Книги по тегу «любовь вопреки»: ""
Сквозь густой пар вырисовывается знакомый мужской силуэт. Высокий, широкоплечий, с рельефным торсом...
Мой соседушка собственной персоной.
Он замирает, любуясь мной. Пена стратегически скрывает всё самое сокровенное, но оставляет простор для фантазии, выгодно очерчивая мои сочные изгибы.
Карие «изучатели» мачо темнеют сильнее.
– Я начинаю думать, что это судьба, – произносит он своим бархатным баритоном, медленно приближаясь к мраморному постаменту. – Сначала сладкий коктейль, теперь клубничная пена. Вы всегда предпочитаете выглядеть как десерт?
– А вы, как погляжу, всегда появляетесь там, где женщины в неглиже? Ну и «наглеже», – выгибаю бровь, даже не думая прикрываться. – Идите своей дорогой, мужчина. У меня тут приватная дегустация свободы.
Турок усмехается, сверкая белоснежной улыбкой, и опирается сильной рукой о край моего мраморного ложа.
– О, поверьте, я ценю женскую свободу. Особенно такую… аппетитную.
Мой соседушка собственной персоной.
Он замирает, любуясь мной. Пена стратегически скрывает всё самое сокровенное, но оставляет простор для фантазии, выгодно очерчивая мои сочные изгибы.
Карие «изучатели» мачо темнеют сильнее.
– Я начинаю думать, что это судьба, – произносит он своим бархатным баритоном, медленно приближаясь к мраморному постаменту. – Сначала сладкий коктейль, теперь клубничная пена. Вы всегда предпочитаете выглядеть как десерт?
– А вы, как погляжу, всегда появляетесь там, где женщины в неглиже? Ну и «наглеже», – выгибаю бровь, даже не думая прикрываться. – Идите своей дорогой, мужчина. У меня тут приватная дегустация свободы.
Турок усмехается, сверкая белоснежной улыбкой, и опирается сильной рукой о край моего мраморного ложа.
– О, поверьте, я ценю женскую свободу. Особенно такую… аппетитную.
Столица королевства драконов, Нирран, живёт интригами, преступлениями, жаждой власти. Роскошные дворцы здесь соседствуют с Грязными кварталами, благородные жесты – с шантажом и угрозами. Здесь всегда найдётся место страсти… А вот любви? Киан всегда считал, что нет. Не в его жизни.
Но любовь приходит и не замечает, насколько всё сложно и запутанною Потому что любовь – слепа…
Но любовь приходит и не замечает, насколько всё сложно и запутанною Потому что любовь – слепа…
Прежде я чинила трубы в Москве. Не своими руками, но разбиралась на практике, и создавала проекты коммуникаций. Теперь реально чиню саму магию в Ардинии. Я — служанка без магического дара, влюбившаяся в лорда. Он способен взглядом заморозить воду в кране. И считает меня всего лишь полезным инструментом. Два раза он почти меня поцеловал. Дважды я оказалась дурой! А потом рвануло так, что чинить пришлось полгорода. И его ледяное сердце — заодно.
Она зашла в голосовой чат игры, чтобы забыть о предательстве мужа, а наткнулась на голос, от которого хочется снять наушники… и тут же надеть обратно, чтобы услышать ещё раз — но победитель получает не только приз, но и право на свидание с проигравшим.
Мужчина был выше меня на две головы. Худой, но не болезненно, а скорее так, как бывают худы хищные птицы. Узкий в бёдрах, широкий в плечах, каждое движение – текучее, бесшумное, нечеловечески плавное.
Волосы были чёрные. Абсолютно, бездонно чёрные, длинные, до лопаток, прямые, как струи воды. А кожа бледная, почти серебристая в лунном свете, и по ней – чуть заметно, если знать, куда смотреть, – мерцали точки. Созвездия. Сожранные звёзды, которые он нёс под кожей.
Лицо.
Я сейчас скажу вещь, которая звучит как плохой роман. Но это правда.
Волосы были чёрные. Абсолютно, бездонно чёрные, длинные, до лопаток, прямые, как струи воды. А кожа бледная, почти серебристая в лунном свете, и по ней – чуть заметно, если знать, куда смотреть, – мерцали точки. Созвездия. Сожранные звёзды, которые он нёс под кожей.
Лицо.
Я сейчас скажу вещь, которая звучит как плохой роман. Но это правда.
Я прислуживала в таверне, когда в мою жизнь ворвалась странная леди. Она сунула мне перстень, который превратил меня в нее. Теперь у меня ее лицо, ее платье и ее приглашение в академию невест. Самое престижное учебное заведение для девушек, ведь закончив его, можно стать женой одного из драконов, правящих в нашем мире.
