Книги по тегу «наглый герой»: ""
— Ты моя, — сказал друг моего брата, и в его голосе была сталь. — Усекла?
— Да, — сказала я тихо.
Он улыбнулся, в его глазах плясах озорной наглый огонёк. Он скользнул рукой по моему бедру, словно бы обозначая свою власть над моим телом. Ухмылка сползла с его губ, глаза потемнели. Он хотел соблазнить меня и попал в свою же ловушку.
— Ты сводишь меня с ума, чокнутая, — сказал он, и его голос был низким, хриплым.
— Я знаю, — сказала я, едва сдерживая усмешку. Посмотрим еще, кто тут чокнутый.
В тот день, когда дикий, наглый друг моего брата переступил порог нашего дома, изменилось всё. Больше я не принадлежала себе, потому что он заявил права на меня. Но так ли это плохо?..
— Да, — сказала я тихо.
Он улыбнулся, в его глазах плясах озорной наглый огонёк. Он скользнул рукой по моему бедру, словно бы обозначая свою власть над моим телом. Ухмылка сползла с его губ, глаза потемнели. Он хотел соблазнить меня и попал в свою же ловушку.
— Ты сводишь меня с ума, чокнутая, — сказал он, и его голос был низким, хриплым.
— Я знаю, — сказала я, едва сдерживая усмешку. Посмотрим еще, кто тут чокнутый.
В тот день, когда дикий, наглый друг моего брата переступил порог нашего дома, изменилось всё. Больше я не принадлежала себе, потому что он заявил права на меня. Но так ли это плохо?..
— Знаешь, — начинаю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, — я подумала, раз уж мы оказались соседями в такой странной ситуации, может, попробуем начать сначала? Просто… быть нормальными соседями. Без враждебности. Я не знаю, что там у тебя в прошлом, но я готова дать нам шанс.
— Нет, — отвечает он коротко.
— Нет? — переспрашиваю, и голос дрожит. — Я просто хочу…
— Я не хочу, — перебивает он, не поворачиваясь. — Просто оставь меня в покое.
Он не любит людей и его единственный друг - питон Кузя.
Она студентка-ветеринар, которая боится змей.
Одна случайность, один дом - и больше их жизни не станут прежними.
История участвует в литмобе «КТО ТЫ?» https://litmarket.ru/selections/kto-ty
— Нет, — отвечает он коротко.
— Нет? — переспрашиваю, и голос дрожит. — Я просто хочу…
— Я не хочу, — перебивает он, не поворачиваясь. — Просто оставь меня в покое.
Он не любит людей и его единственный друг - питон Кузя.
Она студентка-ветеринар, которая боится змей.
Одна случайность, один дом - и больше их жизни не станут прежними.
История участвует в литмобе «КТО ТЫ?» https://litmarket.ru/selections/kto-ty
— Моральные принципы не мешают людям ужинать, — он пожимает плечами. — Это просто еда, Виктория. Просто еда и разговор. Ничего больше.
— Ничего больше? — я горько усмехаюсь. — Вы и ваш отец — одинаковые. Оба считаете, что можете получить всё, что хотите. Оба идёте напролом. Оба не слышите слова «нет».
Улыбка исчезает с его лица. Он мрачнеет. Глаза становятся тёмными.
— Я не мой отец, — говорит он жёстко. — Никогда так не говорите.
— Тогда не ведите себя как он.
— Я не веду. Я не шантажирую вас. Я не угрожаю. Я просто предлагаю поужинать. Это разные вещи.
Он - сын моего бывшего. Я никогда его не видела, пока... не сбила на машине. Теперь наглый мажор считает, что я ему должна...
— Ничего больше? — я горько усмехаюсь. — Вы и ваш отец — одинаковые. Оба считаете, что можете получить всё, что хотите. Оба идёте напролом. Оба не слышите слова «нет».
Улыбка исчезает с его лица. Он мрачнеет. Глаза становятся тёмными.
— Я не мой отец, — говорит он жёстко. — Никогда так не говорите.
— Тогда не ведите себя как он.
— Я не веду. Я не шантажирую вас. Я не угрожаю. Я просто предлагаю поужинать. Это разные вещи.
Он - сын моего бывшего. Я никогда его не видела, пока... не сбила на машине. Теперь наглый мажор считает, что я ему должна...
Кто бы мог подумать, что чтобы излечиться от болезненной любви к жестокому преподавателю и выйти из порочного ада, мне поможет тот, кто раньше мне угрожал. Тот, кого я считала просто наглым спортсменом, оказался единственным, кто увидел во мне не «чокнутую», а ту, ради которой стоит ждать.
