Книги по тегу «измена и предательство»: ""
Россия, 1990-е. Время малиновых пиджаков, подпольных казино и опасных мужчин, которые привыкли брать всё, что хотят.
Светлане двадцать два. Она работает продавщицей в привокзальном ларьке и мечтает вырваться из серых будней. Однажды у ее палатки останавливается черная иномарка, и оттуда выходит он — Роман Краев, хозяин города, человек, одно имя которого заставляет дрожать конкурентов. Он красив, богат и смотрит на нее так, будто видит насквозь.
— Тебе здесь не место, — говорит он. И Светлана верит.
Она входит в его мир — мир ночных клубов, подпольных игр и смертельно опасных разборок. Здесь правят деньги и страх, здесь у каждого есть скелет в шкафу. У самого Романа — брат-близнец Витя, гениальный безумец, который слышит голоса, пишет стихи и однажды вонзает нож в человека, перечеркивая всё.
Сможет ли Светлана остаться собой в мире, где любовь граничит с насилием, а верность означает соучастие? Какую цену придется заплатить за билеты на юг, которые он обещал ей навсегда?
Светлане двадцать два. Она работает продавщицей в привокзальном ларьке и мечтает вырваться из серых будней. Однажды у ее палатки останавливается черная иномарка, и оттуда выходит он — Роман Краев, хозяин города, человек, одно имя которого заставляет дрожать конкурентов. Он красив, богат и смотрит на нее так, будто видит насквозь.
— Тебе здесь не место, — говорит он. И Светлана верит.
Она входит в его мир — мир ночных клубов, подпольных игр и смертельно опасных разборок. Здесь правят деньги и страх, здесь у каждого есть скелет в шкафу. У самого Романа — брат-близнец Витя, гениальный безумец, который слышит голоса, пишет стихи и однажды вонзает нож в человека, перечеркивая всё.
Сможет ли Светлана остаться собой в мире, где любовь граничит с насилием, а верность означает соучастие? Какую цену придется заплатить за билеты на юг, которые он обещал ей навсегда?
Десять лет я была тенью собственного мужа. Он стыдился моего тела. Он прятал меня. Он изменял. А потом я надела алое платье — и он увидел меня впервые.
Анна — скульптор, которая променяла карьеру на брак с властным бизнесменом Аланом Беркутовым. Он дал ей всё: дом, статус, финансовую стабильность. И взамен забрал её саму. Её тело стало для него упрёком, её формы — поводом для брезгливости.
Эта история о теле, которое перестало быть поводом для стыда. О мужчине, который понял слишком поздно. И о трещинах, которые в итоге заполнили золотом.
Анна — скульптор, которая променяла карьеру на брак с властным бизнесменом Аланом Беркутовым. Он дал ей всё: дом, статус, финансовую стабильность. И взамен забрал её саму. Её тело стало для него упрёком, её формы — поводом для брезгливости.
Эта история о теле, которое перестало быть поводом для стыда. О мужчине, который понял слишком поздно. И о трещинах, которые в итоге заполнили золотом.
Я потеряла всё — мужа, дом, работу. Спасаясь от нищеты, я пошла в уборщицы ночного клуба «Правила волчьей стаи». Тогда и подумать не могла как изменится моя жизнь...
Она не устраивала сцен.
Не просила объяснений.
Не дала второго шанса.
Просто ушла – тихо и окончательно.
Он не остановил.
Не потому что не мог. Потому что не стал.
Теперь у каждого своя жизнь, свои ошибки и свои тайны.
И только время покажет, кто на самом деле проиграл.
Не просила объяснений.
Не дала второго шанса.
Просто ушла – тихо и окончательно.
Он не остановил.
Не потому что не мог. Потому что не стал.
Теперь у каждого своя жизнь, свои ошибки и свои тайны.
И только время покажет, кто на самом деле проиграл.
— Ты сядешь за кражу препаратов, Лена, а мы с мамой тихо заберем твои сорок восемь миллионов, — бывший муж брезгливо перешагнул через меня.
— Вы чудовища! Я всё расскажу следователю!
— Никто не поверит нищей медсестре, — усмехнулся он, и железная дверь камеры захлопнулась.
Но через час засов лязгнул снова, и на пороге вырос ОН — Марк Громов, гениальный и безжалостный хирург по прозвищу «Палач».
— Я выкупил твоё дело, Смирнова. Отныне ты принадлежишь мне.
— Я не продаюсь! — выдохнула я, когда его обжигающе горячие руки жёстко впечатали меня в бетонную стену.
— Я уже заплатил, — его властный шёпот обжёг мне губы.
