Книги по тегу «властный герой»: ""
Я умерла и очнулась в собственной книге.
Единственный, кто может меня спасти, это злодей, которого я сама же и убила.
— Что входит в мои обязанности? — со вздохом произнесла я.
— Подготовка договоров, оформление студентов, — перечислил он вроде бы стандартные вещи и в конце скромно так добавил: — И ещё удовлетворение моих личных нужд.
— Каких это нужд?!
Попала, так попала.
✧Вас ожидает✧
✧ Драконы
✧ Попаданка в книгу 📚
✧ Академия магии ⚜️
✧ Адекватная героиня 😉
✧ Злодейский злодей 😍
✧ Юмор 😂
✧ Горячие сцены (много горячих сцен!) ❤️
Единственный, кто может меня спасти, это злодей, которого я сама же и убила.
— Что входит в мои обязанности? — со вздохом произнесла я.
— Подготовка договоров, оформление студентов, — перечислил он вроде бы стандартные вещи и в конце скромно так добавил: — И ещё удовлетворение моих личных нужд.
— Каких это нужд?!
Попала, так попала.
✧Вас ожидает✧
✧ Драконы
✧ Попаданка в книгу 📚
✧ Академия магии ⚜️
✧ Адекватная героиня 😉
✧ Злодейский злодей 😍
✧ Юмор 😂
✧ Горячие сцены (много горячих сцен!) ❤️
Руслан пальцами коснулся моей щеки. Я попыталась уклониться, но он жестко перехватил подбородок и заставил смотреть прямо на себя.
— Думала, что сможешь меня избегать? Я всегда получаю, что хочу.
Я молчала. В его глазах плясали бешеные огоньки.
— Теперь ты моя, Аня. И ты будешь делать то, что я скажу, — добавил он, чуть сильнее сжав пальцы на моем лице.
Я оказалась в ненужном месте в ненужное время. Случайная встреча в лифте и моя жизнь перестала быть моей.
Он потребовал мое тело. Мою душу. Меня целиком, без остатка.
Руслан Дудаев настоящий зверь в человеческом обличье. Он привык брать то, что хочет. А захотел он меня. Я стала жертвой его одержимости, пленницей его неистовых желаний. Он не принимает отказов и не знает пощады.
Пересекается с историей Одержимый тобой https://litmarket.ru/books/oderzhimyy-toboy-1
— Думала, что сможешь меня избегать? Я всегда получаю, что хочу.
Я молчала. В его глазах плясали бешеные огоньки.
— Теперь ты моя, Аня. И ты будешь делать то, что я скажу, — добавил он, чуть сильнее сжав пальцы на моем лице.
Я оказалась в ненужном месте в ненужное время. Случайная встреча в лифте и моя жизнь перестала быть моей.
Он потребовал мое тело. Мою душу. Меня целиком, без остатка.
Руслан Дудаев настоящий зверь в человеческом обличье. Он привык брать то, что хочет. А захотел он меня. Я стала жертвой его одержимости, пленницей его неистовых желаний. Он не принимает отказов и не знает пощады.
Пересекается с историей Одержимый тобой https://litmarket.ru/books/oderzhimyy-toboy-1
Ненавижу мужчин! От них сплошные проблемы. Один скрыл, что женат. Другой исчез, сбросив на мои плечи огромный долг. Третий вроде бы помог, но отправил работать к настоящему тирану, от взгляда которого внутри все замирало. И сложно сразу разобрать, от его красоты или моего страха. Поговаривали, у него не продержался никто дольше двух недель, но, уверена, все дело в мотивации. Моя сильнее некуда, а потому… Ищите дальше причины, Александр Матвеевич, все равно меня не уволите.
Я думала, что мы победили. Что тени исчезли навсегда. Что наш мир, который мы с Дарионом отстроили из пепла, будет вечным. Но древняя магия, спавшая под землёй тысячи лет, пробудилась.
Мой мир снова рушится. Но теперь я не одна — я королева, мать и воин. Моя дочь, врата, открывающая пути между мирами. Мой сын, меч, способный рассечь любую тьму. Они выросли, и их сила готова изменить всё.
Мы отправляемся в глубины земли, чтобы встретить угрозу, которая старше нас самих. Мы должны выяснить, чего она хочет. И мы готовы сражаться, защищая всё, что нам дорого.
Мой мир снова рушится. Но теперь я не одна — я королева, мать и воин. Моя дочь, врата, открывающая пути между мирами. Мой сын, меч, способный рассечь любую тьму. Они выросли, и их сила готова изменить всё.
Мы отправляемся в глубины земли, чтобы встретить угрозу, которая старше нас самих. Мы должны выяснить, чего она хочет. И мы готовы сражаться, защищая всё, что нам дорого.
