Книги по тегу «властный герой»: ""
- У меня паника, Эд! Через месяц свадьба с ним, а я… беременна от тебя! - слышу я женский голос в конце коридора.
- Не начинай истерику, - мой муж отвечает ей спокойно, будто обсуждает деловую сделку, - Ты выйдешь за Ярослава, и он подумает, что ребенок от него.
- Но я люблю тебя… - она чуть не плачет, - И хочу, чтобы мы были вместе...
- Я женат и разводиться не собираюсь! А ты выйдешь замуж и будешь играть роль примерной жены! Но я всегда буду рядом с тобой и ребенком...
Я слышу это в тот самый вечер, когда мой муж должен был поднять бокал за помолвку своего лучшего друга и партнера по бизнесу.
Только теперь я знаю, что его дружба - ложь.
Его любовь - фальшь.
И все, что у меня осталось - это месть.
Одна боль на двоих, но именно она сделает нас сильнее...
- Не начинай истерику, - мой муж отвечает ей спокойно, будто обсуждает деловую сделку, - Ты выйдешь за Ярослава, и он подумает, что ребенок от него.
- Но я люблю тебя… - она чуть не плачет, - И хочу, чтобы мы были вместе...
- Я женат и разводиться не собираюсь! А ты выйдешь замуж и будешь играть роль примерной жены! Но я всегда буду рядом с тобой и ребенком...
Я слышу это в тот самый вечер, когда мой муж должен был поднять бокал за помолвку своего лучшего друга и партнера по бизнесу.
Только теперь я знаю, что его дружба - ложь.
Его любовь - фальшь.
И все, что у меня осталось - это месть.
Одна боль на двоих, но именно она сделает нас сильнее...
В поисках утешения от разбитого сердца и мучительных дум, Михаил попадает в неожиданную ситуацию, где его ждет таинственный "подарок", обещающий либо избавление, либо новые проблемы.
– У меня красивая фигура, правда? Лучше, чем у твоей жены. Она уже старая! Наверняка потеряла форму, тем более после двух родов.
Этот женский голос, доносящийся из нашей с мужем спальни, я узнаю из тысячи. Он принадлежит дочери моей лучшей подруги. Девушке, которая была частым гостем в нашем доме и чуть ли не членом семьи.
– Ты божественно красива! Грудь, попа – всё при тебе! – доносится чуть охрипший голос моего мужа.
– Спасибо! Хочешь прикоснуться? Я вся твоя, бери!
Звонкий шлепок, раздавшийся следом, оглушает. Кажется, муж только что огрел мерзавку по заднице. К горлу подкатывает рвотный рефлекс. Предатели! Сейчас я вам устрою счастливую жизнь!
Толкаю дверь и перешагиваю через порог.
– Я вам не помешала?! – чуть ли не рычу, хотя внутри сердце рвётся на части.
Как же больно! Двадцать лет брака, двое замечательных детей… Семья, которую я считала идеальной, рассыпалась у меня на глазах, словно карточный домик.
– Дорогая! Это не то, о чём ты подумала…
Этот женский голос, доносящийся из нашей с мужем спальни, я узнаю из тысячи. Он принадлежит дочери моей лучшей подруги. Девушке, которая была частым гостем в нашем доме и чуть ли не членом семьи.
– Ты божественно красива! Грудь, попа – всё при тебе! – доносится чуть охрипший голос моего мужа.
– Спасибо! Хочешь прикоснуться? Я вся твоя, бери!
Звонкий шлепок, раздавшийся следом, оглушает. Кажется, муж только что огрел мерзавку по заднице. К горлу подкатывает рвотный рефлекс. Предатели! Сейчас я вам устрою счастливую жизнь!
Толкаю дверь и перешагиваю через порог.
– Я вам не помешала?! – чуть ли не рычу, хотя внутри сердце рвётся на части.
Как же больно! Двадцать лет брака, двое замечательных детей… Семья, которую я считала идеальной, рассыпалась у меня на глазах, словно карточный домик.
– Дорогая! Это не то, о чём ты подумала…
- Дома командовать будешь! – рявкнул, чувствуя, как меня переполняет бешенство.
Сам взял ее за волосы, грубо опуская на пол перед собой...
Сам взял ее за волосы, грубо опуская на пол перед собой...