— А теперь раздевайся. Я хочу осмотреть свою новую собственность...
— Вы чудовища! Я всё расскажу следователю!
— Никто не поверит нищей медсестре, — усмехнулся он, и железная дверь камеры захлопнулась.
Но через час засов лязгнул снова, и на пороге вырос ОН — Марк Громов, гениальный и безжалостный хирург по прозвищу «Палач».
— Я выкупил твоё дело, Смирнова. Отныне ты принадлежишь мне.
— Я не продаюсь! — выдохнула я, когда его обжигающе горячие руки жёстко впечатали меня в бетонную стену.
— Я уже заплатил, — его властный шёпот обжёг мне губы.
— А теперь раздевайся. Я хочу осмотреть свою новую собственность...
— Дима, зачем ты это сделал? Зачем она тебе?— спросила я, увидев совершенно случайно сообщение от любовницы мужа, высветившееся на экране.
— А ты не догадываешься? — Ходишь в этих своих безразмерных кофтах. Причёска — хвостик. Ни макияжа, ни каблуков А она — молодая, красивая, смотрит на меня как на мужчину. Так что ты сама во всем виновата.
Я смотрела на него. Не верила своим ушам.
— Ты меня… ты меня в этом обвиняешь?
— А кого мне ещё обвинять? — он развёл руками. — Я мужик, мне нужна ласка, внимание. А ты? У тебя всегда голова болит. То устала, то нет настроения.
Он ударил ладонью по столу.
— Ты правду хотела? Получи.
— Ты спишь с девятнадцатилетней. И это я виновата?
— А кто? Нормальные мужики не изменяют просто так. Значит, ты не давала мне того, что нужно.
— Так давай разводиться! Иди к ней!
— А бизнес? Кофейни — мои. Ты без меня — никто. Так что не рыпайся, Маша. Я никуда не пойду. Ты — жена. Дом. Семья. И ты никуда от меня не денешься.
— А ты не догадываешься? — Ходишь в этих своих безразмерных кофтах. Причёска — хвостик. Ни макияжа, ни каблуков А она — молодая, красивая, смотрит на меня как на мужчину. Так что ты сама во всем виновата.
Я смотрела на него. Не верила своим ушам.
— Ты меня… ты меня в этом обвиняешь?
— А кого мне ещё обвинять? — он развёл руками. — Я мужик, мне нужна ласка, внимание. А ты? У тебя всегда голова болит. То устала, то нет настроения.
Он ударил ладонью по столу.
— Ты правду хотела? Получи.
— Ты спишь с девятнадцатилетней. И это я виновата?
— А кто? Нормальные мужики не изменяют просто так. Значит, ты не давала мне того, что нужно.
— Так давай разводиться! Иди к ней!
— А бизнес? Кофейни — мои. Ты без меня — никто. Так что не рыпайся, Маша. Я никуда не пойду. Ты — жена. Дом. Семья. И ты никуда от меня не денешься.
Пятнадцать лет брака Роман Орлов называл семьей. Пока не встретил другую.
В день развода он попросил меня не устраивать драму. Сказал, что мы взрослые люди, что детям будет лучше без скандалов, что я должна принять его решение спокойно.
Я и приняла.
Собрала документы, вещи детей и ушла из дома, где меня давно считали удобной частью мебели.
Роман был уверен, что я вернусь. Что испугаюсь одиночества, денег, чужой квартиры, жизни без его фамилии.
Но первой не выдержала наша дочь. Потом сын сказал отцу то, что я молчала годами. Потом всплыла правда о деньгах моего отца, его бизнесе и семье, которая слишком долго пользовалась моей тишиной.
Теперь Роман хочет все исправить.
Только он слишком поздно понял: потерять жену — не самое страшное.
Страшно потерять право называться семьей.
В день развода он попросил меня не устраивать драму. Сказал, что мы взрослые люди, что детям будет лучше без скандалов, что я должна принять его решение спокойно.
Я и приняла.
Собрала документы, вещи детей и ушла из дома, где меня давно считали удобной частью мебели.
Роман был уверен, что я вернусь. Что испугаюсь одиночества, денег, чужой квартиры, жизни без его фамилии.
Но первой не выдержала наша дочь. Потом сын сказал отцу то, что я молчала годами. Потом всплыла правда о деньгах моего отца, его бизнесе и семье, которая слишком долго пользовалась моей тишиной.
Теперь Роман хочет все исправить.
Только он слишком поздно понял: потерять жену — не самое страшное.
Страшно потерять право называться семьей.
— Ты испортила мой костюм, — его низкий, вибрирующий голос проникал под кожу, заставляя сердце биться в странном, пугающем ритме. — Теперь тебе придется постараться, чтобы исправить это.
