Книги по тегу «драма»: ""
Режиссёр Марина Соколова потеряла всё: театр, мужа и имя в профессии. Предательство, подстроенное её ближайшим окружением, должно было уничтожить её. Но судьба даёт ей шанс — выиграть грант на восстановление старого Дома культуры с труппой из самодеятельных актёров. Впереди — сорок дней репетиций и спектакль, который перевернёт жизнь каждого участника. Сможет ли Марина поставить не просто пьесу, а свою собственную победу, когда зрителями становятся те, кто её предал? Это история о театре как терапии, силе второго шанса и цене, которую приходится платить за право быть собой.
В ту ночь он вытащил меня из горящей машины. Я должна была считать его ангелом-хранителем. Но через три дня я нашла его фотографию в телефоне человека, который пытался меня убить.
Мир вокруг них рушится: угрозы, шантаж, давление со всех сторон. Единственный островок стабильности — это их динамика, где контроль не является самоцелью, а служит способом сохранить рассудок. Он берёт на себя риск и ответственность за каждое решение, чтобы она могла позволить себе быть уязвимой. Она, в свою очередь, становится его якорем, когда жёсткий контроль грозит превратиться в одержимость. Их связь держится на том, что каждый из них спасает другого не нежностью, а структурой, правилами и безусловной честностью.
Талантливый деревенский изобретатель - Колька Ежебоков - с поразительной скоростью создаёт удивительные механизмы. Он добр и увлечён делом, но не терпит критики - потому и прослыл в деревне гордецом. Слава о нём доходит даже до столицы, хотя сам он об этом не знает.
Девушка из неблагополучной семьи, после тяжёлого развода и ссоры родителей теряет отца. Он жестоко убит потусторонним существом. Поэтому, она присоединяется к группе Охотников на Нечисть. Неожиданно познакомившись с красивым вампиром она чувствует, что не знает, хочет ли просто мести созданиям ночи или чего-то большего.
В мире, где цифровой индекс определяет всё — от работы до права на жильё, — Артём Королёв привык доверять зелёному свету системы. Но его размеренная жизнь рушится в один миг, когда двенадцатилетняя дочь ставит лайк под «нестабильной» фотографией леса. Семью объявляют изгоями, дочь отправляют в исправительный центр, и чтобы вернуть её, Артёму придётся заглянуть в тёмную изнанку всемогущей «Ткани» — и сделать выбор, который навсегда изменит его самого.
— Доктор Марк сможет принять вас через пять минут. Прошу вас, пройдёмте.
Они поднялись на второй этаж по широкой лестнице. Елена открыла дверь в кабинет, и Алиса шагнула внутрь.
Кабинет был оснащён по последнему слову техники. Огромное окно во всю стену выходило на внутренний дворик, где даже в дождь чувствовалось уютное уединение. В центре стояла современная стоматологическая установка, а у стены — массивный стол из слэба карагайского дуба.
И тут она увидела его.
Марк стоял у раковины, тщательно моя руки. Он был высок, даже слишком высок для небольшого пространства кабинета. На нём был безупречно белый медицинский халат, который подчёркивал ширину плеч и стройность фигуры. Когда он повернулся, Алиса на мгновение забыла про свою боль.
Ему было на вид около тридцати одного года. Тёмные, слегка вьющиеся волосы были аккуратно уложены, но одна прядь всё же падала на лоб, придавая ему слегка дерзкий вид. Глаза — тёмно-карие, почти чёрные, с тяжёлым, пронзительным взглядом.
Они поднялись на второй этаж по широкой лестнице. Елена открыла дверь в кабинет, и Алиса шагнула внутрь.
Кабинет был оснащён по последнему слову техники. Огромное окно во всю стену выходило на внутренний дворик, где даже в дождь чувствовалось уютное уединение. В центре стояла современная стоматологическая установка, а у стены — массивный стол из слэба карагайского дуба.
И тут она увидела его.
