Книги по тегу «измена»: ""
– Я ушёл от жены! – Подхватив Аллу на руки, я закружил её, пока мышцы рук не начали ныть от боли, после чего аккуратно поставил на землю.
– Ты шутишь? – В её голосе было недоверие, а может и упрёк.
Совсем не такую реакцию я от неё ожидал. Правда, я и сам ещё до конца не верю, что скоро разведусь с Кристиной.
– Разве таким шутят? Алла, я говорю абсолютно серьёзно. Я ушёл от жены.
– Даже не знаю, что сказать.
– Ну а ты когда поговоришь с Егором?
– О чём?
– Алла, ты издеваешься?
– Нет, не издеваюсь. Я просто не понимаю, чего ты от меня хочешь. Ты ушёл от жены, и?
– И теперь я планирую сойтись с тобой. Ты разведёшься с мужем и...
– Постой! – резко перебила меня Алла, сделав ещё один шаг назад. – Кажется, у нас возникло недопонимание.
– Ты шутишь? – В её голосе было недоверие, а может и упрёк.
Совсем не такую реакцию я от неё ожидал. Правда, я и сам ещё до конца не верю, что скоро разведусь с Кристиной.
– Разве таким шутят? Алла, я говорю абсолютно серьёзно. Я ушёл от жены.
– Даже не знаю, что сказать.
– Ну а ты когда поговоришь с Егором?
– О чём?
– Алла, ты издеваешься?
– Нет, не издеваюсь. Я просто не понимаю, чего ты от меня хочешь. Ты ушёл от жены, и?
– И теперь я планирую сойтись с тобой. Ты разведёшься с мужем и...
– Постой! – резко перебила меня Алла, сделав ещё один шаг назад. – Кажется, у нас возникло недопонимание.
— Стреляй, чокнутый параноик! — закричала она ему прямо в лицо. — Твои поганые три миллиона сгорели в той машине! Я спасала твою шкуру, Дан! Стреляй, давай! Избавь меня от этого ада!
Контроль — самая дорогая иллюзия, которую можно купить за деньги. Вероника знала цену этой иллюзии лучше всех. Она собирала чужие жизни по кусочкам, пока её собственное прошлое не настигло её на подземной парковке клиники. Мешок на голову, стальные наручники и глухой мрачный лес, где ей в лоб упирается холодное дуло пистолета.
Даниил вернулся, чтобы уничтожить её. Он уверен, что она — воровка и предательница. Но когда стена его амнезии рушится, наружу выходит правда, которая превратит их жизни в пепелище. Она — его личный психотерапевт, но им обоим давно нужен один диагноз на двоих.
Контроль — самая дорогая иллюзия, которую можно купить за деньги. Вероника знала цену этой иллюзии лучше всех. Она собирала чужие жизни по кусочкам, пока её собственное прошлое не настигло её на подземной парковке клиники. Мешок на голову, стальные наручники и глухой мрачный лес, где ей в лоб упирается холодное дуло пистолета.
Даниил вернулся, чтобы уничтожить её. Он уверен, что она — воровка и предательница. Но когда стена его амнезии рушится, наружу выходит правда, которая превратит их жизни в пепелище. Она — его личный психотерапевт, но им обоим давно нужен один диагноз на двоих.
Пятнадцать лет я строила дома, карьеру мужа и наш идеальный брак.
За один вечер Лев сообщает, что любит другую. А следом я узнаю, что из главного проекта нашего бюро исчезло мое имя.
Муж уверен: я соглашусь на тихий развод, сохраню должность и продолжу создавать проекты под его фамилией.
Он ошибся.
Я ухожу.
И принимаю предложение Демьяна Сереброва — главного конкурента Льва и человека, которого мой муж ненавидит уже пять лет.
Демьян предлагает то, чего я не получила за пятнадцать лет брака: большой проект, где автором буду только я.
Но очень скоро выясняется, что у врага моего мужа есть собственная причина протянуть мне руку.
И теперь мне придется понять, можно ли доверять мужчине, который с самого начала признался, что хочет мной воспользоваться.
Потому что второй раз позволить кому-то решить, кем мне быть, я уже не могу.
За один вечер Лев сообщает, что любит другую. А следом я узнаю, что из главного проекта нашего бюро исчезло мое имя.
Муж уверен: я соглашусь на тихий развод, сохраню должность и продолжу создавать проекты под его фамилией.
Он ошибся.
