Книги по тегу «измена»: ""
Взгляд сам зацепился за окно, возле которого мы с подругой сидели. Движение на улице привлекло внимание – медленно к обочине подъехала машина. Я узнала её сразу.
Это была машина Романа. Моего мужа. Только по его словам он должен быть совсем в другом месте, а никак не тут.
Я потянулась за телефоном. Руки дрожали, когда я собралась взять его, чтоб позвонить мужу. Но в этот момент дверь соседнего ресторана распахнулась, и оттуда вышла девушка. Она огляделась по сторонам, потом уверенно направилась к машине… к той самой машине, которую я узнала безошибочно.
Я все же набрала ему.
Гудки. Один, второй… сердце билось в такт каждому. И наконец он ответил.
– Марина, я на совещании, – голос его был уверенным, чуть раздражённым. – Мне некогда говорить. Если у тебя не срочно, я перезвоню позже.
Я застыла.
– Ты… на совещании? – переспросила, чувствуя, как губы немеют.
– Да, именно так, – отчеканил он. – Я же говорил. Давай потом, ладно? – и короткие гудки прервали разговор.
Это была машина Романа. Моего мужа. Только по его словам он должен быть совсем в другом месте, а никак не тут.
Я потянулась за телефоном. Руки дрожали, когда я собралась взять его, чтоб позвонить мужу. Но в этот момент дверь соседнего ресторана распахнулась, и оттуда вышла девушка. Она огляделась по сторонам, потом уверенно направилась к машине… к той самой машине, которую я узнала безошибочно.
Я все же набрала ему.
Гудки. Один, второй… сердце билось в такт каждому. И наконец он ответил.
– Марина, я на совещании, – голос его был уверенным, чуть раздражённым. – Мне некогда говорить. Если у тебя не срочно, я перезвоню позже.
Я застыла.
– Ты… на совещании? – переспросила, чувствуя, как губы немеют.
– Да, именно так, – отчеканил он. – Я же говорил. Давай потом, ладно? – и короткие гудки прервали разговор.
— Ева не просто моя любовница…
Ответил муж на мой вопрос, отвернувшись к окну, я же посильнее сжала подлокотник дивана, ожидая продолжение.
— Она моя любимая женщина. Я хочу развестись с тобой, Марианна.
***
У меня была счастливая семья, мы с мужем прожили вместе восемнадцать лет, у нас двое детей. Дочь Алиса, которая поддержала отца в его решении развестись со мной. И сын Макар, который после страшной аварии прикован к инвалидному креслу.
Предательство ещё можно пережить, но как справиться с тем, что муж перестал оплачивать лечение сына? Андрей потерял надежду, что Макар избавится от инвалидного кресла и предпочёл больше не сорить деньгами.
Но я не сдамся! Мой сын встанет на ноги!
Ответил муж на мой вопрос, отвернувшись к окну, я же посильнее сжала подлокотник дивана, ожидая продолжение.
— Она моя любимая женщина. Я хочу развестись с тобой, Марианна.
***
У меня была счастливая семья, мы с мужем прожили вместе восемнадцать лет, у нас двое детей. Дочь Алиса, которая поддержала отца в его решении развестись со мной. И сын Макар, который после страшной аварии прикован к инвалидному креслу.
Предательство ещё можно пережить, но как справиться с тем, что муж перестал оплачивать лечение сына? Андрей потерял надежду, что Макар избавится от инвалидного кресла и предпочёл больше не сорить деньгами.
Но я не сдамся! Мой сын встанет на ноги!
Выхожу из кухни иду в сторону ванной. Стучу тихо. Ответа нет. Но слышен звук воды и… голос Нади, будущей невесты моего сына. И ещё голос. Знакомый. Становлюсь будто вкопанная. Да, это Влад. Мой муж…
Только не это…
Я пробую ручку. Но дверь легко поддаётся. То, что я вижу, заставляет мир под ногами рассыпаться.
У раковины стоит моя невестка, а за её спиной и мой муж…
Он держит её за шею, наклоняясь слишком близко. Он касается её, как не касаются случайной знакомой. Не как девушку своего сына. Не по-дружески. Совсем иначе.
Они оба вскидываются, когда меня видят.
Руки мужа мгновенно отлетают в стороны, он делает шаг назад.
— Что здесь… твою мать… происходит?… — выходит у меня хрипло.
Надя делает шаг ко мне, глаза округляются от ужаса.
— Тёть Кать… это не то, что вы подумали… честно! — голос ломается, а она почему-то начинает спешно оправдываться.
А он молчит. Просто стоит, смотрит на меня и не находит слов…
Только не это…
Я пробую ручку. Но дверь легко поддаётся. То, что я вижу, заставляет мир под ногами рассыпаться.
У раковины стоит моя невестка, а за её спиной и мой муж…
Он держит её за шею, наклоняясь слишком близко. Он касается её, как не касаются случайной знакомой. Не как девушку своего сына. Не по-дружески. Совсем иначе.
Они оба вскидываются, когда меня видят.
