Книги по тегу «мать одиночка»: ""

- А я бы послушала, - заявила, начиная, наконец, понимать, что происходит. – Прошу вас, Виолетта! Не стесняйтесь.
- А мне нечего стесняться! – фыркнула девушка. – У нас с Димой будет ребенок. Так что, Светлана Юрьевна, Аркадий Семенович, вы скоро станете бабушкой и дедушкой! – победно заявила она, глядя исключительно на меня. Пристально и… да, торжествующе.
- Благодарю за ужин, - тоже поднялась, чувствуя, что едва могу сдержать слезы. – Все было очень вкусно.
Направилась в прихожую, с ужасом понимая, что никто меня не удерживает. Дима не вскочил и не побежал следом, он остался там, с Виолеттой.

— Сам вылезешь или за шкирку?
— Не надо за шкилку! — звучит вдруг тоненько и следом раздается всхлип.
Из-за стола сперва показывается курчавая темная макушка, а потом заплаканное детское лицо. Кажется, девчонке не больше шести.
— Ты кто? — спрашиваю первое, что приходит на ум.
Откуда здесь, черт возьми, взялся ребенок? Да еще и в такое время.
— Любаша, — снова хлюпает носом.
— Как сюда попала? И с кем пришла?
Девчонка мнется, кусает губу. Опускает вниз слипшиеся ресницы и отвечает:
— Я Сухаля искала.
— Зачем тебе Сухарь?
Догадаться, что Сухарь это я, не сложно. Само собой, мне известно, как меня называют подчиненные.
— Потому что он злодей. Он и Ольга логопед. Я хотела им сказать, чтобы маму не обижали. И чтоб не жлали ее, она холошая. А они — нет.
— Так… И?
— И потелялась…
Голос становится совсем тихим. Большущие градины слез ползут вниз по щекам, а я ума не приложу, что делать и чей это ребенок. И самое главное, как она оказалась в моем кабинете?

Меня позвали на свидание. Да-да, меня — с тремя детьми. Я почти поверила в чудо… пока в него не вломился мой босс.
Бабник. Манипулятор. Ходячая катастрофа. Человек, из-за которого я стала матерью-одиночкой.
Он уволил меня. Разрушил мой вечер. И теперь требует объяснений:
— Эти дети… мои?
Поздно, Волков. Ты вспомнил слишком поздно.

— Настя, ну что ты снова придумываешь? — Демид устало потер лоб.
— Я не придумываю! Я беременна, — я показываю ему результаты УЗИ. — Мы можем вместе пойти к врачу, и ты убедишься.
— Я никуда с тобой не пойду, — обрывает меня мужчина. — Если тебе нужны деньги, так бы сразу и сказала, — Демид порывисто вытаскивает из сумки портмоне и вынимает всю наличность, что там есть. – Держи, этого должно хватить, – он сует мне пачку денег в руки. А я растерянно смотрю на них. А затем перевожу взгляд на парня.
— На аборт уж точно хватит, — его слова, как пощечина, звенят в ушах. Я так и стою, прижимая к себе деньги, и провожаю взглядом мужчину.
***
Тогда он не поверил в то, что я беременна, сейчас я не скажу ему о сыне. Главное, чтобы он не догадался сам, иначе мне придется бежать.

Она - мать одиночка, знающая себе цену. Он - мастер спорта по каратэ и младше ее на несколько лет. Они познакомились на тренировке ее сына и теперь он решил не только тренировать и ее, но и пригласить на свидание. Только одинокая мама не разделяет его желаний. Что же предпримет горячий горец?
***
- Ты меня... украл? - спросила обреченно.
- Да.
Этим «да» он мне ответил на все мои звучавшие в голове вопросы.
- Что ты хочешь? - я повернула голову в его сторону. - Кто ты? Ты меня с кем-то спутал! - не сдавалась.
- Ни с кем не спутал…
- Послушайте, отпустите меня, я вас не узнаю и не стану заявлять в полицию. Зачем вам нужны проблемы с законом?! - спросила сдавленно.
- Нет!

Что бы Марина ни делала, в её голове звучал приговор врача: у тебя никогда не будет детей... Наверное, поэтому, найдя возле дома плачущего младенца, она не смогла пройти мимо. Но очень скоро выяснилось, что ребёнка кроме нее никто не видит. А дома Марину ждал новый... крылатый сюрприз.

Когда муж погиб, а свекровь отняла квартиру, у Кристины остался лишь один выход - отправиться с новорожденной дочерью на окраину города, в маленький дом, предназначенный под снос. Неожиданно в ее жизнь вмешивается богатый сосед.
Стоит ли принимать помощь незнакомого мужчины? Что он потребует взамен? И как быть с тем, что из штанов у него торчит... длиннющий хвост?!

- Извините, вы отец Вероники Петровой?— останавливаюсь перед мужчиной, нагнав его и переводя дыхание. 
- Да, — он смотрит на меня с недоумением и даже удивлением. - А что случилось?
Решаюсь высказаться, ведь из-за этой новенькой в классе Ромка стал другим каким-то. А он у меня хороший мальчик — на фортепиано и гитаре играет, пишет сам музыку. Отличник круглый опять же. 
- Она плохо влияет на моего сына! 
- А что вы от меня хотите, дамочка? — дерзит её папаша. - У вас ведь пацан, не у меня. А то, что вы воспитываете парня слишком мягко — сугубо ваши проблемы! 
Да как он смеет так говорить о моём сыне? Я его одна воспитывала как могла… учила жить по совести и честно. 
Теперь понятно... в кого доченька пошла. Такая же наглая! А раскрас этот её боевой? Слишком уж рано пользоваться косметикой! 
- Вы ещё и, судя по всему — учительница,— продолжает он небрежно,— так решайте проблему своими педагогическими методами. 
Это что было сейчас? Можно сказать, послал меня, да? 
- Ну и хамло в

Я — Алла, мама троих неугомонных детей и мастер многозадачности: могу одновременно отвечать на вопрос «Почему небо синее?», сводить отчёт и спасать пасхальные куличи.
В этом году моя миссия — идеальный кулич с лавандовым ароматом. Полдня колдовала над тестом… а потом — бац! — гроза, скачок напряжения — и всё пропало.
Что делать? Идти к соседу! Рафаэль — владелец пекарен, итальянец с улыбкой, от которой тают даже круассаны, и единственный, у кого есть рабочая духовка.
— Рафаэль, — говорю я с миской теста в руках и тремя детьми за спиной, — у вас есть исправная розетка и свободная духовка?
Он смотрит на всю эту картину и кивает:
— Духовка есть.
Хотелось бы сказать: «Так началась наша история любви». Но нет — так начался вечер, который должен был стать худшим для соседа. А стал волшебным.

Ради его безумной мечты я бросила Москву, уволилась с работы и переехала с маленьким сыном в глухой рыбацкий поселок на Белом море. Я верила ему десять лет. А он просто собрал чемодан и сбежал к другой — стройной, свободной и успешной. Оставил меня, «уютную домашнюю пышку», замерзать без денег, уверенный, что я приползу к нему на коленях.

Я думала, что не переживу эту зиму. Но суровый Север не прощает слабости, а настоящие мужчины здесь доказывают всё делом, а не словами.
Герман — мрачный местный капитан, от одного взгляда которого стынет кровь. Он привык бороться со штормами, а не нянчиться с брошенными столичными женами. Но именно его широкая спина заслонила нас с сыном от отчаяния, а его жесткие, огрубевшие от работы руки подарили тепло, которого я никогда не знала в браке.
Мой бывший уверен, что моя жизнь кончена. Он просто не знает, за кого я теперь держусь.