— Как? — выдохнула я едва слышно, чувствуя, как предательски подкашиваются ноги.
Он не произнес ни слова. Его тяжелый взгляд скользнул по моему телу, задержавшись на губах, на вздымающейся от дыхания груди, и опустился ниже, говоря красноречивее любых слов.
Мой парень бросил меня ради другой, и лучшая подруга вытащила меня развеяться в закрытый загородный клуб, где царили дикие, первобытные нравы.
Могла ли я предположить, что столкнусь там с НИМ? С человеком, которого боялась и ненавидела больше всего на свете — со своим властным, жестоким боссом. И что этот вечер навсегда изменит мою жизнь, превратив меня в игрушку в его умелых руках?..
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
— Как? — выдохнула я едва слышно, чувствуя, как предательски подкашиваются ноги.
Он не произнес ни слова. Его тяжелый взгляд скользнул по моему телу, задержавшись на губах, на вздымающейся от дыхания груди, и опустился ниже, говоря красноречивее любых слов.
Мой парень бросил меня ради другой, и лучшая подруга вытащила меня развеяться в закрытый загородный клуб, где царили дикие, первобытные нравы.
Могла ли я предположить, что столкнусь там с НИМ? С человеком, которого боялась и ненавидела больше всего на свете — со своим властным, жестоким боссом. И что этот вечер навсегда изменит мою жизнь, превратив меня в игрушку в его умелых руках?..
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
— Я не изменял тебе… — его голос дрогнул. — Лена, клянусь, между нами ничего не было.
Я молча протягиваю ему телефон.
На экране — фото.
Мой муж в постели с молодой девушкой.
Полуголая блондинка прижимается к нему и победно улыбается в камеру.
— Тогда объясни мне ЭТО!
Двадцать лет брака.
Любовь, проверенная временем.
Общий дом, взрослая дочь, совместный бизнес и уверенность, что мы — настоящая семья.
Пока одна фотография не разрушила всё.
Молодая подруга нашей дочери появилась в доме случайно. Красивая. Наглая. Слишком заинтересованная моим мужем.
Я должна была заметить опасность сразу.
Но кто мог подумать, что девчонка пойдет на подлость ради чужого мужчины?
Теперь мой брак трещит по швам.
А муж, которого я больше не знаю, повторяет только одно:
«Любимая, я не изменял».
Но можно ли верить мужчине, которого поймали на измене?
И что, если за идеальными фотографиями скрывается страшная правда?..
Я молча протягиваю ему телефон.
На экране — фото.
Мой муж в постели с молодой девушкой.
Полуголая блондинка прижимается к нему и победно улыбается в камеру.
— Тогда объясни мне ЭТО!
Двадцать лет брака.
Любовь, проверенная временем.
Общий дом, взрослая дочь, совместный бизнес и уверенность, что мы — настоящая семья.
Пока одна фотография не разрушила всё.
Молодая подруга нашей дочери появилась в доме случайно. Красивая. Наглая. Слишком заинтересованная моим мужем.
Я должна была заметить опасность сразу.
Но кто мог подумать, что девчонка пойдет на подлость ради чужого мужчины?
Теперь мой брак трещит по швам.
А муж, которого я больше не знаю, повторяет только одно:
«Любимая, я не изменял».
Но можно ли верить мужчине, которого поймали на измене?
И что, если за идеальными фотографиями скрывается страшная правда?..
Десять лет Вера была идеальной женой известного юриста Дмитрия Горского. Молчала, поддерживала, улыбалась нужным людям и верила, что их брак ещё можно спасти.
Пока однажды муж не вызвал её в офис.
На столе — документы о разводе. Напротив — его молодая любовница. А среди бумаг — лист с подписью Веры под делом, о котором она ничего не знала.
Дмитрий уверен: она подпишет молчание и исчезнет. Но он ошибся.
Теперь Вера не просто брошенная жена. Она свидетель. Женщина, чьё имя использовали в чужой лжи. И если муж думал, что она промолчит, ему придётся узнать: у преданной женщины тоже есть голос.
Пока однажды муж не вызвал её в офис.
На столе — документы о разводе. Напротив — его молодая любовница. А среди бумаг — лист с подписью Веры под делом, о котором она ничего не знала.
Дмитрий уверен: она подпишет молчание и исчезнет. Но он ошибся.
Теперь Вера не просто брошенная жена. Она свидетель. Женщина, чьё имя использовали в чужой лжи. И если муж думал, что она промолчит, ему придётся узнать: у преданной женщины тоже есть голос.
Выберите полку для книги