— Я не умею быть с кем-то, — шепчу я, глядя в сторону. — Мне не нужны отношения. Даже дружба мне не нужна. Я избегающая.
— А я догоняющая, — ухмыляется Князев. — Так что либо ты бежишь, либо я догоняю. Выбора нет.
— Ты уверен, что тебе это надо?
— К твоему сожалению, я уже всё решил, Снежка.
— Я не умею быть с кем-то, — шепчу я, глядя в сторону. — Мне не нужны отношения. Даже дружба мне не нужна. Я избегающая.
— А я догоняющая, — ухмыляется Князев. — Так что либо ты бежишь, либо я догоняю. Выбора нет.
— Ты уверен, что тебе это надо?
— К твоему сожалению, я уже всё решил, Снежка.
Я догнал её в коридоре: длинном, гулком, пустом. Шагнул раз, другой — быстро, зло, — и она попятилась, пока не упёрлась лопатками в стену. Я вскинул руку, упёрся ладонью в холодную штукатурку рядом с её головой. Отрезал. Загнал в угол.
И это оказалось ошибкой.
Потому что вблизи всё стало только хуже. Я чувствовал её — тепло, запах, чужое частое дыхание. Видел, как бьётся жилка на шее. Как расширились зрачки — не от страха. От того же, от чего у меня стучало в висках.
— Что это было? — процедил я. — Что за спектакль?
— Я вела пару, — она смотрела мне в глаза. — А вы её срывали.
Я был так близко, что видел каждую крапинку в её светлых грозовых глазах. Так близко, что стоило чуть качнуться — и всё. И я ненавидел себя за то, что вместо того чтобы придушить её, не мог оторвать взгляда от её губ.
— Ты меня бесишь, — выдохнул я.
— Это взаимно, — так же тихо ответила она.
Мы стояли — секунду, две, вечность. Её грудь поднималась и опадала. Между нами дрожал воздух, горячий, наэлектризо
И это оказалось ошибкой.
Потому что вблизи всё стало только хуже. Я чувствовал её — тепло, запах, чужое частое дыхание. Видел, как бьётся жилка на шее. Как расширились зрачки — не от страха. От того же, от чего у меня стучало в висках.
— Что это было? — процедил я. — Что за спектакль?
— Я вела пару, — она смотрела мне в глаза. — А вы её срывали.
Я был так близко, что видел каждую крапинку в её светлых грозовых глазах. Так близко, что стоило чуть качнуться — и всё. И я ненавидел себя за то, что вместо того чтобы придушить её, не мог оторвать взгляда от её губ.
— Ты меня бесишь, — выдохнул я.
— Это взаимно, — так же тихо ответила она.
Мы стояли — секунду, две, вечность. Её грудь поднималась и опадала. Между нами дрожал воздух, горячий, наэлектризо
Я думала, что победа принесет мне облегчение, но она принесла тишину.
И в этой тишине я нашла не только себя, но и настоящее счастье.
Судьба дала мне второй шанс, и я наконец позволила себе жить — свободно, смело и без оглядки на прошлое.
👉 Это Литсериал!!
В книге вас ждет:
🔥неунывающая умница героиня!
🔥властный герой великий гроссмейстер с кризисом среднего возраста
🔥взрослая дочь и лапочка внучок
🔥нелегкий выбор
🔥предательство близких людей
🔥ХЭ для героини, потому что она умница и заслужила) Остальным как повезет!
И в этой тишине я нашла не только себя, но и настоящее счастье.
Судьба дала мне второй шанс, и я наконец позволила себе жить — свободно, смело и без оглядки на прошлое.
👉 Это Литсериал!!
В книге вас ждет:
🔥неунывающая умница героиня!
🔥властный герой великий гроссмейстер с кризисом среднего возраста
🔥взрослая дочь и лапочка внучок
🔥нелегкий выбор
🔥предательство близких людей
🔥ХЭ для героини, потому что она умница и заслужила) Остальным как повезет!
Я приехала в городок у моря, чтобы начать всё с чистого листа. В наследство от бабушки мне достался старый ресторан. Но я не умею готовить, не знаю, как управлять заведением, и понятия не имею, с чего начать. Но знаю одно: сдаваться нельзя.
Он – моряк с наглой улыбкой, котом по имени Усатик и привычкой появляться там, где его не ждали. Антон врывается в мою жизнь, как шторм: бесцеремонно, шумно и совершенно неотразимо.
– Тут, оказывается, завелась русалка.
– Я не русалка. Я Алла. И этот ресторан – мой.
И чем дальше, тем яснее: этот портовый городок хранит не только бабушкины рецепты, но и чьё-то очень наглое, тёплое сердце.
