Подборка книг по тегу: "мать одиночка"
Мой бывший решил, что я «нестабильная» мать. Теперь он хочет отнять у меня дочь, а мой единственный шанс отстоять её — выиграть миллион в конкурсе на лучший проект парка.
И кто же мой главный конкурент? Холодный, невыносимо правильный и до одури притягательный тип, чью машину моя дочь случайно «прокачала» скейтбордом. По закону подлости, он оказался ещё и моим новым соседом.
Теперь мы воюем за парк, детей и своё будущее. Он бесит меня своим контролем, я его своим хаосом. А этот педант, оказывается, умеет быть не только занудой, но и чертовски надёжным мужчиной.
И вот я стою перед выбором: выиграть войну, от которой зависит судьба моей дочери, или... он и есть моё единственное спасение?
И кто же мой главный конкурент? Холодный, невыносимо правильный и до одури притягательный тип, чью машину моя дочь случайно «прокачала» скейтбордом. По закону подлости, он оказался ещё и моим новым соседом.
Теперь мы воюем за парк, детей и своё будущее. Он бесит меня своим контролем, я его своим хаосом. А этот педант, оказывается, умеет быть не только занудой, но и чертовски надёжным мужчиной.
И вот я стою перед выбором: выиграть войну, от которой зависит судьба моей дочери, или... он и есть моё единственное спасение?
– Как ты посмел втянуть меня и моих детей в этой фарс?!
– Если ты не забыла, то ты должна мне денег. У тебя нет выхода. Изображаешь мою жену, и я прощаю долг.
– А если не соглашусь?
– Лишишься абсолютно всего. Включая детей.
***
Спустя пять лет судьба меня снова столкнула с заносчивым гадом – отцом моих детей. Он не помнит меня и проведённую вместе ночь. Теперь он мой босс и требует, чтобы я стала его фиктивной женой.
– Если ты не забыла, то ты должна мне денег. У тебя нет выхода. Изображаешь мою жену, и я прощаю долг.
– А если не соглашусь?
– Лишишься абсолютно всего. Включая детей.
***
Спустя пять лет судьба меня снова столкнула с заносчивым гадом – отцом моих детей. Он не помнит меня и проведённую вместе ночь. Теперь он мой босс и требует, чтобы я стала его фиктивной женой.
— Ты моя должница, — широкоплечий хозяин бойцовского клуба царапнул меня острым взглядом и хрипло рассмеялся. — Это я вытащил тебя из вонючей камеры!
— И что? По какому курсу принимаете благодарность? Тело? Душа? Принуждение? Что именно вас интересует?
— Тело, говоришь? — Князев прорычал и вскочил с кресла, начав кружить вокруг меня кровожадным зверем. — Нет… Неинтересно. Женой моей будешь. Фиктивной, естественно. Для начала на два месяца… А там и долг отработаешь.
— Что вы несете?
— Я все сказал!
Что общего у врача и порочного владельца подпольного бойцовского клуба? Ложь… Князев вытащил меня из паутины проблем, внезапно заявив, что теперь я должна отработать его долг.
Но его благородный поступок – лишь начало запутанной игры. Теперь я его должница, и цена спасения оказывается выше, чем можно было представить.
— И что? По какому курсу принимаете благодарность? Тело? Душа? Принуждение? Что именно вас интересует?
— Тело, говоришь? — Князев прорычал и вскочил с кресла, начав кружить вокруг меня кровожадным зверем. — Нет… Неинтересно. Женой моей будешь. Фиктивной, естественно. Для начала на два месяца… А там и долг отработаешь.
— Что вы несете?
— Я все сказал!
Что общего у врача и порочного владельца подпольного бойцовского клуба? Ложь… Князев вытащил меня из паутины проблем, внезапно заявив, что теперь я должна отработать его долг.
Но его благородный поступок – лишь начало запутанной игры. Теперь я его должница, и цена спасения оказывается выше, чем можно было представить.
– Здравствуйте, я Миша, – моя точная копия, только лет десяти подходит ко мне поздороваться и по-мужски протягивает руку для рукопожатия.
– Привет, я Тимофей, – воздух, который вышибло из меня мгновение назад возвращается в лёгкие.
При этом я продолжаю тщательно рассматривать мальчика. Чёрт, как такое вообще возможно?
– Вы мой папа?
Один вопрос, и я снова остаюсь без кислорода. Да что там кислород. Ноги подкашиваются, как у кисейной барышни. А когда слышу ответ Лизы, вообще думаю, что, может быть, я заработался, и всё это сон?
– Да, Миш, это твой папа.
***
Одиннадцать лет назад Лиза и Тимофей провели одну ночь вместе.
После Тим уехал жить в другую страну, а Лиза узнала, что беременна.
Как сложатся их дальнейшие отношения?
Если девушка боится говорить боссу о сыне, а мужчину интересуют только дела фирмы.
