Книги по тегу «дерзкая героиня»: ""
Он - высокомерный и нахальный мажор, с которым мы из разных миров. Я предпочитаю обходить его стороной и игнорировать то, как он на меня смотрит. Он не должен так на меня смотреть, ведь у него есть девушка, а я встречаюсь с его братом.
– Вот, папочка, познакомься. Это Кристина. Красивая правда? – с гордостью представляет меня Света своему отцу.
– Саша! – протягивает мне руку мужчина, делая вид, что мы незнакомы.
А мы знакомы. Ещё как знакомы!
Выезжая на курорт, я и представить не могла, что ко мне там пристанет наглый бабник, который мне проходу не даёт. Тем более что он окажется отцом очаровательной девочки, живущей в соседнем номере.
– Кристина, – подыгрываю я, самодовольно ухмыляющемуся мужчине.
– Папа у меня такой хороший! – рекламирует его девочка.
Знала бы Светочка, какой "хороший" у неё папа. Впрочем, маленьким девочкам лучше о таком не знать.
– Саша! – протягивает мне руку мужчина, делая вид, что мы незнакомы.
А мы знакомы. Ещё как знакомы!
Выезжая на курорт, я и представить не могла, что ко мне там пристанет наглый бабник, который мне проходу не даёт. Тем более что он окажется отцом очаровательной девочки, живущей в соседнем номере.
– Кристина, – подыгрываю я, самодовольно ухмыляющемуся мужчине.
– Папа у меня такой хороший! – рекламирует его девочка.
Знала бы Светочка, какой "хороший" у неё папа. Впрочем, маленьким девочкам лучше о таком не знать.
Подхожу к барышне, трогаю за плечо, чтобы она проснулась и объяснила свое присутствие в моем доме.
– Эй, дамочка, – произношу громко, но она даже не шевелится.
Сильнее тормошу ее, так что шуба съезжает вниз и приоткрывает такое же ярко-красное платье с огромным декольте, в котором прячется несусветное богатство размера так пятого. Пялюсь на грудь, как озабоченный подросток, пока незваная гостья не оживает, резко не вскакивает, и я не получаю со всего размаха рукой по физиономии.
– Что вы себе позволяете! – вопит она, таращась огромными синими глазами в обрамлении леса темных ресниц. – Кто вы вообще такой?
Это я позволяю? Это я кто такой?
Офигеваю от наглости.
– Пф-ф. Я, вообще-то, хозяин дома. А вы кто? И что здесь делаете?
– Эй, дамочка, – произношу громко, но она даже не шевелится.
Сильнее тормошу ее, так что шуба съезжает вниз и приоткрывает такое же ярко-красное платье с огромным декольте, в котором прячется несусветное богатство размера так пятого. Пялюсь на грудь, как озабоченный подросток, пока незваная гостья не оживает, резко не вскакивает, и я не получаю со всего размаха рукой по физиономии.
– Что вы себе позволяете! – вопит она, таращась огромными синими глазами в обрамлении леса темных ресниц. – Кто вы вообще такой?
Это я позволяю? Это я кто такой?
Офигеваю от наглости.
– Пф-ф. Я, вообще-то, хозяин дома. А вы кто? И что здесь делаете?
– Эй! А ну-ка уберите руки от меня! – верещу я, пытаясь выбраться.
Бесполезно. Я застряла намертво под ванной.
Лишь моя задняя часть торчит наружу.
И помочь мне может только сантехник.
Но вместо меня, он вытаскивает свой большой...
Ой, мамочки, что же он делает-то?
Бесполезно. Я застряла намертво под ванной.
Лишь моя задняя часть торчит наружу.
И помочь мне может только сантехник.
Но вместо меня, он вытаскивает свой большой...
Ой, мамочки, что же он делает-то?
— Только прикоснись, и я буду кричать, — давлю слова испуганным тоном прямо в лицо парню. Его дыхание обжигает и одновременно ласкает кожу.
— О, — наигранно хмурится, — конечно, будешь сестрёнка! — легонько хватает меня за горло и вплотную к себе приближает. До соприкосновения наших губ.
— Ты будешь кричать громко и долго! — губами ласкает шею, пуская по телу табун колких мурашек. Вздергиваюсь. Вся дрожу рядом с ним. В его плену.
— От наслаждения! Не будем больше иметь друг другу мозг, — поджимает губами мочку уха, и я взвизгиваю. Пытаюсь вырваться, но это бесполезно. Этот парень меня ломает!
— Деловое сотрудничество в рамках постели. Что скажешь, сестрёнка? — но Адский даже не дожидается моего ответа. Сминает губы в грубом поцелуе и одновременно стягивает с плеч лямки ночнушки.