– Рецепт за объятие. Равноценный обмен.
Он – моряк с наглой улыбкой, котом по имени Усатик и привычкой появляться там, где его не ждали. Антон врывается в мою жизнь, как шторм: бесцеремонно, шумно и совершенно неотразимо.
– Тут, оказывается, завелась русалка.
– Я не русалка. Я Алла. И этот ресторан – мой.
И чем дальше, тем яснее: этот портовый городок хранит не только бабушкины рецепты, но и чьё-то очень наглое, тёплое сердце.
– Рецепт за объятие. Равноценный обмен.
Мой план на день был прост: сдать зачет, доставить два веганских бургера и не помереть от жары. Я блестяще провалилась по всем пунктам, когда мой многострадальный самокат встретился с бампером «Гелендвагена», а я — с его владельцем.
Ходячая реклама элитного парфюма с челюстью, о которую можно порезаться, и высокомерием размером с его папочкин банковский счет. Один короткий диалог, и вот я уже не просто безработная студентка, а «камикадзе из трущоб».
Отлично, вношу в резюме.
Вот только я никак не ожидала, что уже на следующий день мне придётся жить с этим хамом под одной крышей...
Ходячая реклама элитного парфюма с челюстью, о которую можно порезаться, и высокомерием размером с его папочкин банковский счет. Один короткий диалог, и вот я уже не просто безработная студентка, а «камикадзе из трущоб».
Отлично, вношу в резюме.
Вот только я никак не ожидала, что уже на следующий день мне придётся жить с этим хамом под одной крышей...
- Ты ненавидишь меня? - пристально смотрю в глаза той, кто пробралась туда, где остальным доступ был запрещен.
- Я? Нет, - Рита улыбается, но глаза остаются холодными, - я в тебе разочарована, а это гораздо хуже, - малышка озвучивает мой приговор, и уходит.
Она думает, что на этом наша история закончена, но нет, я же Ратмир Носибов, я добьюсь ее, снова.
- Я? Нет, - Рита улыбается, но глаза остаются холодными, - я в тебе разочарована, а это гораздо хуже, - малышка озвучивает мой приговор, и уходит.
Она думает, что на этом наша история закончена, но нет, я же Ратмир Носибов, я добьюсь ее, снова.
Губы горели, во рту неимоверно жгло, дыхание перехватило, и на глазах накатились слёзы.
- Что это? — отдышавшись, прошептала я.
- Не знаю, — пожал он плечами. – Это рецепт отца. Иногда это работает, как деньги. Ну, бывает нужен трактор там....
- Знаю. Я здесь бо́льшую часть жизни прожила.
- Ааа, просто я думал, что ты напрочь забыла, что такое жить в деревне, — засмеялся он.
- А ты я смотрю, прям в поле на коне родился. Ты сам то в городе родился и жил.
- Я не вспоминаю ту жизнь, и ты, пожалуйста, смени тему,— строго попросил он.
- А что это? Правда, глаза колет...— не унималась я.
Серго резко повернулся ко мне и с жадностью поцеловал меня в губы.
- Ты чего рехнулся, мальчик,— я с силой отпихнула его от себя.
- Я не хотел говорить про жизнь в городе, а ты не унималась. Должен же я был как-нибудь тебя заткнуть. Ничего другого мне в голову не пришло,—ответил он.
- Козёл! — выпалила я со злостью.
- Ещё будем целоваться? — не обращая внимания, на мои слова спросил Серго.
- Что это? — отдышавшись, прошептала я.
- Не знаю, — пожал он плечами. – Это рецепт отца. Иногда это работает, как деньги. Ну, бывает нужен трактор там....
- Знаю. Я здесь бо́льшую часть жизни прожила.
- Ааа, просто я думал, что ты напрочь забыла, что такое жить в деревне, — засмеялся он.
- А ты я смотрю, прям в поле на коне родился. Ты сам то в городе родился и жил.
- Я не вспоминаю ту жизнь, и ты, пожалуйста, смени тему,— строго попросил он.
- А что это? Правда, глаза колет...— не унималась я.
Серго резко повернулся ко мне и с жадностью поцеловал меня в губы.
- Ты чего рехнулся, мальчик,— я с силой отпихнула его от себя.
- Я не хотел говорить про жизнь в городе, а ты не унималась. Должен же я был как-нибудь тебя заткнуть. Ничего другого мне в голову не пришло,—ответил он.
- Козёл! — выпалила я со злостью.
- Ещё будем целоваться? — не обращая внимания, на мои слова спросил Серго.
Выберите полку для книги