– Привет, я Тимофей, – воздух, который вышибло из меня мгновение назад возвращается в лёгкие.
При этом я продолжаю тщательно рассматривать мальчика. Чёрт, как такое вообще возможно?
– Вы мой папа?
Один вопрос, и я снова остаюсь без кислорода. Да что там кислород. Ноги подкашиваются, как у кисейной барышни. А когда слышу ответ Лизы, вообще думаю, что, может быть, я заработался, и всё это сон?
– Да, Миш, это твой папа.
***
Одиннадцать лет назад Лиза и Тимофей провели одну ночь вместе.
После Тим уехал жить в другую страну, а Лиза узнала, что беременна.
Как сложатся их дальнейшие отношения?
Если девушка боится говорить боссу о сыне, а мужчину интересуют только дела фирмы.
— Ты бессмертная, что ли? Помолчать не можешь?
— Только после тебя! — не унимаюсь я, не понимая, откуда у меня силы на эту перепалку. — И вообще, отпусти меня, мне надо к детям!
Пока обмениваемся колкостями, он всё ещё держит меня за талию. Его тон вдруг становится мягче, теплее:
— Дети, верно.
Стоп. Мы же столкнулись в опеке. У него две дочери. А что, если?..
— Я об этом наверняка пожалею, но тебе ведь нужна жена?
— А тебе нужен муж.
Святые мандаринки, кажется, он понимает, к чему я клоню! Нужен. Очень! Особенно такой красивый!
— Женишься на мне?
***
Итак, мне тридцать два, за плечами четырнадцать лет брака, на шее двое сыновей-хулиганов, которых хочет отсудить бывший. На его стороне — опека, деньги и связи. На моей — никому ненужная правда. Для положительного образа семьи мне не хватает… мужа. Надёжного, умного, и согласного на фиктивный брак. Такого, как этот пожарный, которого я приняла за маньяка, а он спас мне жизнь. Остаётся только довести дело до ЗАГСА.
— Только после тебя! — не унимаюсь я, не понимая, откуда у меня силы на эту перепалку. — И вообще, отпусти меня, мне надо к детям!
Пока обмениваемся колкостями, он всё ещё держит меня за талию. Его тон вдруг становится мягче, теплее:
— Дети, верно.
Стоп. Мы же столкнулись в опеке. У него две дочери. А что, если?..
— Я об этом наверняка пожалею, но тебе ведь нужна жена?
— А тебе нужен муж.
Святые мандаринки, кажется, он понимает, к чему я клоню! Нужен. Очень! Особенно такой красивый!
— Женишься на мне?
***
Итак, мне тридцать два, за плечами четырнадцать лет брака, на шее двое сыновей-хулиганов, которых хочет отсудить бывший. На его стороне — опека, деньги и связи. На моей — никому ненужная правда. Для положительного образа семьи мне не хватает… мужа. Надёжного, умного, и согласного на фиктивный брак. Такого, как этот пожарный, которого я приняла за маньяка, а он спас мне жизнь. Остаётся только довести дело до ЗАГСА.
— Мам… а мы всегда будем тут жить? С Мишей?
Я будто не слышу сначала.
Замираю.
— Нет, Машенька. Это временно, — отвечаю осторожно. — Мы скоро вернемся домой.
Она нахмурилась.
— Почему? Тут лучше. И Миша добрый… Он с нами… — ее голос дрожит. — Почему нельзя остаться?
Я вздыхаю. Медленно, глубоко.
Не готова.
Черт, я не готова.
— Солнце мое, — тяну руку, сжимаю ее ладошку. — Потому что… это не наш дом. И… Миша нам просто помогает.
— Но мы же теперь друзья! — вскидывается она. — Он мне плетет косички… он нас защищает…
— Маша, нельзя… — я шепчу. — Нельзя так привыкать. Потом будет больно. Мы… мы с ним не останемся вместе.
— Почему? — ее глаза уже в слезах. — Почему ты все время все ломаешь, мам?!
Она резко отодвигает стул, а я остаюсь с дыханием, застрявшим в груди.
Никак не скажешь ребенку: “Потому что он — не для нас”.
Я будто не слышу сначала.
Замираю.
— Нет, Машенька. Это временно, — отвечаю осторожно. — Мы скоро вернемся домой.
Она нахмурилась.
— Почему? Тут лучше. И Миша добрый… Он с нами… — ее голос дрожит. — Почему нельзя остаться?
Я вздыхаю. Медленно, глубоко.
Не готова.
Черт, я не готова.
— Солнце мое, — тяну руку, сжимаю ее ладошку. — Потому что… это не наш дом. И… Миша нам просто помогает.
— Но мы же теперь друзья! — вскидывается она. — Он мне плетет косички… он нас защищает…
— Маша, нельзя… — я шепчу. — Нельзя так привыкать. Потом будет больно. Мы… мы с ним не останемся вместе.
