Книги по тегу «измена и предательство»: ""

Я думала, что наша любовь — навсегда. Даже когда он стал холодным. Даже когда перестал замечать. Я верила, что просто устал. И однажды решила напомнить ему, кто я. Увезла дочку к маме. Украсила дачу гирляндами. Приготовила его любимого кролика. Надела то самое платье и ушла в магазин.

А он приехал раньше. С моей лучшей подругой. В мою постель.

Теперь мы в разводе. Брак аннулирован. Прошло два года. Я стала другой: стройнее, злее, успешнее. У меня бизнес, друзья и мужчина, который приносит пончики.

Но бывший муж вернулся. Ходит за мной по пятам. Говорит, что изменился. Что понял всё. Что без меня не может.

А я не знаю, что с ним делать. Потому что внутри всё ещё та дура, которая украшала дачу для предателя.

Я подарила ему лучшие годы. Он подарил мне измену, выкидыш и пустую шкатулку из-под драгоценностей.
«Ты не уйдешь, — сказал он. — Ты никто без меня.»
Я ушла. С одним чемоданом, дипломом архитектора и кредиткой в минус.

Через три года я вернулась. Не для того, чтобы простить. Чтобы купить его компанию.

Развод по-королевски — это когда бывший муж стоит на коленях у твоего порога.
А ты не открываешь дверь.

Я уже собиралась убрать телефон, когда он зазвонил. Это была Вика, моя подруга.
– Да? – ответила я, чувствуя, как внутри что-то напряглось.
– Ты где? – её голос был другим, беспокойным и взволнованным.
– В такси. Еду домой, – ответила я, не сразу понимая, к чему этот вопрос.
– Разворачивайся.
– В смысле? – я моментально насторожилась.
– Лиз, развернись и езжай ко мне, – сказала она быстрее, почти резко. – Я сейчас адрес скину.
– Что случилось? – спросила я уже серьёзнее.
Пауза.
– Ты должна это увидеть сама. Твой Кирилл здесь! В клубе.
– Это невозможно. – возразила я, понимая, что мой муж в командировке в другом городе. И видеть его Вика никак не могла.
И, тем не менее, поехала по адресу, который скинула подруга.

— Как всё прошло? — спросила сестра, она ждала меня на парковке, тревожно оглядываясь и стараясь понять по моему виду.
Я вздохнула и ответила, не скрывая усталости в голосе:
— Быстро и безболезненно. — пожала плечами, пытаясь скрыть свои эмоции. Потом медленно сняла с пальца обручальное кольцо, взглянула на него, словно оно было чужим, и выкинула в мусорку. Оно звякнуло о металлическое ведро и затихло. Внутри всё сжалось от боли, но я понимала — так должно было быть.
— Теперь это точно конец, — прошептала я сама себе, словно произнося заклятие. Внутри было ощущение освобождения, хотя сердце ещё сжималось от пережитого.
Сестра посмотрела на меня с сочувствием и немного удивлением.
— Зачем ты выкинула? Можно было переплавить в другое или продать. — она попыталась меня понять, но я уже решила — мне это больше не нужно.
— Мне от него ничего не нужно.

– А что происходит потом, после того как тетя Катя помогает тебе с ботиночками?

– Я стою, – очень логично отвечает Алиса. – А потом они с папой целуются.

– Целуются… – повторяю, как эхо, и аккуратно спрашиваю дальше: – Они когда целуются? Прямо в садике?

– У ворот. Когда мы уходим. Папа её так… – показывает короткий «клювик», смешно чмокает. – В губы.
_____

Муж завел интрижку с воспитательницей. Разводиться Леша не хочет, только у меня свои планы.

