Книги по тегу «измена и предательство»: ""
– Кира, если ты ждёшь оправданий, то их не будет. Да, я тебе изменял.
– Боже, наверное ни один мужчина не признавался в измене с таким пафосом!
– Я ещё не договорил, – с нажимом произнёс Максим. – Да, у меня был роман на стороне, но что здесь такого? У каждого приличного мужчины есть любовница и...
– Что это за приличный мужчина такой, раз у него есть любовница?
– А ты и правда думала, что за столько лет ты мне не приелась? Уж прости, милая, но это инстинкты.
– Это называется кобелизм!
– Да успокойся ты! Саша давно осталась в прошлом. После неё я ни с кем тебе не изменял.
– Вот уж спасибо! Успокоил!
– Боже, наверное ни один мужчина не признавался в измене с таким пафосом!
– Я ещё не договорил, – с нажимом произнёс Максим. – Да, у меня был роман на стороне, но что здесь такого? У каждого приличного мужчины есть любовница и...
– Что это за приличный мужчина такой, раз у него есть любовница?
– А ты и правда думала, что за столько лет ты мне не приелась? Уж прости, милая, но это инстинкты.
– Это называется кобелизм!
– Да успокойся ты! Саша давно осталась в прошлом. После неё я ни с кем тебе не изменял.
– Вот уж спасибо! Успокоил!
Юлия Потапова — ресторанный критик, привыкшая получать всё, что хочет. Но когда её лучший друг детства Михаил сообщает, что женится на другой, и приглашает её на свадьбу, она решает: этому не бывать. Всего четыре дня до церемонии, чтобы расстроить чужое счастье и заполучить мужчину, которого она, кажется, всегда любила. В ход идут ложь, интриги, фиктивный роман и тщательно спланированный саботаж. Но чем дальше, тем очевиднее: её главный враг — не невеста, а она сама.
Я думала, что самое страшное уже случилось в тот вечер, когда увидела любимого мужчину с другой.
Один взгляд — и моя жизнь рассыпалась.
Один шаг к двери — и за спиной остались любовь, планы и вера в счастливое будущее.
Чтобы прийти в себя, я уехала к подруге в Нальчик. Хотела тишины, солнца, горного воздуха и нескольких недель вдали от боли.
Только Кавказ встретил меня совсем иначе.
Случайная поездка в горы, чужой праздник, жаркое лето, мужские взгляды, от которых по коже бежит огонь, — и в один вечер я оказалась украденной по старой традиции.
А мужчина, в чьём доме я очнулась, спокойно сказал, что теперь у меня есть выбор: вернуться опозоренной или стать его женой.
Один взгляд — и моя жизнь рассыпалась.
Один шаг к двери — и за спиной остались любовь, планы и вера в счастливое будущее.
Чтобы прийти в себя, я уехала к подруге в Нальчик. Хотела тишины, солнца, горного воздуха и нескольких недель вдали от боли.
Только Кавказ встретил меня совсем иначе.
Случайная поездка в горы, чужой праздник, жаркое лето, мужские взгляды, от которых по коже бежит огонь, — и в один вечер я оказалась украденной по старой традиции.
А мужчина, в чьём доме я очнулась, спокойно сказал, что теперь у меня есть выбор: вернуться опозоренной или стать его женой.
Они называли нас идеальной парой. Я верила в это шесть лет. Пока моя лучшая подруга не прислала мне видео с корпоратива. На нём мой муж целует не меня, а другую. Не одну. Не двух...
Откровенный, чувственный и беспощадный роман о том, как разбить фарфоровый брак и собрать себя заново. Из осколков. Из лжи. Из права быть неудобной.
Откровенный, чувственный и беспощадный роман о том, как разбить фарфоровый брак и собрать себя заново. Из осколков. Из лжи. Из права быть неудобной.
Анна Воронцова — успешная владелица сети кондитерских в Петербурге, мать троих взрослых детей и женщина, которая после болезненного развода поставила крест на личной жизни. Но когда дети разлетаются, а дом превращается в гулкий музей прошлого, она решается на ремонт и приглашает архитектора Михаила — человека, который видит красоту в руинах и умеет слушать пространство. Пока терпеливый архитектор с любовью восстанавливает её квартиру, в жизнь Анны ураганом врывается бывший муж — всё такой же обаятельный и всё такой же ненадёжный. Случайная встреча в Москве оборачивается страстным тайным романом за спиной у ничего не подозревающего Михаила. Анна становится любовницей собственного мужа и оказывается перед мучительным выбором: привычное прошлое или пугающее будущее, старая страсть или новая, ещё хрупкая любовь.
Жить с непризнанным гением — это уже подвиг. Кормить, содержать, организовывать выставки, а потом узнать, что ради "воздуха" он променял тебя на худосочную музу с тортом? Обидно. Но когда на твоей стороне енот-диверсант, попугай-правдоруб, трое детей и тётя с чугунной сковородкой — развод становится искусством. Больно? Смешно. А в финале — очень вкусно
🩶🤍🩶 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🩶🤍🩶
— Я твоя самая преданная подписчица.
Любовница проводит пальцем по плечу моего мужа. Медленно, собственнически — и улыбается мне в камеру.
— Я выучила всё. Как ты готовишь. Что носишь. Как стонешь. Спроси у мужа — я делаю это лучше.