— Почему? — ее глаза уже в слезах. — Почему ты все время все ломаешь, мам?!
Она резко отодвигает стул, а я остаюсь с дыханием, застрявшим в груди.
Никак не скажешь ребенку: “Потому что он — не для нас”.
– Ты кто? И где я?
Я от шока даже рот приоткрыла. Вот это нормально начальника приложило…
- А ты кто? – Увидел он, видимо, мою дочь.
Я уже хотела сказать Дмитрию Константиновичу, что он мой босс, поскользнулся, упал, и, кажется, немножко потерял память, как услышала...
- Пап, ты что, нас забыл? – И, да. Это был голос моей дочери. А я вся словно заледенела от её слов. Что она несла? Какой папа?
- Папа? – Расширились глаза начальника. Он смотрел на Улю, потом медленно перевёл взгляд на меня. – Ты моя дочь, а ты…
- Ты мой папа, а это моя мамуля. Ты нас не помнишь?
Пышка Светлана просто решила немного проучить своего начальника-тирана, подыграв дочери, когда она сказала боссу, упавшему, и потерявшему память, что они одна семья.
Но, кажется, розыгрыш зашёл слишком далеко, потому чтоб босс поверил!
#ХЭ
Я от шока даже рот приоткрыла. Вот это нормально начальника приложило…
- А ты кто? – Увидел он, видимо, мою дочь.
Я уже хотела сказать Дмитрию Константиновичу, что он мой босс, поскользнулся, упал, и, кажется, немножко потерял память, как услышала...
- Пап, ты что, нас забыл? – И, да. Это был голос моей дочери. А я вся словно заледенела от её слов. Что она несла? Какой папа?
- Папа? – Расширились глаза начальника. Он смотрел на Улю, потом медленно перевёл взгляд на меня. – Ты моя дочь, а ты…
- Ты мой папа, а это моя мамуля. Ты нас не помнишь?
Пышка Светлана просто решила немного проучить своего начальника-тирана, подыграв дочери, когда она сказала боссу, упавшему, и потерявшему память, что они одна семья.
Но, кажется, розыгрыш зашёл слишком далеко, потому чтоб босс поверил!
#ХЭ
— Твоя мама красивая.
— А твой папа крутой.
— Думаешь, подружатся?
— Если мы всё сделаем правильно — поженятся.
— План «Поженить родителей" начинается!
***
Арина и Паша — семилетние союзники с одной мечтой: семья.
Но их родители — заклятые конкуренты и не выносят друг друга. Но кто сказал, что любовь не может начаться с ненависти? Особенно если в дело вмешаются дети с воображением, доступом к системе «умный дом» и чувством юмора.
— А твой папа крутой.
— Думаешь, подружатся?
— Если мы всё сделаем правильно — поженятся.
— План «Поженить родителей" начинается!
***
Арина и Паша — семилетние союзники с одной мечтой: семья.
Но их родители — заклятые конкуренты и не выносят друг друга. Но кто сказал, что любовь не может начаться с ненависти? Особенно если в дело вмешаются дети с воображением, доступом к системе «умный дом» и чувством юмора.
Полина и Мирослав с первого взгляда невзлюбили друг друга. Она – за то, что молодой мэр хам и жадина. Он – за то, что молодая фермерша приехала в его город и качает тут свои права. Так бы и ругались, если бы не дети Мирослава и Полины. Пятилетняя девочка объединяется с четырнадцатилетним подростком, и вдвоем они строят заговор, о котором их родители совсем не подозревают.
– Что ты делаешь с моим сыном? – испуганно ахает девушка, с которой я провел случайную ночь. Смотрит на меня во все глаза. Подбегает, забирает ребенка и не подпускает меня к нему.
– Это мой пациент, – отрезаю сурово. – Верни его обратно. Я должен закончить осмотр.
– Не верну! – заявляет дрожа всем телом.
– Я его лечащий врач и должен его осмотреть, – рычу недовольно. Она кидает на меня затравленный взгляд. – Родила больного ребенка, а я теперь расхлебывать должен. Думать нужно до того, как непонятно от кого залетать!
Она резко разворачивается и мне со всего размаху прилетает пощечина.
– Вообще-то это твой сын, Слав!
– Это мой пациент, – отрезаю сурово. – Верни его обратно. Я должен закончить осмотр.
– Не верну! – заявляет дрожа всем телом.
– Я его лечащий врач и должен его осмотреть, – рычу недовольно. Она кидает на меня затравленный взгляд. – Родила больного ребенка, а я теперь расхлебывать должен. Думать нужно до того, как непонятно от кого залетать!
Она резко разворачивается и мне со всего размаху прилетает пощечина.
– Вообще-то это твой сын, Слав!
Выберите полку для книги