Книги по тегу «измена и предательство»: ""

— Сколько актов любви требуется для медицинского чуда? — поинтересовалась я у мужа, разглядывая снимок УЗИ. На серо-зернистом фоне четко проступал крошечный силуэт — плод. Его плод. — Девятая неделя… Значит, вы с моей сестрой усердно работали минимум три месяца. А с ее диагнозом «бесплодие» — особенно впечатляющий результат.
— Дорогая, не надо так! — всплеснула руками мачеха, глаза у неё налились слезами. — Ну, оступились… согрешили… Но ведь получилось же чудо! Дай Диме развод. Разве можно лишать малыша отца? А ты сильная… ты справишься. Найдёшь себе другого мужчину. А для Карины — это единственная надежда на женское счастье!

На тридцатилетие муж сделал мне шикарный подарок:
стал отцом ребёнка моей младшей сестры.

Думали, я буду плакать?
Нет. Я пойду к свекрови и потребую замену!
Раз первый ее сын с браком — пусть отдаёт второго.

– Да чтоб тебя, – рычит мой муж. – Ты не должна говорить об этом вслух. Ты вообще нормальная? Что если она нас услышит?
– Кто? – усмехается Лиза, отстранившись. – Эта моль престарелая? Она ведь не выходит из своей комнаты. Сидит там и ноет постоянно…
– Лиз, она же чуть не умерла…
– В том то и дело Артем! Чуть! А должна была конкретно! Мы уже должны готовиться к свадьбе. А ты, вместо того, чтобы уделять мне все свое время, нянчишь эту… У меня даже слов нет, как ее назвать… Давай уже заканчивай с этим. Я не буду ждать тебя вечно…

— Это её вина. Моя правильная жёнушка даже в фантазии себе не позволит того, что вытворяет Маринка в постели.
Муж делает паузу, отпивая из бокала, а потом добавляет:
— Хотя ты прав. Терять её всё равно нельзя. Она очень удобная. В доме всегда убрано. И экономная. На себя почти не тратит денег. По салонам не ходит. Даже машину отказалась покупать. А Маринке вон каждый день подарки подавай. Иначе обидится.
— Любовница — это вообще штука накладная, — соглашается друг мужа. — Потратит твои деньги и свалит. А вот жена — другое дело. Выгодно и не денется от тебя никуда.

Я думала, муж пропадает, потому что готовит мне сюрприз на годовщину. И он и вправду его сделал. Случайно подслушав разговор, я уже хотела ворваться в кабинет этого лицемера со скандалом, но потом поняла, что ничего этим не решу.
Раз уж он пользовался мной все эти годы, как удобной табуреткой, пора встать на дыбы и скинуть его со своей шеи. Правильная? Экономная? В салоны не хожу? Хм. С них и начну. С автосалонов...

— Ты с ней спал?
— Анна, ты всегда драматизируешь…
— Просто ответь.
— Да. Спал. И да — давно.
У него любовница. Молодая адвокатша.
Свекровь покрывает. Родственники молчат. А я вытаскиваю его из СИЗО, пока они планируют свою жизнь без меня.
Но я не прощаю. Не проглатываю. Не отступаю.
Если они решили сыграть против меня — пусть не рассчитывают на мягкий исход.

— Папа, а кто такая Ольга? — спрашивает дочка, отрываясь от телефона. — Пишет и пишет тебе! Играть не дает.
— Это коллега по работе, — отвечает муж, стараясь говорить спокойно, но я вижу, как нервно забегали его глаза. — Играй дальше. Не обращай внимания.
— Илья, развернись боком и обними животик Катюши… — командует Света, продолжая фотосессию.
Съемка идет дальше, вспышки слепят глаза, но эта Ольга почему-то из головы не выходит. Так звали первую любовь Ильи, наверное, поэтому я так странно реагирую.
— Пап, она опять пишет! — возмущается Адель, надув губки. — Ну сколько можно?! Я из-за неё уровень пройти не могу!
— Аделина, дай сюда телефон! — рыкает Илья, делая шаг вперед, чтобы забрать свой гаджет у дочки.
Но… Она уже читает сообщение. Вслух. Медленно, по слогам:
— Я до сих пор не мо-гу отой-ти… За-едешь се-год-ня?
Внутри всё холодеет.
Медленно перевожу взгляд на мужа.
— Илья… — начинаю я, но ком в горле мешает говорить. — Что это значит?

