Книги по тегу «властный герой нежная героиня»: ""

Однажды метель толкнула меня в объятия взрослого, опытного и совершенно запретного мужчины.
Наша связь была короткой, яркой и закончилась катастрофой.
Он разбил мне сердце, и я потратила годы, чтобы собрать себя по кусочкам и нарастить броню.
Но у судьбы странное чувство юмора. Теперь он выкупил компанию, в которой я работаю.
Он — мой новый босс.

"- Давайте всё забудем,- мой голос сорвался на хрип.
- А если я не хочу забывать?
- Это какая-то шутка?
- Что конкретно? — Павел делает короткий шаг, почти вжимая меня в столешницу своим телом.
- Всё это! — выкрикиваю я, толкаю его, но он не двигается. И даже не усмехается, смотрит тяжело, серьёзно.
- Отойдите, — снова сипло вылетает из горла. - Сперва вы вышвыриваете меня из своей жизни, а спустя два года решаете, что передумали? А между тем ваша любовница устраивает вам десерт прямо под столом!
- Ревнуешь?
- Нет, — отвечаю я, но это звучит жалко и неубедительно.
И вдруг Павел наклоняется ниже и жадно впивается в мои губы"

Она - доктор, уехавшая в дальнюю деревню, чтобы забыться в работе после смерти мамы. Он... орк. Что их связывает? И, как так получилось, что именно в нем она нашла свою опору и любовь?

Её жизнь состояла из трёх правил: воруй, слушайся Жардана, не мечтай.
Четвёртое правило установил ОН — древний дракон, в чьи владения они посмели забраться.
Правило простое: «Ты — моя».
Теперь Лилу предстоит понять, что страшнее: голодная «свобода» с человеком, который её использует, или вечный, роскошный плен у существа, чья забота похожа на любовь, а власть — на единственное безопасное место в мире.

Пожалуйста подпишитесь на автора.

Анастасия молодая и очень привлекательная девушка, которая по уши увлечена работой. Но в один день она вдруг понимает, что босс имеет на нее планы и совсем не делового характера... Так чем же закончится эта история?

— Ты реально до сих пор девственница? — шепчет босс мне на ухо. — Тогда я первым буду…
— Пожалуйста, не надо! — хватаюсь за футболку, чтобы прикрыть грудь.
— Поздно, — говорит он, — Будешь моим подарочком на Новый Год, иначе...

Я сфотографировала своего босса обнаженным в его постели.
И написала об этом в личном дневнике, приправив от себя пикантными подробностями.
За что мой кавказский босс решил наказать меня в новогоднюю ночь по всей строгости…
В своей постели.

– Так что застряла ты тут с нами надолго, но поверь, мы согреем как надо...
Я должна была идти под венец, а вместо этого едва не замёрзла в глухом лесу во время разыгравшейся метели.
Их дом стал моим единственным шансом на спасение, но вскоре их близость становится опаснее метели, а обещание согреть звучит как приговор… и как самое сладкое искушение в моей жизни.

— Но вы же сказали…
— Я передумал, — его губы искривились в полуулыбке, но в глазах не было ни намёка на веселье. — И вообще, Белова…
Он сделал шаг ближе, и ей вдруг стало трудно дышать.
— Вам не кажется... что у нас уже была… встреча? — Он с таким тщанием рассматривал её глаза, что она чуть не окосела от такого внимания. Аж сетчатку обожгло.
Лёд пробежал по спине.
— Нет, — она чуть не сломала голос. — Я бы помнила.
— Вот и я так думал, — он медленно кивнул, но в его взгляде было что-то… безумное. — До завтра.
И ушёл, оставив её стоять с бешено колотящимся сердцем.
«Он знает».
Но что именно? Что именно этот гад «Так и думал»???

Я год оттирала с кожи их следы и память о той новогодней ночи. Стала боссом, а не служанкой. Считала, что опасная сказка с братьями Волковыми навсегда в прошлом.
Но я ошиблась…
Они вернулись в канун Нового года – грубее, серьёзнее и смертельно притягательнее.
Говорят, принесли «ответ».
Говорят, хотят «настоящего», «живого»!
Год назад эти мужчины зажгли во мне огонь. Теперь пришло время либо затушить его навсегда, либо разжечь такой пожар, из которого не захочется убегать.

Горячо и нежно
ХЭ на троих

Не знаю, как долго я брела по стремительно образовывающимся сугробам, борясь с порывами ветра.
— Тепло ли тебе девица, тепло ли тебе красная? — бубнила себе под нос фразу из известной сказки.
Единственным моим желанием было лечь, прям здесь, в сугробе, закрыть глаза и уснуть.
Через несколько метров я не выдержала, ноги мои подкосились, я упала в снег и закрыла глаза.
— Сумасшедшая! Ты как здесь оказалась ?! — меня вырвал из сладкого сна дикий рык.
Я с трудом разомкнула веки. Надо мной нависал огромный мужик в красной куртке с капюшоном. Как я ни старалась, но не смогла разглядеть лица: в его спину бил яркий свет фар большого внедорожника.
— По-мо-ги-те, — прохрипела и провалилась в небытие.

— Вон отсюда! Ты хоть понимаешь, что несешь? Я друг твоего отца! Я тебе подгузники менял! — Давид бьет кулаком по столу так, что звенит стекло. — Иди играй в куклы, деточка. Здесь тебе не место.
— Мне уже двадцать!
Я вжимаю голову в плечи, глотая злые слезы обиды. Он видит во мне ребенка. Но его тяжелый, черный взгляд, скользящий по моим губам, говорит об обратном. Он хочет меня, я чувствую это кожей.
Я уйду. Но когда мой бывший загонит меня в угол, именно этот страшный «дядя» приедет, разнесет пол-университета и заявит на весь мир: «Она моя. Тронешь её — умрешь».