Руки мужа мгновенно отлетают в стороны, он делает шаг назад.
— Что здесь… твою мать… происходит?… — выходит у меня хрипло.
Надя делает шаг ко мне, глаза округляются от ужаса.
— Тёть Кать… это не то, что вы подумали… честно! — голос ломается, а она почему-то начинает спешно оправдываться.
А он молчит. Просто стоит, смотрит на меня и не находит слов…
— Где мой любимый чай, который ты завариваешь каждый день?! — возмутилась свекровь, глядя на меня через зеркало.
— А где мои нервы, которые ты постоянно испытываешь?! — парировала я в ответ. Я бы уже задушила её, если бы могла дотянуться.
— Зачем ты опять надела эти ужасные брюки? — завизжала свекровь, а я стиснула зубы.
— Почему ты опять критикуешь мой выбор одежды? Это моё тело, и только мне решать, что и как носить! — чётко произнесла я, на что свекровь закатила глаза. Мы начинаем спорить, не замечая ничего вокруг. Каждое движение, каждое слово вызывало новый повод для ссоры.
— Может, хватит уже? — вдруг произнесли одновременно, осознав абсурдность ситуации.
— Мы же просто убиваем друг друга! — говорю я, и сожусь на кровать. Сердце колотится в груди, и становится тяжело дышать.
— Алла, мои капли для сердца. Нижний ящик, у плиты, двадцать пять капель. Шевелись, нам только инфаркта для общей картины не хватает, — говорит свекровь мне.
— А где мои нервы, которые ты постоянно испытываешь?! — парировала я в ответ. Я бы уже задушила её, если бы могла дотянуться.
— Зачем ты опять надела эти ужасные брюки? — завизжала свекровь, а я стиснула зубы.
— Почему ты опять критикуешь мой выбор одежды? Это моё тело, и только мне решать, что и как носить! — чётко произнесла я, на что свекровь закатила глаза. Мы начинаем спорить, не замечая ничего вокруг. Каждое движение, каждое слово вызывало новый повод для ссоры.
— Может, хватит уже? — вдруг произнесли одновременно, осознав абсурдность ситуации.
— Мы же просто убиваем друг друга! — говорю я, и сожусь на кровать. Сердце колотится в груди, и становится тяжело дышать.
— Алла, мои капли для сердца. Нижний ящик, у плиты, двадцать пять капель. Шевелись, нам только инфаркта для общей картины не хватает, — говорит свекровь мне.
— Это что? — я смотрю на две полоски на тесте. — Похоже, сюрприз, — улыбаюсь сама себе.
Я должна была рассказать мужу о беременности на венчании. На нашем празднике, который мы так ждали.
Но вместо этого услышала за дверью его голос:
— Какие у тебя горячие губки… ну просто блаженство!
И смех. Его и её. Любовницы. Прямо в день нашего венчания.
Беременность. Предательство. Измена. Я не простила. И не прощу.
Теперь я знаю: никакая клятва, никакие слова не спасут того, кто предал.
Я должна была рассказать мужу о беременности на венчании. На нашем празднике, который мы так ждали.
Но вместо этого услышала за дверью его голос:
— Какие у тебя горячие губки… ну просто блаженство!
И смех. Его и её. Любовницы. Прямо в день нашего венчания.
Беременность. Предательство. Измена. Я не простила. И не прощу.
Теперь я знаю: никакая клятва, никакие слова не спасут того, кто предал.
– Я люблю тебя, а не Виолетту. В конце концов, я же на тебе женился, а не на ней!
– Погоди, – рассуждения мужа восхитительны, – Если ты ее не любишь, то какого черта ты с ней спишь?
– Потому что я устаю от тебя. Понимаешь, Рита, – вздыхает муж и так устало на меня смотрит, – Ты и правда красивая, грамотная, начитанная, изысканная… Все при тебе… Но если, например, провести аналогию с едой… Ты – деликатес, типа устриц. Это прекрасно, утонченно, но жрать такое постоянно – не вариант. А Виолетта – она простая, как свиная рулька с пивом. И да, рулька по выходным – это идеально. Но в остальные дни – только устрицы!
– Погоди, – рассуждения мужа восхитительны, – Если ты ее не любишь, то какого черта ты с ней спишь?
– Потому что я устаю от тебя. Понимаешь, Рита, – вздыхает муж и так устало на меня смотрит, – Ты и правда красивая, грамотная, начитанная, изысканная… Все при тебе… Но если, например, провести аналогию с едой… Ты – деликатес, типа устриц. Это прекрасно, утонченно, но жрать такое постоянно – не вариант. А Виолетта – она простая, как свиная рулька с пивом. И да, рулька по выходным – это идеально. Но в остальные дни – только устрицы!
— Стас, это что?
— Лен, ты не понимаешь… это всего лишь ассистентка!
— В кабинете? На столе? Не позорься, милый!
Я поймала мужа на измене прямо в больнице, где мы работаем вместе.
Двадцать пять лет брака — перечёркнуты одной блондинкой с липовым дипломом.
Он оправдывался: «Мужик я, мне надо!». А потом решил выставить виноватой меня.
