Книги по тегу «властный герой»: ""
Он выкупил долг моей пекарни и решил, что вместе с правом требования получил право командовать моей жизнью.
Я пришла просить отсрочку, а ушла его личным технологом: с пятилетней племянницей на руках, разбитой репутацией и желанием доказать, что меня нельзя списать в убытки.
Роман Северин привык считать людей рисками. Только я — не риск. Я та, кто знает: в его идеальном бизнесе кто-то давно подмешал ложь.
И когда правда всплывет, платить придется уже не мне.
Я пришла просить отсрочку, а ушла его личным технологом: с пятилетней племянницей на руках, разбитой репутацией и желанием доказать, что меня нельзя списать в убытки.
Роман Северин привык считать людей рисками. Только я — не риск. Я та, кто знает: в его идеальном бизнесе кто-то давно подмешал ложь.
И когда правда всплывет, платить придется уже не мне.
Он — опальный темный заклинатель, в чьих венах течет демоническая кровь. После предательства собственного клана его разрушительная сила вышла из-под контроля, грозя стереть с лица земли целый город. Я — лишь целительница из захудалого рода, случайно оказавшаяся на его пути. Мой дар слаб, но именно мое прикосновение стало для него единственным спасением от безумия. Теперь мы связаны. Чтобы сдержать его тьму, мне приходится быть пугающе близко. Сначала это была просто сделка ради выживания, но с каждой ночью темная энергия требует все большей отдачи, а каждый наш поцелуй превращается в дикое, необузданное притяжение. Я должна спасти город, но как мне спасти собственное сердце от демона, который отказывается меня отпускать?
— Я не могу молчать, — твёрдо сказал он. — Я пытался. Я старался держать дистанцию. Но ты здесь, в моём доме, и я не могу перестать думать о тебе.
Я подняла на него глаза. Игорь не играл, не искал слов. Он просто говорил то, что чувствовал.
— Это неправильно, — сказала я. — Я жена твоего сына.
— Ты была женой моего сына, — повторил он, и это слово «была» прозвучало как приговор.
Я замерла. Он сказал это так просто, так прямо, что у меня перехватило дыхание. Никакой игры, никаких полунамёков. Просто правда.
— Ты не можешь так говорить, — прошептала я, чувствуя, как внутри всё переворачивается.
— Могу, — ответил он. — Потому что это правда. И если ты скажешь, что не чувствуешь того же, я не поверю.
Я хотела возразить. Хотела сказать, что он ошибается, что я не чувствую ничего, что я просто запуталась. Но не могла врать. Особенно ему. Я смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается что-то, чему я не могла дать названия. Не страх. Не паника. Притяжение.
Я подняла на него глаза. Игорь не играл, не искал слов. Он просто говорил то, что чувствовал.
— Это неправильно, — сказала я. — Я жена твоего сына.
— Ты была женой моего сына, — повторил он, и это слово «была» прозвучало как приговор.
Я замерла. Он сказал это так просто, так прямо, что у меня перехватило дыхание. Никакой игры, никаких полунамёков. Просто правда.
— Ты не можешь так говорить, — прошептала я, чувствуя, как внутри всё переворачивается.
— Могу, — ответил он. — Потому что это правда. И если ты скажешь, что не чувствуешь того же, я не поверю.
Я хотела возразить. Хотела сказать, что он ошибается, что я не чувствую ничего, что я просто запуталась. Но не могла врать. Особенно ему. Я смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается что-то, чему я не могла дать названия. Не страх. Не паника. Притяжение.
Её душа обречена.
Всё, что она знает о жизни за стенами замка - слухи. Сладкие речи, которые ей скармливали годами - ложь. Коул - единственный, кому она может доверять. Но тот ли он за кого себя выдает?
Она избегает нападения на замок благодаря Коулу, но он рушит ее мир, раскрыв то, что от нее прятали всю жизнь - правду. Она больше никому не доверяет. Ее мир рухнул в один миг. Перед стоит нелегкий выбор: спасти мир или присоединиться к истинному злу.
Но какую цену ей придется за это заплатить?
Всё, что она знает о жизни за стенами замка - слухи. Сладкие речи, которые ей скармливали годами - ложь. Коул - единственный, кому она может доверять. Но тот ли он за кого себя выдает?
Она избегает нападения на замок благодаря Коулу, но он рушит ее мир, раскрыв то, что от нее прятали всю жизнь - правду. Она больше никому не доверяет. Ее мир рухнул в один миг. Перед стоит нелегкий выбор: спасти мир или присоединиться к истинному злу.
Но какую цену ей придется за это заплатить?