Что делать, если предал не любовник, а муж?
И не просто предал – а спал с женой вашего сына.
В своём кабинете. С наглостью. С равнодушием.
С уверенностью, что вы всё стерпите.

Маргарита Долгова – сильная, зрелая женщина, привыкшая быть опорой для семьи. Галедным тылом.
Но когда правда рушит всё – от брака до уважения – она не сходит с ума.
Он просто рядом, когда она встаёт с колен.
Это история женщины, которая отказалась молчать.
И превратила свою боль в силу.
А измену – в точку отсчёта новой жизни.

Эта история — путешествие сквозь огонь предательства и лёд собственных страхов. Елене Соловьёвой, женщине, которая более двадцати лет выстраивала жизнь по лекалам контроля, предстоит узнать, как больно падать с пьедестала идеальной жены. Её мир рухнет в одну ночь, оставив осколки. Но когда закрывается одна дверь, всегда открывается новая!
Здесь не будет лёгких путей. Будет гнев, который обжигает горло. Слёзы, которые не решаются пролиться. И мужчины — один, что разбил её сердце, другой, что пытается склеить осколки, сам не зная — спаситель он или новый соблазн.
Елене придётся заново научиться дышать. Снять корону «ледяной королевы». Узнать, что сила — не в безупречности, а в умении подняться, даже когда предательство бьёт в спину.
А ещё — отомстить. Не кинжалом, а жизнью, которая станет лучшей пощёчиной тем, кто её предал!

Невыносимая боль и шок охватили Аню, когда она застала своего мужа в объятиях родной сестры.
– Как ты мог предать меня?! – кричала она, глядя в глаза некогда любимому человеку.
– Это не то, что ты думаешь! – пытался оправдаться Артём, но его слова звучали фальшиво.
– И ты? Ты же моя сестра? Моя?.. – голос Ани дрожал от ярости и разочарования.
– Прости, но я люблю его больше жизни, – ответила сестра, не скрывая правды.
– Я ненавижу вас обоих!» – истошный крик разорвал тишину.
– Ань...– Артем подскочил с кровати.
– Нет...нет...
Аня попыталась и...

– Ты уничтожаешь всё, что я создал!
– Нет, Роберт, – отвечаю спокойно. – Это ты всё разрушил. Я просто вывожу правду на свет.
– Какую правду? – он почти кричит, ударяя кулаком по столу. Хрустальное пресс-папье подпрыгивает от удара. – Что ты возомнила о себе?
Я слегка улыбаюсь, и это выводит его из себя ещё больше.
– Это только между нами, Роберт. Между мной и тобой. И Ритой, конечно.
– Как давно ты знаешь? – спрашивает хрипло.
– Достаточно, – пожимаю плечами. – Достаточно, чтобы спланировать каждый шаг.
– Зачем? – его голос звучит почти растерянно. – Ты могла просто развестись со мной, если узнала...
– И что? – я наклоняюсь вперёд. – Уйти с тем, что ты считал бы нужным мне дать? После двадцати лет брака, после всего, что я в него вложила? После того, как ты унизил меня, изменяя с моей лучшей подругой?

— Ты с ней спишь?
— Вера…
— Просто скажи. Я шесть лет мыла твою мать, пока ты гладил чужие бёдра. Я заслужила ответ.
— Я не виноват. Мне стало тяжело. Всё вокруг — болезнь, дом, ты…
— А я? Я стала мебелью? Или просто той, кто не жалуется?
Я ушла. Без истерик. Без шанса на «поговорим потом».
И впервые за много лет спросила себя: а чего хочу я — и почему до сих пор молчала?