Я ухожу.
И принимаю предложение Демьяна Сереброва — главного конкурента Льва и человека, которого мой муж ненавидит уже пять лет.
Демьян предлагает то, чего я не получила за пятнадцать лет брака: большой проект, где автором буду только я.
Но очень скоро выясняется, что у врага моего мужа есть собственная причина протянуть мне руку.
И теперь мне придется понять, можно ли доверять мужчине, который с самого начала признался, что хочет мной воспользоваться.
Потому что второй раз позволить кому-то решить, кем мне быть, я уже не могу.
– Вика... – позвал муж, привлекая моё внимание.
– Что? – еле слышно ответила я. Внутри моей души все выворачивалось от тупой боли. Сердце стучало настолько тихо, что казалось, будто оно вот-вот остановится.
– Я думаю, нам надо поговорить… – произнес муж, обходя стол, чтобы встать напротив.
– Наверное, – согласилась я, криво усмехнувшись. – Сейчас ты мне скажешь, что это не то, что я подумала, что мне показалось… Или что это ошибка, и ты сам не понял, каким образом эта девица оказалась в твоей постели?
– Прекрати, – он поморщился, присаживаясь. – Нет, Вика, я скажу тебе правду. Эту девушку зовут Наталья, и мы с ней встречаемся уже три месяца.
– Что? – еле слышно ответила я. Внутри моей души все выворачивалось от тупой боли. Сердце стучало настолько тихо, что казалось, будто оно вот-вот остановится.
– Я думаю, нам надо поговорить… – произнес муж, обходя стол, чтобы встать напротив.
– Наверное, – согласилась я, криво усмехнувшись. – Сейчас ты мне скажешь, что это не то, что я подумала, что мне показалось… Или что это ошибка, и ты сам не понял, каким образом эта девица оказалась в твоей постели?
– Прекрати, – он поморщился, присаживаясь. – Нет, Вика, я скажу тебе правду. Эту девушку зовут Наталья, и мы с ней встречаемся уже три месяца.
— За нас! — я улыбнулась и подняла бокал.
— Алина... Я давно хотел поговорить с тобой. В общем... Я изменил тебе.
— Что?.. Ты... Ну ты и сволочь, Илья.
— Алина, подожди! Есть кое-что еще... Она беременна. Поэтому мне нужно было сказать тебе всё сейчас.
Три года идеального брака сгорели дотла от одной фразы.
— Алина... Я давно хотел поговорить с тобой. В общем... Я изменил тебе.
— Что?.. Ты... Ну ты и сволочь, Илья.
— Алина, подожди! Есть кое-что еще... Она беременна. Поэтому мне нужно было сказать тебе всё сейчас.
Три года идеального брака сгорели дотла от одной фразы.
– Будь я на его месте, всю жизнь бы любил только вас. Не веря, что на меня обратила внимание такая женщина.
Я замерла. Слова садовника, которого я наняла совсем недавно, повисли в воздухе, как последний луч заката. Ему тридцать. Мне сорок два. Мой муж только что променял меня на девицу моложе, а я сбежала на старую дачу – зализывать раны и выкорчёвывать сорняки из сада. И из собственной жизни.
– Это всё чай, – пробормотал он, отводя взгляд. – Настоялся крепкий. Мне, наверное, ударило в голову.
Он сбежал. А я осталась стоять на веранде, чувствуя, как под слоем льда, который я так старательно намораживала годами, что-то дрогнуло. Тонко, как трещинка на стекле.
+++++
Всё начинается с измены мужа и развода. Тамара – бывшая жена миллионера, женщина, привыкшая к роскоши, но уставшая быть «частью имиджа». Она возвращается на запущенную дачу, чтобы начать с нуля, и нанимает садовника.
Я замерла. Слова садовника, которого я наняла совсем недавно, повисли в воздухе, как последний луч заката. Ему тридцать. Мне сорок два. Мой муж только что променял меня на девицу моложе, а я сбежала на старую дачу – зализывать раны и выкорчёвывать сорняки из сада. И из собственной жизни.
– Это всё чай, – пробормотал он, отводя взгляд. – Настоялся крепкий. Мне, наверное, ударило в голову.
Он сбежал. А я осталась стоять на веранде, чувствуя, как под слоем льда, который я так старательно намораживала годами, что-то дрогнуло. Тонко, как трещинка на стекле.