Я — Жанна. Пиарщица с острым языком, пышными формами и полным отсутствием веры в сказки. Моя карьера — на пике, личная жизнь — под запретом. Меньше всего я планировала становиться нянькой для дочки самого невыносимого Ветрова.
Архип — педиатр, любимчик медсестёр и пациентов, бабник в ярких носках. За его улыбкой — разбитое сердце, пятилетняя дочь, которая не говорит после ухода матери, и дом, где няни сбегают быстрее, чем я закрываю сделки.
Я пришла помочь «на пару дней». И притащила с собой личную катастрофу — шестнадцатилетнего племянника Кира, которого мы прячем от жестокого отчима.
Архип был в ярости. Пока его молчаливая дочь не обняла меня и не сказала первое слово за год: «Моя».
Но когда мой отчим находит нас и угрожает отнять Кира, Архип вдруг перестаёт быть клоуном. Он становится защитником. А я, кажется, попадаю в ту самую сказку, в которую поклялась не верить.
Архип — педиатр, любимчик медсестёр и пациентов, бабник в ярких носках. За его улыбкой — разбитое сердце, пятилетняя дочь, которая не говорит после ухода матери, и дом, где няни сбегают быстрее, чем я закрываю сделки.
Я пришла помочь «на пару дней». И притащила с собой личную катастрофу — шестнадцатилетнего племянника Кира, которого мы прячем от жестокого отчима.
Архип был в ярости. Пока его молчаливая дочь не обняла меня и не сказала первое слово за год: «Моя».
Но когда мой отчим находит нас и угрожает отнять Кира, Архип вдруг перестаёт быть клоуном. Он становится защитником. А я, кажется, попадаю в ту самую сказку, в которую поклялась не верить.
Что бывает, когда обычно непьющая, но доведенная до ручки сотрудница на корпоративе начинает употреблять алкоголь в больших количествах? Катастрофа. Полная катастрофа для её карьеры! Кристина и подумать не могла, что способна на подобное… Что способна на совершение тяжкого преступления! Повезло ещё, что жертва была абсолютно не против совершения над ней насилия… И даже желает повторения!
— Рита, что ты задумала? — в его голосе явно прослеживалась паника.
Она подняла на него глаза. В них проглядывала бархатная тьма.
— Ты был очень плохим мальчиком, Даниил, — протянула Марго сладким, как патока, голосом, — а плохие мальчики должны быть наказаны.
— Нет, — он стал брыкаться, но привязали его крепко, — нет. Не делай этого!
— Не беспокойся, — холодно улыбнулась Марго, — тебе понравиться! Можешь кричать, всё равно никто не услышит. Тут замечательная звукоизоляция.
Она подняла на него глаза. В них проглядывала бархатная тьма.
— Ты был очень плохим мальчиком, Даниил, — протянула Марго сладким, как патока, голосом, — а плохие мальчики должны быть наказаны.
— Нет, — он стал брыкаться, но привязали его крепко, — нет. Не делай этого!
— Не беспокойся, — холодно улыбнулась Марго, — тебе понравиться! Можешь кричать, всё равно никто не услышит. Тут замечательная звукоизоляция.
Она привыкла получать всё, чего хочет. Четверо охранников привыкли выполнять приказы и держать дистанцию. Но несколько дней в закрытом доме заставляют их увидеть друг друга настоящими. Теперь опасность не только снаружи — она внутри.
— Беги, мышка. Прячься в своих бетонных норах, — пророкотал он, и под моими ногами завибрировал пол. — Этот город — моё тело. Я чувствую каждый твой испуганный вздох, каждый удар твоего бешеного сердца. Ты можешь бежать от меня, но ты не сбежишь от самой себя.
Он ворвался в мою жизнь, как шаровая молния, оставив после себя руины и странную метку на запястье. Он называет себя хранителем города, а меня — своим Изломом, своей парой. Он — чудовище из городских легенд, а я — обычный реставратор старых карт. Но почему тогда с каждым днём мне всё сложнее дышать без него? И почему узор на моей коже с каждым днём светится всё ярче, отзываясь на его близость?
И я боюсь, что скоро мне самой захочется ему принадлежать.
Он ворвался в мою жизнь, как шаровая молния, оставив после себя руины и странную метку на запястье. Он называет себя хранителем города, а меня — своим Изломом, своей парой. Он — чудовище из городских легенд, а я — обычный реставратор старых карт. Но почему тогда с каждым днём мне всё сложнее дышать без него? И почему узор на моей коже с каждым днём светится всё ярче, отзываясь на его близость?
И я боюсь, что скоро мне самой захочется ему принадлежать.
Когда Алиса выходила замуж за Демида Морозова, она думала, что любовь будет вечной. Десять лет спустя она находит в его кармане ювелирный чек на двести тысяч — и понимает, что давно перестала быть женщиной, став функцией. «Ты без меня — ноль», — бросает муж. И Алиса уходит. С подушкой и остатками гордости.
Выберите полку для книги