Но я — психиатр. Я умею ставить диагнозы.
И мой диагноз прост: измену я не прощу.
— Лен, ты не понимаешь… это всего лишь ассистентка!
— В кабинете? На столе? Не позорься, милый!
Я поймала мужа на измене прямо в больнице, где мы работаем вместе.
Двадцать пять лет брака — перечёркнуты одной блондинкой с липовым дипломом.
Он оправдывался: «Мужик я, мне надо!». А потом решил выставить виноватой меня.
Но я — психиатр. Я умею ставить диагнозы.
И мой диагноз прост: измену я не прощу.
Поднимаясь в лифте, Анна изучала своё отражение в зеркальной стенке. Командировка пошла на пользу, глаза блестели, на щеках играл румянец, новое бордовое платье подчёркивало фигуру. Дима определённо оценит.
Ключ поворачивался в замке тихо, она специально смазывала его на прошлых выходных. В прихожей было темно, но из спальни пробивалась полоска света. Анна сбросила туфли, сняла пальто и на цыпочках прошла по коридору, держа в руках бутылку вина и улыбаясь в предвкушении.
— Привет, родной, — прошептала она, приоткрывая дверь спальни. — Я соскучи...
Ключ поворачивался в замке тихо, она специально смазывала его на прошлых выходных. В прихожей было темно, но из спальни пробивалась полоска света. Анна сбросила туфли, сняла пальто и на цыпочках прошла по коридору, держа в руках бутылку вина и улыбаясь в предвкушении.
— Привет, родной, — прошептала она, приоткрывая дверь спальни. — Я соскучи...
— Стас, это что? «Жду, давай быстрее, пока твоя жена не вернулась».
— Оль, ну не начинай… я же звезда. Флирт с фан клубом это нормально.
Двадцать пять лет вместе. Я — продюсер, он — певец. Всё держалось на мне.
А он прятал «зайку» в короткой юбке, которая решила прибрать к рукам и мужа, и мою студию звукозаписи.
Но я не плакала. Мы с подругами устроили слежку и превратили их роман в цирк.
Каждый их шаг оборачивался против них.
Измена? Для них — позор. А для меня — только начало.
— Оль, ну не начинай… я же звезда. Флирт с фан клубом это нормально.
Двадцать пять лет вместе. Я — продюсер, он — певец. Всё держалось на мне.
А он прятал «зайку» в короткой юбке, которая решила прибрать к рукам и мужа, и мою студию звукозаписи.
Но я не плакала. Мы с подругами устроили слежку и превратили их роман в цирк.
Каждый их шаг оборачивался против них.
Измена? Для них — позор. А для меня — только начало.
Казалось, жизнь Анны рухнула в одно мгновение. Слова мужа: «Ты больше меня не привлекаешь» — отозвались болью и пустотой. Но в самой глубине отчаяния всегда есть луч света. Для Анны этим светом стал Максим — её давний друг, который всегда был рядом. Тот, кто видел не только её внешнюю красоту, но и её внутреннюю силу, её доброту и ранимую душу.
Это история не о потере, а о неожиданном обретении. О том, как самое горькое предательство открывает дверь к настоящей любви, которая ждала своего часа всё это время.
Но всё ли так просто?
Это история не о потере, а о неожиданном обретении. О том, как самое горькое предательство открывает дверь к настоящей любви, которая ждала своего часа всё это время.
Но всё ли так просто?
Выберите полку для книги
О чем пишут в книгах об измене?
В книгах об измене авторы исследуют различные аспекты этого сложного явления:
Причины, по которым люди изменяют своим партнерам.
Эмоциональные и психологические последствия измены для всех участников ситуации.
Социальные и моральные нормы, связанные с изменой.
Возможность прощения и примирения после измены.
Чем они волнуют?
Книги об измене волнуют читателей по нескольким причинам:
Измена - это распространенное явление, с которым сталкиваются многие люди. Чтение книг об измене может помочь читателям почувствовать себя менее одинокими и понять, что они не единственные, кто переживает подобные трудности.
Книги об измене могут помочь читателям лучше понять природу любви, верности и предательства.
Чтение книг об измене может помочь читателям проработать свои собственные переживания, связанные с изменой, и найти пути исцеления.
Почему нам нужно читать такие книги?
Есть несколько причин, почему вам может быть полезно читать книги об измене:
Книги об измене могут помочь вам лучше понять себя и свои отношения.
Чтение книг об измене может помочь вам справиться с болью и обидой, вызванными изменой.
Книги об измене могут помочь вам научиться прощать и двигаться дальше.
Чтение книг об измене может помочь вам стать более сострадательным и понимающим человеком.
Что в них интересного?
Книги об измене могут быть очень интересными по нескольким причинам:
Они часто рассказывают о сложных и неоднозначных персонажах, которые сталкиваются с трудными жизненными ситуациями.
Книги об измене могут быть очень эмоциональными и захватывающими.
Чтение книг об измене может помочь читателям расширить свой кругозор и лучше понять мир вокруг себя.