+++++
Всё начинается с измены мужа и развода. Тамара – бывшая жена миллионера, женщина, привыкшая к роскоши, но уставшая быть «частью имиджа». Она возвращается на запущенную дачу, чтобы начать с нуля, и нанимает садовника.
Она создала бренд с нуля. Он украл его за один день.
Тридцативосьмилетняя Вера Арсеньева стоит на вершине успеха. Но финальный показ коллекции становится для нее последним: муж и деловой партнер Илья объявляет о беременности молодой модели и тут же лишает Веру всего — дома, денег и права на собственное имя.
Изгнанная из собственного ателье, Вера возвращается в провинциальный Реченск, в мастерскую своей покойной бабушки. Здесь, среди пыльных машинок «Зингер» и трехсот метров старой советской ткани, она находит не только убежище, но и шанс. Объявлен конкурс для дизайнеров. Главный приз — пять миллионов и контракт с сетью магазинов. У нее всего сорок дней, чтобы создать новую коллекцию и доказать: ее талант не принадлежит бывшему мужу.
Тридцативосьмилетняя Вера Арсеньева стоит на вершине успеха. Но финальный показ коллекции становится для нее последним: муж и деловой партнер Илья объявляет о беременности молодой модели и тут же лишает Веру всего — дома, денег и права на собственное имя.
Изгнанная из собственного ателье, Вера возвращается в провинциальный Реченск, в мастерскую своей покойной бабушки. Здесь, среди пыльных машинок «Зингер» и трехсот метров старой советской ткани, она находит не только убежище, но и шанс. Объявлен конкурс для дизайнеров. Главный приз — пять миллионов и контракт с сетью магазинов. У нее всего сорок дней, чтобы создать новую коллекцию и доказать: ее талант не принадлежит бывшему мужу.
- Надеюсь, те букеты голландских пионов, которые наш курьер привозит вам каждую пятницу на Патрики, стоят долго?
Я на мгновение замерла перед монитором и чуть не выронила из рук дорогую ручку.
- У них очень капризный сорт, - продолжала щебетать из динамика ничего не подозревающая флористка. - Мы заказываем эту позицию у наших поставщиков в Нидерландах персонально под Виктора Николаевича. Учитывая нашу московскую жару, они требуют особого температурного режима при доставке.
Что?
Голландские пионы?
Доставка на Патрики?
Мой мозг финансиста мгновенно зафиксировал факты и разложил их по полкам, как бухгалтерские проводки: холодно, методично, безжалостно.
Во-первых, Виктор не дарил мне цветов ровно пять лет.
А во-вторых, мы живём в загородном доме на Рублёво-Успенском шоссе, а на улице Малой Бронной у нас не было никакой недвижимости. Я знала каждый актив нашего совместного портфеля, каждую цифру в реестре. И Патрики там точно не значились.
Я на мгновение замерла перед монитором и чуть не выронила из рук дорогую ручку.
- У них очень капризный сорт, - продолжала щебетать из динамика ничего не подозревающая флористка. - Мы заказываем эту позицию у наших поставщиков в Нидерландах персонально под Виктора Николаевича. Учитывая нашу московскую жару, они требуют особого температурного режима при доставке.
Что?
Голландские пионы?
Доставка на Патрики?
Мой мозг финансиста мгновенно зафиксировал факты и разложил их по полкам, как бухгалтерские проводки: холодно, методично, безжалостно.
Во-первых, Виктор не дарил мне цветов ровно пять лет.
А во-вторых, мы живём в загородном доме на Рублёво-Успенском шоссе, а на улице Малой Бронной у нас не было никакой недвижимости. Я знала каждый актив нашего совместного портфеля, каждую цифру в реестре. И Патрики там точно не значились.
Алиса закрыла глаза. Внутри всё пылало. Она должна была встать, отойти, уехать. Но тело не слушалось. Оно хотело, чтобы он коснулся снова. Чтобы его руки легли на плечи, чтобы его дыхание коснулось шеи, чтобы он сделал то, о чём она не решалась даже думать.
— Вы дрожите, — прошептал он, наклоняясь к её уху.
— Это от холода.
— Здесь жарко.
— Значит, от страха.
— Я вас пугаю?
— Ты всё усложняешь.
— А по-моему, упрощаю.
Она резко поднялась. Егор отступил на шаг, но не отошёл. Они стояли лицом к лицу, и расстояние между ними было меньше, чем позволяют приличия.
