Книги по тегу «властный герой»: ""

Он держит меня рядом, как держат опасного зверя на коротком поводке. Но чем дольше я рядом, тем сильнее запутываюсь. Тем яснее вижу: правда, в которую я верила, была ложью. А человек, которого я ненавидела, возможно, единственный, кто пытался меня спасти.
Между нами вспыхивает страсть, которую я не могу — и не хочу — контролировать. Его прикосновения обжигают. Его власть над моим телом пугает. И когда я думаю, что готова его уничтожить, он смотрит на меня так, словно я — единственное, что имеет значение.

Она — журналистка, которая однажды разрушила его репутацию. Он — миллиардер, который поклялся её уничтожить. Но когда семейный совет ставит ему ультиматум: жениться до тридцати пяти или потерять контроль над компанией, идеальной кандидаткой оказывается именно она.
Три месяца фиктивных отношений. Один контракт. Никаких поцелуев вне камер. Всё просто, как бизнес-сделка. Вот только ненависть, которая кипела между ними годами, начинает подозрительно напоминать желание. А желание — на что-то гораздо большее.

— Ты знал про Ковалёва раньше, чем сказал мне, — произнесла она тихо. — Я нашла пометку. Твою.

Тимур не отвёл взгляд.

— Знал часть. Не всё.

— Достаточно, чтобы молчать годами.

— Достаточно, чтобы пытаться закрыть это так, чтобы не уничтожить отца. — Он шагнул ближе. — Я не участвовал. Но я знал. И защищал семью. Теперь ты стоишь здесь и заставляешь меня выбирать.

Ева не отступила.

— Тогда выбирай.

Тимур поднял руку и на этот раз коснулся её щеки. Пальцы были тёплыми, чуть грубыми.

— Я уже выбираю. Каждый день, пока ты здесь.

Он наклонился. Поцелуй вышел жёстким, почти злым. Ева ответила так же — со злостью, с голодом, с тем, что копилось слишком долго. Когда они оторвались друг от друга, оба дышали тяжело.

— Это ничего не меняет, — сказала она хрипло.

— Меняет всё, — ответил Тимур. — Теперь ты не просто под моей защитой. Теперь ты моя проблема.

Максим вышел ещё до полной остановки. Движения были короткими, точными, без лишнего шума. Первый нападавший получил удар в горло и сложился. Второй попытался достать что-то из кармана — Максим уже был рядом. Короткий щелчок, глухой звук. Мужчина осел на асфальт.

Алиса стояла, прижавшись спиной к чужой машине, и пыталась дышать.

Максим повернулся к ней. Глаза холодные, злые — впервые по-настоящему.

— В машину. Сейчас.

Она села. Руки тряслись так, что не получалось застегнуть ремень. Максим пристегнул его сам. Потом завёл двигатель и выехал с парковки, уже говоря по телефону короткими рублеными фразами.

До дома ехали молча. Только когда забор закрылся за ними, Максим выключил мотор и повернулся.

— Вы хоть понимаете, что только что произошло?

В постели он владеет ею полностью — каждый вздох, каждое движение под его контролем.
В постели она отдаётся ему без остатка — растворяется, забывая о страхе и одиночестве.
Там он может быть богом, а она — спасённой.
Но за пределами спальни их страсть превращается в опасную игру.
Потому что настоящая любовь требует уязвимости, а уязвимость для них обоих — это смертельный риск.
Любовь заставит выбирать: остаться сломанным, но в безопасности, или рискнуть исцелением — и, возможно, потерять всё...

В ночь открытия я проливаю бутылку коллекционного вина на самого опасного человека города. Мне девятнадцать, и всё, чего я хотела, — отработать смену незаметно.
— С этого дня ты работаешь без выходных, пока не отработаешь ущерб. И обслуживать мой стол отныне будешь только ты. Лично.
Амир Султанович. Чеченец, владелец холдинга. Мужчина с железной хваткой, который не прощает ошибок. Теперь я его должница и его личная «собственность».
Одна поездка в Сочи меняет всё: тайна, которую я ношу под сердцем, делит жизнь на до и после. В его мире строгих традиций я — чужачка, а у него обязательства перед тейпом. Мне остаётся только бежать. Но мой кавказский лев не отпускает то, что считает своим.
— Ты всё равно будешь моей. Это лишь вопрос времени.

— Я не хочу, чтобы ты менялась. Я хочу, чтобы ты была рядом. Всё остальное — детали.
— А если твоя мать не примет?
— Мать примет, потому что я так решил.
— А если нет?
— Тогда это её проблема. Не твоя и не моя.
— Ты не доверяешь мне.
— Я не доверяю никому. Я уже обжигалась.

Я привыкла, что мужчины либо отступают, либо ломают меня под себя. Но Тимур не делал ни того, ни другого — он просто ждал, пока я решусь сама. А я не могла решиться: слишком разные у нас миры, слишком громко звучат в его культуре чужие правила. Он сказал, что не будет ждать вечно — и теперь я должна понять, чего боюсь больше: потерять себя рядом с ним или потерять его навсегда.

– Пацану нужна мать! – жестко произнес бывший.
– Ты вспомнил об этом спустя почти семь лет, серьезно? Неужели твои подстилки не смогли сыграть чужую роль!
– Представляешь, не смогли. Поэтому я даю тебе день! Соберешь вещи и в девять завтра приедешь сюда.
– Не надо все решать за меня, я не приеду!
– То есть ты променяешь сына на это ничтожество, называемое твоим женишком? Я заплачу!
– Подавись своими деньгами.
– Тебе придется это сделать по доброй воле или нет! Твои сутки, Лиза, начались. Рискнешь сбежать – достану из-под земли. Ты же не хочешь, чтобы у нашего сына мама внезапно отравилась на тот свет?!

— Вы станете невестой Ивана Зверева.
— Главы медвежьего рода?!
— Фиктивной. Всего на месяц. А взамен я помогу отстоять ваш диплом.

Борис Опорин не солгал. Только не предупредил, что его друг почти не ходит, а медведя внутри себя семь лет считает мёртвым.

Но стоило мне коснуться руки Ивана, зверь проснулся. Он уже нашёл меня по запаху и отпускать не собирается.

– Ты рожать собралась или нет? Мне на смену.

Так со мной разговаривала родная мать в приёмном покое тверского роддома.

Я родила дочь в шесть двадцать утра. Одна. Отец ребёнка в это время сидел
под подпиской о невыезде и не взял трубку ни разу.

Мне двадцать девять. Красный диплом, четыре года в отделе перевозок, чужой
разрушенный брак за спиной и четыре тысячи на карте.

А через две недели мне позвонила женщина, у которой я увела мужа.

– Лиля, это Дробышева. Мне нужен диспетчер.

Я поехала. Потому что деваться было некуда.

И там, на базе в промзоне за железной дорогой, меня ждал человек, который
знал про меня всё и не собирался делать вид, что ничего не было.