Но ректор — лорд Асклит, дракон, от одного взгляда которого у меня подкашиваются колени и немеют мозги.
Он не знает, что я самозванка.
Мне предстоит поступить в Академию невест, где каждая вторая мечтает избавиться от соперниц, каждая третья — подставить, а каждая первая — стать избранницей лорда ректора.
При этом я понятия не имею, как быть леди, как себя вести и как не выдать себя перед тем, кто чувствует ложь за версту.
Но когда он смотрит на меня… мне кажется, он готов сжечь весь мир, лишь бы узнать, кто я на самом деле.
Но ректор — лорд Асклит, дракон, от одного взгляда которого у меня подкашиваются колени и немеют мозги.
Он не знает, что я самозванка.
Мне предстоит поступить в Академию невест, где каждая вторая мечтает избавиться от соперниц, каждая третья — подставить, а каждая первая — стать избранницей лорда ректора.
При этом я понятия не имею, как быть леди, как себя вести и как не выдать себя перед тем, кто чувствует ложь за версту.
Но когда он смотрит на меня… мне кажется, он готов сжечь весь мир, лишь бы узнать, кто я на самом деле.
Автомат или совесть? Что же выбрать?
Когда к нам пришел молодой препод, я сначала обрадовался. Но его речь оказалась отталкивающей, а его задание для автомата – целый детективный квест.
Теперь мне предстоит балансировать между совестью и усердием. А еще стараться не влюбиться в Объект. Ведь разговаривать нам нельзя!
Когда к нам пришел молодой препод, я сначала обрадовался. Но его речь оказалась отталкивающей, а его задание для автомата – целый детективный квест.
Теперь мне предстоит балансировать между совестью и усердием. А еще стараться не влюбиться в Объект. Ведь разговаривать нам нельзя!
— Я к тебе за любовью приходил, дура! А ты и вправду, шлюхой стала. Не приду больше... На, подавись!
Кинул ей на постель несколько купюр и демонстративно вытер руку о покрывало. Уже в коридоре, одеваясь на ходу, Алексеев усмехнулся:
“Секс, все же, засчитан. А с поцелуем не свезло…”
Алексееву было семнадцать, когда случился его первый секс. А вот поцелуя в его жизни не случилось ни разу.
Кинул ей на постель несколько купюр и демонстративно вытер руку о покрывало. Уже в коридоре, одеваясь на ходу, Алексеев усмехнулся:
“Секс, все же, засчитан. А с поцелуем не свезло…”
Алексееву было семнадцать, когда случился его первый секс. А вот поцелуя в его жизни не случилось ни разу.
Она сбежала в горы, чтобы забыть. Он ушёл в горы, чтобы выжить. У них нет ничего общего, кроме боли, которую они не умеют делить.
Анна — филолог, которая потеряла ребёнка и не верит, что сможет полюбить снова. Руслан — пчеловод, похоронивший жену и дочь, и разучившийся улыбаться. Она арендует у него дом, не зная, что стены этого дома хранят его молчание.
Но когда тишина становится слишком громкой, они начинают слышать друг друга.
Анна — филолог, которая потеряла ребёнка и не верит, что сможет полюбить снова. Руслан — пчеловод, похоронивший жену и дочь, и разучившийся улыбаться. Она арендует у него дом, не зная, что стены этого дома хранят его молчание.
Но когда тишина становится слишком громкой, они начинают слышать друг друга.
Я выжила после удара током. Очнулась в мире, где магия течёт по трубам. А люди охотятся на таких, как я.
Моё тело — генератор. Эмоции — разряды. Единственный, кто меня понимает, — охотник. Тот, кто должен был сдать меня гильдии. Вместо этого он приковал меня к себя наручниками, пообещав защиту.
Дважды я ждала предательства, а он спасал мне жизнь. А потом рвануло так, что чинить пришлось полгорода. И наше разбитое доверие — заодно.
Закон Ома гласит: сила тока прямо пропорциональна напряжению. Напряжение между нами растёт. Выдержит ли цепь?
Моё тело — генератор. Эмоции — разряды. Единственный, кто меня понимает, — охотник. Тот, кто должен был сдать меня гильдии. Вместо этого он приковал меня к себя наручниками, пообещав защиту.
Дважды я ждала предательства, а он спасал мне жизнь. А потом рвануло так, что чинить пришлось полгорода. И наше разбитое доверие — заодно.
Закон Ома гласит: сила тока прямо пропорциональна напряжению. Напряжение между нами растёт. Выдержит ли цепь?
Выберите полку для книги