— О, — наигранно хмурится, — конечно, будешь сестрёнка! — легонько хватает меня за горло и вплотную к себе приближает. До соприкосновения наших губ.
— Ты будешь кричать громко и долго! — губами ласкает шею, пуская по телу табун колких мурашек. Вздергиваюсь. Вся дрожу рядом с ним. В его плену.
— От наслаждения! Не будем больше иметь друг другу мозг, — поджимает губами мочку уха, и я взвизгиваю. Пытаюсь вырваться, но это бесполезно. Этот парень меня ломает!
— Деловое сотрудничество в рамках постели. Что скажешь, сестрёнка? — но Адский даже не дожидается моего ответа. Сминает губы в грубом поцелуе и одновременно стягивает с плеч лямки ночнушки.
— Заключим пари, — спокойно предлагает Роберт, а я его убить готова. — Если через год брака, ты мне надоешь, я дам тебе развод.
— Я же тебя съем, Граф, и даже косточкой не подавлюсь, — стискиваю всю волю в кулак, чтобы не прикончить этого нахала. — И мне не нужен год.
— Вот и проверим, кто из нас зубастее, — он вскидывает бровь, только сильнее раздражая.
— Сам сбежишь, — фыркаю я и встаю из-за столика.
***
Отец решил выдать меня замуж. И я бы устроила самую запоминающуюся свадьбу, но что-то пошло не так. Начиная с того самого момента, как я попала не в свой номер, а заканчивая спором с тем, кто должен стать моим мужем. И я выиграю. Чего бы мне это ни стоило. Тем более, кто же отказывается от такого подарка.
— Я же тебя съем, Граф, и даже косточкой не подавлюсь, — стискиваю всю волю в кулак, чтобы не прикончить этого нахала. — И мне не нужен год.
— Вот и проверим, кто из нас зубастее, — он вскидывает бровь, только сильнее раздражая.
— Сам сбежишь, — фыркаю я и встаю из-за столика.
***
Отец решил выдать меня замуж. И я бы устроила самую запоминающуюся свадьбу, но что-то пошло не так. Начиная с того самого момента, как я попала не в свой номер, а заканчивая спором с тем, кто должен стать моим мужем. И я выиграю. Чего бы мне это ни стоило. Тем более, кто же отказывается от такого подарка.
— Пошел вон! — ору.
На него это никак не влияет.
Мало того, что он видел, чем я занимаюсь, так и…
Прижимает меня к кровати, сжимает запястья.
Голый торс, покрытый татуировками, черная балаклава, скрывающая лицо, и глаза, которые смотрят так, что кровь кипит в жилах.
***
Я осталась ночевать у лучшей подруги и решила слегка себя порадовать. Кто же знал, что внезапно вернется ее младший брат и устроит ЭТО…
На него это никак не влияет.
Мало того, что он видел, чем я занимаюсь, так и…
Прижимает меня к кровати, сжимает запястья.
Голый торс, покрытый татуировками, черная балаклава, скрывающая лицо, и глаза, которые смотрят так, что кровь кипит в жилах.
***
Я осталась ночевать у лучшей подруги и решила слегка себя порадовать. Кто же знал, что внезапно вернется ее младший брат и устроит ЭТО…
- Фу! - издаю возглас, вляпываясь во что-то мягкое, теплое и дурно пахнущее.
- Ой! Вы осторожнее! - заботливо оборачивается ко мне девочка, - У нас тут коровы...
Это я уже понял...
- Долго еще? - спрашиваю у девочки.
- Нет! - улыбается она, - Мы почти пришли. Вон наш дом.
Ребенок указывает рукой в сторону покосившегося строения. И они тут живут?!
- А твоя мама точно разрешит мне у вас переночевать? - с сомнением спрашиваю я.
Вот тебе, Евсей, и Африка. Крокодилы, бегемоты...
- Разрешит, конечно! - говорит девочка.
- Уля! - раздается сбоку встревоженный женский голос, - Ты где была?
- Мам! На аэродроме! А это - дядя Евсей. Он потерялся и ему ночевать негде. Ты же разрешишь ему у нас переночевать? - тараторит девочка.
А я вижу в вечерних сумерках как раз ту мать-одиночку Савельеву, которую я выгнал с работы.
Вижу, и она меня узнала...
- Ему?! - - растягивает местоимение и следом выносит приговор, - Нет!
- Его же волки ночью съедят! - восклицает Ульяна.
- Пусть сожрут!
- Ой! Вы осторожнее! - заботливо оборачивается ко мне девочка, - У нас тут коровы...
Это я уже понял...
- Долго еще? - спрашиваю у девочки.