— Я замужем, — сказала она, глядя ему в глаза.
— Вы это повторяете как мантру. Но не уходите.
— Потому что я дура.
— Нет. Потому что вам хорошо со мной.
— Вы дрожите, — прошептал он, наклоняясь к её уху.
— Это от холода.
— Здесь жарко.
— Значит, от страха.
— Я вас пугаю?
— Ты всё усложняешь.
— А по-моему, упрощаю.
Она резко поднялась. Егор отступил на шаг, но не отошёл. Они стояли лицом к лицу, и расстояние между ними было меньше, чем позволяют приличия.
— Я замужем, — сказала она, глядя ему в глаза.
— Вы это повторяете как мантру. Но не уходите.
— Потому что я дура.
— Нет. Потому что вам хорошо со мной.
Она стала женой сына. Но принадлежит его отцу.
Алина выходит замуж за Тимура — красивого, богатого, властного. Она верит, что впереди счастливая жизнь. Но уже в первую брачную ночь понимает: её мужу нужна не жена, а вещь. Покорная. Молчаливая. Сломанная.
Дом его семьи — золотая клетка, где свекровь следит за каждым шагом, прислуга шепчется по углам, а муж срывает злость кулаками. Алина задыхается. И когда кажется, что выхода нет, в её жизни появляется он — Давид. Отец её мужа. Опасный. Властный. Единственный, кто встаёт на её защиту.
Их связь запретна. Их влечение разрушительно. Каждый взгляд, каждое прикосновение — шаг к пропасти. Но чем сильнее Алина сопротивляется, тем крепче привязывается к человеку, которого должна ненавидеть.
Когда тайна раскроется, начнётся война. За любовь. За свободу. За ребёнка, который станет либо спасением, либо приговором.
Но Давид не привык проигрывать. И он не отдаст её никому.
Алина выходит замуж за Тимура — красивого, богатого, властного. Она верит, что впереди счастливая жизнь. Но уже в первую брачную ночь понимает: её мужу нужна не жена, а вещь. Покорная. Молчаливая. Сломанная.
Дом его семьи — золотая клетка, где свекровь следит за каждым шагом, прислуга шепчется по углам, а муж срывает злость кулаками. Алина задыхается. И когда кажется, что выхода нет, в её жизни появляется он — Давид. Отец её мужа. Опасный. Властный. Единственный, кто встаёт на её защиту.
Их связь запретна. Их влечение разрушительно. Каждый взгляд, каждое прикосновение — шаг к пропасти. Но чем сильнее Алина сопротивляется, тем крепче привязывается к человеку, которого должна ненавидеть.
Когда тайна раскроется, начнётся война. За любовь. За свободу. За ребёнка, который станет либо спасением, либо приговором.
Но Давид не привык проигрывать. И он не отдаст её никому.
Выберите полку для книги
О чем пишут в книгах об измене?
В книгах об измене авторы исследуют различные аспекты этого сложного явления:
Причины, по которым люди изменяют своим партнерам.
Эмоциональные и психологические последствия измены для всех участников ситуации.
Социальные и моральные нормы, связанные с изменой.
Возможность прощения и примирения после измены.
Чем они волнуют?
Книги об измене волнуют читателей по нескольким причинам:
Измена - это распространенное явление, с которым сталкиваются многие люди. Чтение книг об измене может помочь читателям почувствовать себя менее одинокими и понять, что они не единственные, кто переживает подобные трудности.
Книги об измене могут помочь читателям лучше понять природу любви, верности и предательства.
Чтение книг об измене может помочь читателям проработать свои собственные переживания, связанные с изменой, и найти пути исцеления.
Почему нам нужно читать такие книги?
Есть несколько причин, почему вам может быть полезно читать книги об измене:
Книги об измене могут помочь вам лучше понять себя и свои отношения.
Чтение книг об измене может помочь вам справиться с болью и обидой, вызванными изменой.
Книги об измене могут помочь вам научиться прощать и двигаться дальше.
Чтение книг об измене может помочь вам стать более сострадательным и понимающим человеком.
Что в них интересного?
Книги об измене могут быть очень интересными по нескольким причинам:
Они часто рассказывают о сложных и неоднозначных персонажах, которые сталкиваются с трудными жизненными ситуациями.
Книги об измене могут быть очень эмоциональными и захватывающими.
Чтение книг об измене может помочь читателям расширить свой кругозор и лучше понять мир вокруг себя.