Книги по тегу «жизненные испытания»: ""

Вообще несерьёзно — простыми словами о сложном...
Становление Адвоката Дьявола — задача не из лёгких. Это вам не просто продать свою бессмертную душу.
Необходимо выбрать, на что весомое и значимое ты решишь её обменять? Что станет разменной монетой?
Мой выбор пал на Любовь.
Вопреки любому здравому смыслу. Переход на темную сторону случился именно из-за неё.
Ради неё.
Ведь, всё иное в жизни, без любви, не имеет смысла.

В госпиталь с фронта привезли раненого бойца. И надо же такому случиться, по мере его выздоровления я все больше и больше влюблялась в него. Да что там влюблялась, жить и дышать без него не могла. А он после лечения пойдет воевать дальше.
Увидимся ли мы с ним когда-нибудь? Это война и там на каждом шагу его будут подстерегать опасности. Без него жить не могу, уйду на передовую, чтобы быть ближе к нему.

Все началось с того, что я заметила скуку в глазах мужа. С этой отправной точки закрутилось. Сначала было что-то вроде удивления, а далее укол в сердце. Подозрения змеями проникли в душу и... кого как, а меня они заставили действовать. Так и вышла эта история.

– Что за бред? – Дания берет себя в руки и задирает подбородок. – Тебе, наверное, что–то почудилось во всей этой...коме. Как я и Давид можем встречаться? Так только свиньи поступают.
– А вы и есть…свиньи, сестра, – я слаба, ранена, забинтована, мой ребенок…но я не дура. Не идиотка, в конце концов.
– Любимая, – начинает масляно Давид и желает подойти ко мне.
Я дергаюсь, и он замирает на месте. Больничная палата для нас обоих капкан...

Он остановился прямо перед ней. Теперь она была вынуждена смотреть ему в лицо. В его серых глазах бушевала буря — гнев, расчёт и что-то новое, тёмное и незнакомое.

— У вас остался ровно один актив, который представляет для меня хоть какой-то интерес. Вы сами.

Алёна попятилась, наткнувшись на край стола.

— Что… что вы имеете в виду?

— Всё очень просто, — он произнёс это так, будто объяснял очевидную истину. — Ваше тело. Ваше послушание. Ваше присутствие — по моему требованию. Вы становитесь моей собственностью. На время, необходимое для погашения долга. Или до тех пор, пока мне не наскучит. Это — новое условие.

Четыре года мы с мужем ждали этого теста, четыре года лечения, горьких слёз по ночам, переживаний.
Я верила, что Артём — мой воздух, мой мир, мой навсегда. А потом я нашла переписку с другой женщиной: «Скоро брошу жену», «Роди мне сына», «Ты моё чудо». Я держала в руках тест с двумя полосками — и понимала, что он уже планирует другую семью.
Я ушла той же ночью. Без криков и скандалов. Просто собрала сумку и исчезла.

Иногда, чтобы начать жить, нужно всё потерять. А чтобы услышать себя, нужно встретить того, кто слушает тишину между твоими словами. Это история не о бегстве от прошлого. Это история о том, как найти в себе смелость стать живой — без разрешения, без гарантий, и без оглядки.

— А остальная семья? — спрашивает она, и в её голосе слышится то самое женское любопытство, которое не знает границ. — Муж? Дети?
Я не хочу отвечать. Совсем не хочу. Хочу встать и уйти, хочу, чтобы этот разговор никогда не начинался. Но её взгляд — такой открытый, такой участливый, такой лишённый осуждения — не даёт мне промолчать.
— Есть сын, — говорю я и голос мой звучит хрипло. — Вова. Ему четыре года.
— То есть вы замужем? — уточняет Лилия.
— Да.
Я произношу это короткое слово, и краем глаза вижу, как напрягается Георгий. Его пальцы сжимаются вокруг чашки, костяшки белеют. Он отворачивается и смотрит в окно, в темноту за стеклом, туда, где снежные вихри всё также крутят свою безумную карусель.

— Дорогая, я не могу поверить, что ты так говоришь. Все эти годы были лучшими в моей жизни, и я не представляю себя без тебя, — говорит муж, пытаясь перегородить мне дорогу.
— Тридцать шесть лет, Семён, тридцать шесть лет ты давал мне поводы для гордости, но теперь… Я больше не могу закрывать глаза на правду, — отвечаю я, пытаясь его обойти, но это довольно сложно сделать в узкой прихожей.
— Это неправда! Все эти слухи — просто чья-то глупая шутка. Я люблю только тебя, — говорит он, сжимая мои плечи. Я отстраняюсь, мне неприятны его прикосновения.
— Не надо лгать мне, Семён. Я всё знаю! Все эти годы я старалась не замечать мелочей. Я думала, что могу доверять тебе. Но теперь я понимаю — всё это время ты делал из меня дуру, — со слезами в голосе отвечаю я, стараясь не заплакать перед ним.
— Послушай меня, пожалуйста. Все эти слухи — просто наговоры. Я не изменял тебе! Каждый день я думал о тебе, о нашей семье, — продолжает он, настаивая на своём. Я делаю глубокий вдох.

Каждый человек строит вокруг себя стены. Одни — чтобы оградить свой хрупкий внутренний мир. Другие — чтобы в нем запереть то, чего стыдятся. Клейтон Росс к двадцати годам возвел вокруг себя целую крепость. Толстые, грубые стены из сарказма, показного равнодушия и готовности ударить первым. Со стороны он казался непробиваемым. Бастионом. Но у каждой крепости есть слабое место — потайная калитка, через которую надеются впустить того единственного, кто сможет все это вынести. Клейтон свою калитку нашел. И теперь стоял перед ней, понимая, что она заперта навсегда. А ключ был в руках девушки, которая никогда им не воспользуется.

«Броня из пепла» — это история о том, как из обломков чужой воли и собственных ошибок можно построить не новую стену, а целый дом. О том, как настоящая сила рождается не из умения разрушать, а из мужества создавать. Даже если для этого нужно разобрать по камешку всю свою прежнюю жизнь и начать кладку с единственного кирпича, который ты можешь назвать своим.