Двадцать три секунды видео. Моя спальня, моя кровать, мой муж — и она.
Миллион подписчиков, идеальная картинка, хештег «любовь навсегда».
Я создала сказку настолько красивую, что поверила в неё сама.
А она — просто забрала то, что было за кадром.
Но самую опасную женщину не нужно искать. Нужно просто загнать в угол ту, которой больше нечего терять.
— Я твоя самая преданная подписчица.
Любовница проводит пальцем по плечу моего мужа. Медленно, собственнически — и улыбается мне в камеру.
— Я выучила всё. Как ты готовишь. Что носишь. Как стонешь. Спроси у мужа — я делаю это лучше.
Двадцать три секунды видео. Моя спальня, моя кровать, мой муж — и она.
Миллион подписчиков, идеальная картинка, хештег «любовь навсегда».
Я создала сказку настолько красивую, что поверила в неё сама.
А она — просто забрала то, что было за кадром.
Но самую опасную женщину не нужно искать. Нужно просто загнать в угол ту, которой больше нечего терять.
Десять лет я была идеальной женой. Заваривала чай в 6:45, гладила рубашки по вторникам, целовала в щёку на прощание. В одну ночь у меня отняли всё — мужа, подругу, иллюзию семьи. А потом я перестала быть правильной. И моя жизнь наконец началась.
— Я больше так не могу. Я задыхаюсь, — тихо сказал мой муж моей родной сестре. — Я не люблю её. Нас связывает только дочь. А рядом с тобой я чувствую себя живым.
Я стояла за дверью номера, боясь пошевелиться.
— Тогда скажи ей правду, — ответила моя сестра. — Мы давно любим друг друга.
— Не сейчас. Она болеет. Иди лучше ко мне… Когда ты передо мной, я не могу спокойно думать.
Послышался звук поцелуя.
— Я устала быть твоим тайным убежищем. Скажи ей, что мы вместе уже два года. Что мы спим, пока она ждет тебя к ужину.
— Я всё скажу ей, когда мы приедем домой с отпуска, — твердо отвечает он.
Я медленно отступаю от двери. Два года. Он изменял мне… с моей младшей сестрой.
Возвращаюсь в номер к спящей дочери. Начинаю собирать его чемодан. Пока он за стеной с моей сестрой, думая, что я сплю.
Но чуть позже я узнаю самое страшное, чего даже не подозревала, даже не догадывалась, на что способны самые близкие.
Я стояла за дверью номера, боясь пошевелиться.
— Тогда скажи ей правду, — ответила моя сестра. — Мы давно любим друг друга.
— Не сейчас. Она болеет. Иди лучше ко мне… Когда ты передо мной, я не могу спокойно думать.
Послышался звук поцелуя.
— Я устала быть твоим тайным убежищем. Скажи ей, что мы вместе уже два года. Что мы спим, пока она ждет тебя к ужину.
— Я всё скажу ей, когда мы приедем домой с отпуска, — твердо отвечает он.
Я медленно отступаю от двери. Два года. Он изменял мне… с моей младшей сестрой.
Возвращаюсь в номер к спящей дочери. Начинаю собирать его чемодан. Пока он за стеной с моей сестрой, думая, что я сплю.
Но чуть позже я узнаю самое страшное, чего даже не подозревала, даже не догадывалась, на что способны самые близкие.
— Почему ты даже не даёшь мне шанс? — наконец произносит он, и в его голосе звучит искренняя боль.
— Потому что такие, как ты, его не заслуживают, — отвечаю холодно, но внутри всё сжимается.
Андрей усмехается горько, без веселья. Отводит взгляд в сторону, туда, где на полке стоит наша семейная фотография. На ней мы все втроём, тогда ещё счастливые: я, он и Максим. Улыбки, солнце, наш дом за спиной… Казалось, что так будет всегда.
Его взгляд задерживается на фото. Я замечаю, как подрагивают его губы, как он сглатывает, будто пытаясь что‑то сказать, но не находит слов.
— Ты помнишь, как мы её делали? — вдруг спрашивает он тихо, почти шёпотом. — Тот день…
Воспоминания нахлынули волной , они тёплые, яркие, и болезненные. Я сжимаю подлокотники кресла, стараясь не выдать эмоций.
— Прошлое осталось в прошлом, Андрей! Того человека, что был на этой фотографии, больше нет. И я не собираюсь жить иллюзиями.
— Потому что такие, как ты, его не заслуживают, — отвечаю холодно, но внутри всё сжимается.
Андрей усмехается горько, без веселья. Отводит взгляд в сторону, туда, где на полке стоит наша семейная фотография. На ней мы все втроём, тогда ещё счастливые: я, он и Максим. Улыбки, солнце, наш дом за спиной… Казалось, что так будет всегда.
Его взгляд задерживается на фото. Я замечаю, как подрагивают его губы, как он сглатывает, будто пытаясь что‑то сказать, но не находит слов.
— Ты помнишь, как мы её делали? — вдруг спрашивает он тихо, почти шёпотом. — Тот день…
Воспоминания нахлынули волной , они тёплые, яркие, и болезненные. Я сжимаю подлокотники кресла, стараясь не выдать эмоций.
— Прошлое осталось в прошлом, Андрей! Того человека, что был на этой фотографии, больше нет. И я не собираюсь жить иллюзиями.
Выберите полку для книги