Марк стоял у раковины, тщательно моя руки. Он был высок, даже слишком высок для небольшого пространства кабинета. На нём был безупречно белый медицинский халат, который подчёркивал ширину плеч и стройность фигуры. Когда он повернулся, Алиса на мгновение забыла про свою боль.
Ему было на вид около тридцати одного года. Тёмные, слегка вьющиеся волосы были аккуратно уложены, но одна прядь всё же падала на лоб, придавая ему слегка дерзкий вид. Глаза — тёмно-карие, почти чёрные, с тяжёлым, пронзительным взглядом.
Боги создали оружие, которое жаждет цену. Люди создали игры, которые жаждут смерти. Она создана, чтобы выиграть.
Катарину растили для Смертельного сбора, турнира, где участники сражаются насмерть, а на кону стоит слава и могущество домов.
Но её цель не победа. Её цель, месть. Чтобы уничтожить Сертория Феркса, она готова пойти на любую жертву.
Вопрос лишь в том: готова ли она заплатить?
Катарину растили для Смертельного сбора, турнира, где участники сражаются насмерть, а на кону стоит слава и могущество домов.
Но её цель не победа. Её цель, месть. Чтобы уничтожить Сертория Феркса, она готова пойти на любую жертву.
Вопрос лишь в том: готова ли она заплатить?
Главный герой — татуировщик, привыкший к дистанции: клиенты приходят, садятся в кресло, он делает свою работу и отпускает их. Она приходит не за рисунком, а за смыслом: просит набить фразу, которая должна помочь ей отпустить прошлое. Между ними сразу возникает напряжение: он старается держаться профессионально, но каждое её движение, каждый вдох сбивают его. История строится на контрасте: холодная мастерская, стерильные инструменты — и обжигающая близость, которую невозможно игнорировать.
Он привык держать руки при себе. Она заставила его нарушить это правило...
Он привык держать руки при себе. Она заставила его нарушить это правило...
Мишель не помнит человеческого детства — только клетку, скальпель и голос профессора, звучащий из динамика вместо колыбельной.
Когда решётка вентиляции наконец поддаётся, она впервые оказывается там, где нет стен. Город встречает её без жалости: холодом, голодом и охотниками с ультразвуковыми дронами, для которых беглый гибрид — всего лишь возвращённый инвентарь.
В переулке, зажатая между жизнью и клеткой, она встречает Артура Стоуна — бывшего полицейского, который не стреляет. У него своя причина искать вход в Институт: две недели назад пропала его семилетняя дочь Лиза, и все следы ведут туда же, откуда сбежала Мишель.
Сделка проста: она проведёт его внутрь по коридорам, которые помнит тело, а не разум. Он поможет ей исчезнуть навсегда — снять чип, получить документы, стать человеком хотя бы на бумаге.
Но чем глубже они забираются в Институт, тем яснее становится: за побегом Мишель стояли не просто случайность и удача. И то, что ждёт их на нижних этажах, изменит смысл слова
Когда решётка вентиляции наконец поддаётся, она впервые оказывается там, где нет стен. Город встречает её без жалости: холодом, голодом и охотниками с ультразвуковыми дронами, для которых беглый гибрид — всего лишь возвращённый инвентарь.
В переулке, зажатая между жизнью и клеткой, она встречает Артура Стоуна — бывшего полицейского, который не стреляет. У него своя причина искать вход в Институт: две недели назад пропала его семилетняя дочь Лиза, и все следы ведут туда же, откуда сбежала Мишель.
Сделка проста: она проведёт его внутрь по коридорам, которые помнит тело, а не разум. Он поможет ей исчезнуть навсегда — снять чип, получить документы, стать человеком хотя бы на бумаге.
Но чем глубже они забираются в Институт, тем яснее становится: за побегом Мишель стояли не просто случайность и удача. И то, что ждёт их на нижних этажах, изменит смысл слова
Выберите полку для книги