Когда человеческое желание становится выше воли Богов – является смерть. Грань между Явью и Навью разрушена, хтонь ищет выход и ту, что что откроет разлом навсегда. Ту, в ком ошибся одержимый колдун.
Ярина — княжеская дочь. Она — неудачная попытка Чернобога покинуть Навь и центр ненависти Светлоярского князя.
Но есть те, кто слвшит зов, те, кому вверели охранять древо соединяющие миры. И есть тот, кто способен ее спасти. Но Ярина помнит, как он исчез. Она помнит, что доверяла ему. И когда она узнает, что его зов — не чувства, а долг, ее гнев становится оружием.
Она не воин. Она лишь сосуд. Но даже сосуд может выбрать, чьим огнём гореть.
Сделай выбор. Доверься ему. Или сожги всё.
Ярина — княжеская дочь. Она — неудачная попытка Чернобога покинуть Навь и центр ненависти Светлоярского князя.
Но есть те, кто слвшит зов, те, кому вверели охранять древо соединяющие миры. И есть тот, кто способен ее спасти. Но Ярина помнит, как он исчез. Она помнит, что доверяла ему. И когда она узнает, что его зов — не чувства, а долг, ее гнев становится оружием.
Она не воин. Она лишь сосуд. Но даже сосуд может выбрать, чьим огнём гореть.
Сделай выбор. Доверься ему. Или сожги всё.
Айла находится в плену. Коул тем временем впал в отчаяние и пытается заключить союз с другими правителями.
Сможет ли она выбраться из логова демонов и свергнуть с трона зло?
Кого эта смелая девушка отыскала в темницах и что ей придется сделать для того, чтобы остановить кошмар наяву?
Сможет ли она выбраться из логова демонов и свергнуть с трона зло?
Кого эта смелая девушка отыскала в темницах и что ей придется сделать для того, чтобы остановить кошмар наяву?
Он потерял всё: деньги, документы и имя. Она просто не смогла пройти мимо.
Соня — обычный ветеринар, живущая в московской хрущёвке и спасающая бездомных животных. Когда зимой она находит растерянного иностранца без денег и документов, то даже не подозревает, кого впускает в свой дом.
Под именем Тимур скрывается человек, привыкший к роскоши, власти и жизни по строгому протоколу. Но рядом с Соней он впервые учится жить по-настоящему: заботиться, выгуливать соседских собак, смеяться без оглядки и ценить простые вещи.
Только у каждой тайны есть срок. И когда правда выйдет наружу, им придётся решить, можно ли построить любовь там, где однажды поселилась ложь.
Соня — обычный ветеринар, живущая в московской хрущёвке и спасающая бездомных животных. Когда зимой она находит растерянного иностранца без денег и документов, то даже не подозревает, кого впускает в свой дом.
Под именем Тимур скрывается человек, привыкший к роскоши, власти и жизни по строгому протоколу. Но рядом с Соней он впервые учится жить по-настоящему: заботиться, выгуливать соседских собак, смеяться без оглядки и ценить простые вещи.
Только у каждой тайны есть срок. И когда правда выйдет наружу, им придётся решить, можно ли построить любовь там, где однажды поселилась ложь.
Она — тридцатитрёхлетняя мать-одиночка, которая после измены мужа учится жить заново. Он — холодный, закрытый генеральный директор, который много лет назад похоронил в себе всякую способность любить и доверять. Их встреча кажется случайностью, но постепенно перерастает в нечто большее, чем рабочие отношения.
— Тише… Замолчи, детка, — томно, хрипло прошептал Игорь, с силой прижимая к себе Алину, впиваясь пальцами в ее ягодицы. — Не так громко. Моя ведьма может нас услышать. Ты ведь этого не хочешь?
Его голос, который клялся мне в вечной верности у алтаря. Тот самый голос, который успокаивал меня ночами, когда я плакала от бессилия на старте нашего бизнеса. Сейчас этот голос был пропитан грязной, липкой, животной похотью.
И назвал он меня… ведьмой?
Его голос, который клялся мне в вечной верности у алтаря. Тот самый голос, который успокаивал меня ночами, когда я плакала от бессилия на старте нашего бизнеса. Сейчас этот голос был пропитан грязной, липкой, животной похотью.
И назвал он меня… ведьмой?
Сейф был абсолютно пуст. Если не считать желтого стикера с нарисованным смайликом на задней стенке. Ужас парализовал мои легкие. Мягкий щелчок настольной лампы. А затем — тихий, мелодичный звон кубиков льда, ударившихся о стенку хрустального стакана.
— Ты опоздала на четыре минуты, Соболева. Кажется я переоценил твои хакерские таланты.
— Ты опоздала на четыре минуты, Соболева. Кажется я переоценил твои хакерские таланты.
Выберите полку для книги