- Нет! - улыбается она, - Мы почти пришли. Вон наш дом.
Ребенок указывает рукой в сторону покосившегося строения. И они тут живут?!
- А твоя мама точно разрешит мне у вас переночевать? - с сомнением спрашиваю я.
Вот тебе, Евсей, и Африка. Крокодилы, бегемоты...
- Разрешит, конечно! - говорит девочка.
- Уля! - раздается сбоку встревоженный женский голос, - Ты где была?
- Мам! На аэродроме! А это - дядя Евсей. Он потерялся и ему ночевать негде. Ты же разрешишь ему у нас переночевать? - тараторит девочка.
А я вижу в вечерних сумерках как раз ту мать-одиночку Савельеву, которую я выгнал с работы.
Вижу, и она меня узнала...
- Ему?! - - растягивает местоимение и следом выносит приговор, - Нет!
- Его же волки ночью съедят! - восклицает Ульяна.
- Пусть сожрут!
- Проблемы, Аврора Михайловна? – и его взгляд пронизывает меня.
С Немировым у нас никто не спорит. Только я однажды решилась, и теперь до сих пор каюсь.
- Никаких, Константин Владимирович.
Босс разворачивается ко мне на полкорпуса и внимательно так сканирует меня взглядом снизу вверх.
- Как ты ко мне попала? – выстреливает в лоб.
Началось! Главное, врать уверенно.
- Через отдел кадров.
- Да ну, – апелляционно заявляет он.
Дальше босс молчит, я тоже, но взгляд не отвожу. Напряжение между нами всё больше, я внутренне дрожу, впиваясь ногтями в блокнот.
- Не нравлюсь. Боишься, – делает вывод и отворачивается обратно к столу. – Свободна.
***
Я вызвалась во временные помощницы нашего босса, холодного и равнодушного как скала. У меня для этого есть свои цели, а вот шеф явно против нашего сотрудничества. Или нет?
С Немировым у нас никто не спорит. Только я однажды решилась, и теперь до сих пор каюсь.
- Никаких, Константин Владимирович.
Босс разворачивается ко мне на полкорпуса и внимательно так сканирует меня взглядом снизу вверх.
- Как ты ко мне попала? – выстреливает в лоб.
Началось! Главное, врать уверенно.
- Через отдел кадров.
- Да ну, – апелляционно заявляет он.
Дальше босс молчит, я тоже, но взгляд не отвожу. Напряжение между нами всё больше, я внутренне дрожу, впиваясь ногтями в блокнот.
- Не нравлюсь. Боишься, – делает вывод и отворачивается обратно к столу. – Свободна.
***
Я вызвалась во временные помощницы нашего босса, холодного и равнодушного как скала. У меня для этого есть свои цели, а вот шеф явно против нашего сотрудничества. Или нет?
— Может хочешь, чего прежде, чем начнём?
— Начнём что?
— Ну знакомство.
— Да мы вроде познакомились уже.
Вот жопой чую, надо валить. Что-то тут не так. Я начинаю пятиться, но так как я далеко и не заходила тут же утыкаюсь спиной в дверь. Левой рукой пытаюсь нащупать замок.
— Кать, не дури, — предостерегающий голос Стаса мне совсем-совсем не нравится.
— Я хочу уйти.
— Прости, не получится.
История КАТИ (подруга Марты) из "Приручить и обезвредить"
Новый следователь перепутал меня с проституткой и арестовал. А я всего лишь хотела найти мужа. И вроде разобрались, но... Я огребла проблем из-за его ошибки.
Стас не знает только одного, что я Шальнова по фамилии и по призванию. И пока он ищет пути к моему сердцу, я вляпываюсь то в одну историю, то в другую, то влезаю в его расследование.
Эх, крепись, Станислав!
— Начнём что?
— Ну знакомство.
— Да мы вроде познакомились уже.
Вот жопой чую, надо валить. Что-то тут не так. Я начинаю пятиться, но так как я далеко и не заходила тут же утыкаюсь спиной в дверь. Левой рукой пытаюсь нащупать замок.
— Кать, не дури, — предостерегающий голос Стаса мне совсем-совсем не нравится.
— Я хочу уйти.
— Прости, не получится.
История КАТИ (подруга Марты) из "Приручить и обезвредить"
Новый следователь перепутал меня с проституткой и арестовал. А я всего лишь хотела найти мужа. И вроде разобрались, но... Я огребла проблем из-за его ошибки.
Стас не знает только одного, что я Шальнова по фамилии и по призванию. И пока он ищет пути к моему сердцу, я вляпываюсь то в одну историю, то в другую, то влезаю в его расследование.
Эх, крепись, Станислав!
Выберите полку для книги