Виктор дернулся, обернулся и застыл с приоткрытым ртом. Карина взвизгнула, пытаясь прикрыться руками.
— Не останавливайся, дорогой, — мой голос прозвучал на удивление спокойно. — Ты так вспотел, бедненький. Тебе не плохо? Сердечко не прихватило от таких... физических нагрузок?
Он судорожно натягивал брюки. Лицо из багрового стало землисто-серым.
— Марина... я могу объяснить...
— О, не утруждайся. Я вижу, ты нашел прекрасное лекарство от всех своих возрастных недугов. Молодая кровь, так сказать. Только смотри не перетрудись — в твоем-то возрасте такая активность может плохо кончиться. Хотя, судя по энтузиазму, ты собирался кончить совсем неплохо.
— Марина, прекрати этот цирк!
— Цирк? — я рассмеялась. — Это ты тут устроил представление. Я всего лишь случайный зритель...
— Не останавливайся, дорогой, — мой голос прозвучал на удивление спокойно. — Ты так вспотел, бедненький. Тебе не плохо? Сердечко не прихватило от таких... физических нагрузок?
Он судорожно натягивал брюки. Лицо из багрового стало землисто-серым.
— Марина... я могу объяснить...
— О, не утруждайся. Я вижу, ты нашел прекрасное лекарство от всех своих возрастных недугов. Молодая кровь, так сказать. Только смотри не перетрудись — в твоем-то возрасте такая активность может плохо кончиться. Хотя, судя по энтузиазму, ты собирался кончить совсем неплохо.
— Марина, прекрати этот цирк!
— Цирк? — я рассмеялась. — Это ты тут устроил представление. Я всего лишь случайный зритель...
Стою, смотрю и ни одной мысли в голове.
Пустота. Я слышу, как с громким треском ломается тот стержень, что был во мне все эти десять лет.
Мой муж с другой женщиной. В нашем доме. На нашей кровати.
Медленно закрываю дверь и бреду на кухню.
Пустота. Я слышу, как с громким треском ломается тот стержень, что был во мне все эти десять лет.
Мой муж с другой женщиной. В нашем доме. На нашей кровати.
Медленно закрываю дверь и бреду на кухню.
- Прошу вас не трогайте меня…пожалуйста! - мой голос сорвался на жалобный писк.
Массивный мужчина прижимал меня к стене, своим телом отрезая путь к отступлению, такому желанному для меня спасению.
Впервые согласилась поехать с одногруппниками в этот пафосный клуб и горько пожалела об этом.
***
- Отпусти её, - произносит красивый мужской баритон.
Голос прозвучал негромко, но с такой стальной властностью, что воздух, казалось, замер на мгновение.
Я слышу четко выверенные шаги недалеко от нас, сердце бешено колотится в надежде на спасение.
Массивный мужчина прижимал меня к стене, своим телом отрезая путь к отступлению, такому желанному для меня спасению.
Впервые согласилась поехать с одногруппниками в этот пафосный клуб и горько пожалела об этом.
***
- Отпусти её, - произносит красивый мужской баритон.
Голос прозвучал негромко, но с такой стальной властностью, что воздух, казалось, замер на мгновение.
Я слышу четко выверенные шаги недалеко от нас, сердце бешено колотится в надежде на спасение.
- Да! - Отвечаю и предусмотрительно жму на запись разговора. На экране стационарный номер с кодом Новосибирска, а там у меня, как сегодня выяснилось, корешей нет.
- Папа! - Звучит из динамика тоненький девичий голосок, и я маленько офигеваю.
В одной руке мобила, в другой нож...
- Так! - С размаху втыкаю его в разделочную доску. — Мозг мне не делай, деточка, денег нет, родни тоже, с ментами сам добазарюсь.
- Тоже сирота? — убивает своей наивностью девчонка.
- Ага, сирота, но мама, папа есть, так что не трать времени, звони следующему лоху — откровенно ржу я.
- Не могу — вздыхает она, а я диву даюсь, насколько наглыми стали мошенники.
***
Каково это — узнать что ты отец?
А в сорок три?
А то, что ребенку уже шесть и это не пацан, с которым все ясно, а девчонка?