— Нина, ты чего так рано? — муж вскакивает с нашей кровати, а рядом с ним моя лучшая подруга тянет на себя простыню.
— Я домой пришла, Павел. В свою квартиру.
— Не начинай, — шипит он. — Это ничего не значит. Один раз оступился.
— На нашей кровати? С Ларисой?
— У нас семья. Двое детей. Развод сейчас вообще не вовремя.
— А изменять мне было вовремя?
Я забрала восьмилетних близнецов, два рюкзака и ушла. Мама в командировке, денег на съём нет, муж требует вернуться и молчать: офицеру скандал ни к чему.
Случайная подработка кажется спасением: загородный дом, теплицы, гостевой домик и суровый хозяин. Я обещаю, что дети спокойные. Почти сразу становится ясно: спокойные — это если сравнивать с ураганом.
А Егор Николаевич, хозяин дома, явно не простой дачник с огурцами.
Муж уверен, что я сломаюсь и вернусь. Он ещё не знает, в чей дом я попала. И кто теперь стоит у ворот между ним, мной и детьми.

— Подписывай, Саш. Ты теперь никто. Овощ с купленным дипломом, — муж бросает мне на колени бумаги.
— Но я хирург, Сергей! Это моя квартира! А авария... — голос дрожит, в голове туман от «лекарств», которыми он меня поит.
— Была хирургом, — из нашей спальни выходит моя сестра в его рубашке. — А теперь ты обуза. Серёже нужна нормальная женщина, а не калека с трясущимися руками.
— Настя? Ты... с ним?
— Мы любим друг друга, — сестра улыбается, прижимаясь к моему мужу. — Подписывай дарственную и катись на улицу. Или в дурку. Выбирай.

Иду к мужу и кручу в голове: как сказать о беременности? Просто положить снимок УЗИ? Может, заказать торт “Ты станешь папой”?
Уже почти подхожу к двери и слышу голоса:
— Еще немного, Лара. Потерпи, любимая. Сделка почти в кармане.
Любимая? Это мой муж говорит Ларисе?
— Ты обещаешь? — в голосе подруги нежность влюбленной женщины… — Олежа, ты ведь знаешь, как мне надоело притворяться перед Димой. Он хороший, но он...
— Обещаю, — твердый и уверенный ответ мужа.
Их мерзкие слова режут слух.
Мой Олег и Лариса.
Они крутят роман у нас за спиной. Хочу убежать, исчезнуть, но не успеваю дойти до лестницы. Дверь распахивается с таким грохотом, что я вздрагиваю всем телом.
— Как вы... как ты мог... — шепчу я, не узнавая собственного голоса.
Делаю еще один шаг назад.
Туда, где за моей спиной начинается крутой спуск лестницы.
Мир переворачивается. Раз. Еще раз.
И тишина.
***
Я потеряла ребенка из-за тех, кому доверяла больше, чем себе.
Моя месть начинается прямо сейчас.

Идеальный брак — это всего лишь декорации.
Пока мы создавали уют, рожали детей и были рядом не смотря ни на что, они оценивали любовниц баллами и ставили ставки на наше доверие.
Они думали, что мы будем плакать? Не-е-ет. Мы заберем у них всё!

– Видела? Это мой папа! Он самый смелый! – Мальчик сиял, его глаза светились неподдельной гордостью. – Скажи, ведь здорово получилось?
Я машинально улыбнулась, еще не соединяя услышанное с реальностью.
– Очень здорово, малыш. Твой папа настоящий мастер.
Всадник тем временем направил коня в нашу сторону. Он спешился в паре метров от нас, передал поводья подошедшему конюху и начал снимать шлем.
И я застыла. Под экипировкой оказались знакомые мне черты. Муж встряхнул волосами, вытирая пот со лба, и широко улыбнулся мальчику открытой улыбкой, которую я не видела дома годами. Это была улыбка человека, который находится именно там, где хочет быть. Где ему очень хорошо.
Мозг отказывался принимать очевидное. Реакция была автоматической, почти защитной.
– Малыш, ты ошибся, – произнесла я, и мой голос показался мне чужим. – Это не твой папа. Ты просто перепутал.