь...
И рухнуло всё.
Его зовут Артур Ахмедов.
Он должник моего отца, поэтому взял меня на работу.
Он скоро женится на дочери своего делового партнера, а я для него табу.
Неделю испытательного срока он дал мне, чтобы я облажалась и он прогнал меня прочь, но...
Та ночь.
Без стыда.
Без запретов.
Без правил.
Одна ночь...
И рухнуло всё.
ЗАВЕРШЕННЫЙ РАССКАЗ!
— Красная Шапочка пришла к серому волку?
Кардиохирург Волков смеется.
— Откуда... откуда вы знаете моё прозвище? — серьёзно спрашиваю я. — Меня так только бабушка называет.
— О, Господи. Она ещё и серьёзно! Послушайте, Красная Шапочка, у меня нет времени на сказки. Выйдите, пожалуйста, из моего кабинета.
— Нет! Вы должны мне помочь! — кричу я, и мой голос срывается. — Точнее моей бабушке! Она умирает!
— Операция стоит огромных денег... Они у вас есть?
Я молчу и вижу, как губы доктора Волкова кривятся в ужасной усмешке. Он наклоняется ближе, его голос становится ядовитым:
— Впрочем, есть и другой вариант. Можете отработать... натурой.
— Красная Шапочка пришла к серому волку?
Кардиохирург Волков смеется.
— Откуда... откуда вы знаете моё прозвище? — серьёзно спрашиваю я. — Меня так только бабушка называет.
— О, Господи. Она ещё и серьёзно! Послушайте, Красная Шапочка, у меня нет времени на сказки. Выйдите, пожалуйста, из моего кабинета.
— Нет! Вы должны мне помочь! — кричу я, и мой голос срывается. — Точнее моей бабушке! Она умирает!
— Операция стоит огромных денег... Они у вас есть?
Я молчу и вижу, как губы доктора Волкова кривятся в ужасной усмешке. Он наклоняется ближе, его голос становится ядовитым:
— Впрочем, есть и другой вариант. Можете отработать... натурой.
ЗАКОНЧЕННЫЙ КОРОТКИЙ РАССКАЗ
Кто не мечтал стать шпионкой в боевике? Вот я, например, никогда не мечтала.
Однако по большой просьбе вынуждена следить за мужем маминой подруги. И не где-нибудь, а на шикарном тропическом острове.
Ради такой цели мне пришлось устроиться переводчиком к этому самому мужу.
Но что, если всё идёт не по плану? Мой новый босс оказывается крепким орешком с ужасным характером и принимает меня за взбалмошную золотоискательницу.
И, похоже, босс-красавчик вовсе не тот, за кем я должна была следить.
Кто не мечтал стать шпионкой в боевике? Вот я, например, никогда не мечтала.
Однако по большой просьбе вынуждена следить за мужем маминой подруги. И не где-нибудь, а на шикарном тропическом острове.
Ради такой цели мне пришлось устроиться переводчиком к этому самому мужу.
Но что, если всё идёт не по плану? Мой новый босс оказывается крепким орешком с ужасным характером и принимает меня за взбалмошную золотоискательницу.
И, похоже, босс-красавчик вовсе не тот, за кем я должна была следить.
— По-твоему, произошедшее — просто случайность?
— Эм… а разве нет? Ну, мы спорили. И эти дурацкие туфли. Я не выспалась. Вот и…
— Ты нравишься мне, Свет. И нравишься довольно-таки давно.
___
Кто бы мог подумать, что перевод на работу в главный офис превратится для меня в настоящую пытку. А мой начальник настоящий деспот и тиран-фетишист, имеющий особенную придурь. К тому же нереальный красавчик, что не даёт мне покоя ни на работе, ни в моих снах...
— Эм… а разве нет? Ну, мы спорили. И эти дурацкие туфли. Я не выспалась. Вот и…
— Ты нравишься мне, Свет. И нравишься довольно-таки давно.
___
Кто бы мог подумать, что перевод на работу в главный офис превратится для меня в настоящую пытку. А мой начальник настоящий деспот и тиран-фетишист, имеющий особенную придурь. К тому же нереальный красавчик, что не даёт мне покоя ни на работе, ни в моих снах...
Я пришла к нему за помощью, преисполненная воодушевлением и мечтой. Наивно полагала, что такие мужчины интеллигентны, воспитаны и добры. Как же я ошиблась! Кирилл Андреевич – настоящий дьявол. Змей, пожирающий инфантильных дурочек, как я, на закуску.
Он останавливается за моей спиной. Чувствую, как по затылку бегают мурашки, перескакивая на плечи и волной проходясь по рукам.
Смотрит на меня, что ли?
— Приобщение детей к искусству формирует в них чувство прекрасного… — продолжаю, запинаясь: — Шуберт, Бах, Моцарт
Северин встает передо мной, опершись бедрами о столешницу, и складывает руки на груди. Опускаю глаза и упираюсь взглядом в его ширинку. В горле спирает и вся влага испаряется. Во рту пустыня.
Господи, я пялюсь на его достоинство!
Кошмар какой-то…
— Продолжайте, — настаивает насмешливым тоном.
— Оч-чень важно развивать в ребенке творческие способности, качества личности, мышление и эмоциональную сферу через искусство…
— Ты кричишь, когда кончаешь?
— Что, простите?
Он останавливается за моей спиной. Чувствую, как по затылку бегают мурашки, перескакивая на плечи и волной проходясь по рукам.
Смотрит на меня, что ли?
— Приобщение детей к искусству формирует в них чувство прекрасного… — продолжаю, запинаясь: — Шуберт, Бах, Моцарт
Северин встает передо мной, опершись бедрами о столешницу, и складывает руки на груди. Опускаю глаза и упираюсь взглядом в его ширинку. В горле спирает и вся влага испаряется. Во рту пустыня.
Господи, я пялюсь на его достоинство!
Кошмар какой-то…
— Продолжайте, — настаивает насмешливым тоном.
— Оч-чень важно развивать в ребенке творческие способности, качества личности, мышление и эмоциональную сферу через искусство…
— Ты кричишь, когда кончаешь?
— Что, простите?
Выберите полку для книги