Я, думал, что могу решить любую проблему. Где надо, силой и деньгами, а где-то мозгами и связями. Только эту ситуацию ни кулаком, ни кошельком не возьмешь, и, кажется, мне впервые потребуется чья-то помощь.
- Папа! - Звучит из динамика тоненький девичий голосок, и я маленько офигеваю.
В одной руке мобила, в другой нож...
- Так! - С размаху втыкаю его в разделочную доску. — Мозг мне не делай, деточка, денег нет, родни тоже, с ментами сам добазарюсь.
- Тоже сирота? — убивает своей наивностью девчонка.
- Ага, сирота, но мама, папа есть, так что не трать времени, звони следующему лоху — откровенно ржу я.
- Не могу — вздыхает она, а я диву даюсь, насколько наглыми стали мошенники.
***
Каково это — узнать что ты отец?
А в сорок три?
А то, что ребенку уже шесть и это не пацан, с которым все ясно, а девчонка?
Я, думал, что могу решить любую проблему. Где надо, силой и деньгами, а где-то мозгами и связями. Только эту ситуацию ни кулаком, ни кошельком не возьмешь, и, кажется, мне впервые потребуется чья-то помощь.
Мой босс – настоящий подонок, без всяких прикрас.
Господин Разумовский высок, красив, статен и… бесконечно нагл. Он придирается ко всему, что бы я не делала.
То отчёт его не устраивает, то презентация, то вообще грозится меня уволить.
Я решила приготовить ему успокоительный напиток, но нечаянно напоила любовным зельем...
- Ласточкина, - босс кивает на свой кабинет. - Зайдите, у меня к вам предложение...
Господин Разумовский высок, красив, статен и… бесконечно нагл. Он придирается ко всему, что бы я не делала.
То отчёт его не устраивает, то презентация, то вообще грозится меня уволить.
Я решила приготовить ему успокоительный напиток, но нечаянно напоила любовным зельем...
- Ласточкина, - босс кивает на свой кабинет. - Зайдите, у меня к вам предложение...
– Не прикасайся ко мне, предатель! – шиплю.
– Катя, пожалуйста, – страдальчески просит муж. – Прохорова для меня ничего не значит. Я сказал, что всё, что было на практике, остаётся на практике, а она…
– Ты с ней спал, – усмехаюсь. – Классно было, да? Это ваша походно-полевая жена?
– Нет. Я был у неё первым.
– Какой ты подонок! – шепчу. – Изгадил девушку.
– Что ты меня мучаешь? – отгрызается. – Я был верен тебе десять лет! Даже не смотрел ни на кого, не думал. Неужели это ничего не значит? Все мужики изменяют. Такова природа. Я заслужил шанс!
Тряпка падает у меня из рук. Такая оговорочка по Фрейду.
– Десять лет, – повторяю. – А мы в браке шестнадцать.
Я узнала об измене мужа от родителей его молодой любовницы. Они обвинили меня в том, что я плохо следила за своим «кобелём», который соблазнил их «принцессу».
Муж утверждает, что любит меня, но я не верю.
Я хочу уйти с детьми, но всё оказывается сложнее, чем мне представлялось.
Потому что родные люди порой хуже врагов.
– Катя, пожалуйста, – страдальчески просит муж. – Прохорова для меня ничего не значит. Я сказал, что всё, что было на практике, остаётся на практике, а она…
– Ты с ней спал, – усмехаюсь. – Классно было, да? Это ваша походно-полевая жена?
– Нет. Я был у неё первым.
– Какой ты подонок! – шепчу. – Изгадил девушку.
– Что ты меня мучаешь? – отгрызается. – Я был верен тебе десять лет! Даже не смотрел ни на кого, не думал. Неужели это ничего не значит? Все мужики изменяют. Такова природа. Я заслужил шанс!
Тряпка падает у меня из рук. Такая оговорочка по Фрейду.
– Десять лет, – повторяю. – А мы в браке шестнадцать.
Я узнала об измене мужа от родителей его молодой любовницы. Они обвинили меня в том, что я плохо следила за своим «кобелём», который соблазнил их «принцессу».
Муж утверждает, что любит меня, но я не верю.
Я хочу уйти с детьми, но всё оказывается сложнее, чем мне представлялось.
Потому что родные люди порой хуже врагов.
Выберите полку для книги