Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
Король велел мне придумать способ унизить пленного эльфийского принца, потому что его народ нарушил мирное соглашение и напал на нашу страну. И я решила сделать принца врагов своим слугой.
И вот так он оказался в моих покоях. Связанный, но не сломленный.
Эльфийский принц не верит, что я желаю ему добра, и его зеленые глаза горят ненавистью. В любой момент он может переступить закон чести и воспользоваться моим доверием. Как же он поступит и почему ему так нравится мой кинжал?
И вот так он оказался в моих покоях. Связанный, но не сломленный.
Эльфийский принц не верит, что я желаю ему добра, и его зеленые глаза горят ненавистью. В любой момент он может переступить закон чести и воспользоваться моим доверием. Как же он поступит и почему ему так нравится мой кинжал?
Я привык побеждать на дорожке, где правила просты: есть цель и есть противник. Но в игре с Софой правил не существует.
Свадьба отца Ярослава должна была стать очередным вечером, когда мы будем обмениваться колкостями и делать вид, что не замечаем друг друга. Но потом появилась она. В этом платье, которое облегало её так, словно было второй кожей. Она уверяла себя, что нарядилась не для меня, но я видел этот вызов в её глазах.
— Решила, что мы в Большом театре, Соф? — Процедил я у бара, чувствуя, как внутри всё закипает от её невыносимой красоты.
— А ты, я смотрю, решил, что твое раздутое эго поместится в этот зал? — Парировала она, даже не глядя в мою сторону.
Между нами искрило так, что могли загореться скатерти. Нас тянуло друг к другу вопреки логике, вопреки той ненависти, которую мы бережно выращивали годами.
Свадьба отца Ярослава должна была стать очередным вечером, когда мы будем обмениваться колкостями и делать вид, что не замечаем друг друга. Но потом появилась она. В этом платье, которое облегало её так, словно было второй кожей. Она уверяла себя, что нарядилась не для меня, но я видел этот вызов в её глазах.
— Решила, что мы в Большом театре, Соф? — Процедил я у бара, чувствуя, как внутри всё закипает от её невыносимой красоты.
— А ты, я смотрю, решил, что твое раздутое эго поместится в этот зал? — Парировала она, даже не глядя в мою сторону.
Между нами искрило так, что могли загореться скатерти. Нас тянуло друг к другу вопреки логике, вопреки той ненависти, которую мы бережно выращивали годами.
Я поворачиваюсь к партнеру, и слова вылетают сами:
– Пари. Она такая же, как все. Дай мне пару месяцев. На… разоблачение. Чтобы она сама показала, что её «порядочность» стоит не больше, чем у секретарши.
– И что будет ставкой?
– Твоя ложа в Большом на весь сезон против моего «Гелендвагена» в гараже.
*******
Раскрутить новенькую сотрудницу до постели – что может быть проще для самодовольного властного босса? Узнав об этом, я решила дать бой. Я объявила свою войну. Моим оружием стал флирт, моей тактикой – холодный расчёт, а моей целью – заставить этого надменного гордеца влюбиться и опуститься на колено с предложением руки и сердца. Я почти выиграла. Но судьба распорядилась иначе…
– Пари. Она такая же, как все. Дай мне пару месяцев. На… разоблачение. Чтобы она сама показала, что её «порядочность» стоит не больше, чем у секретарши.
– И что будет ставкой?
– Твоя ложа в Большом на весь сезон против моего «Гелендвагена» в гараже.
*******
Раскрутить новенькую сотрудницу до постели – что может быть проще для самодовольного властного босса? Узнав об этом, я решила дать бой. Я объявила свою войну. Моим оружием стал флирт, моей тактикой – холодный расчёт, а моей целью – заставить этого надменного гордеца влюбиться и опуститься на колено с предложением руки и сердца. Я почти выиграла. Но судьба распорядилась иначе…
После нападения на обоз, индейцы похищают молодую белую девушку по имени Руна. Чужестранка попадает пленницей в поселение, не зная языка, правил и традиций.
Избежав гибели, она становится служанкой сына вождя и вынуждена подстраиваться под его своенравный характер. Молодой индеец презирает таких, как она.
Выживая на одной территории с воином, и мечтая о побеге, Руна постепенно узнает, что за ненавистью часто прячется страсть. И эта страсть не человеческая. Есть сила куда древнее и глубже. Она способна пробудить зверя.
Избежав гибели, она становится служанкой сына вождя и вынуждена подстраиваться под его своенравный характер. Молодой индеец презирает таких, как она.
Выживая на одной территории с воином, и мечтая о побеге, Руна постепенно узнает, что за ненавистью часто прячется страсть. И эта страсть не человеческая. Есть сила куда древнее и глубже. Она способна пробудить зверя.
Я спас её… но ценой её свободы.
Виктория должна была выйти замуж за жестокого человека, и этот брак стал бы для неё настоящим адом.
Я заплатил цену, которую никто другой не осмелился бы заплатить.
Но спасение оказалось ловушкой.
Теперь она моя жена.
По закону. По договору. Против её воли.
Она смотрит на меня с ненавистью, мечтает сбежать и скорее готова выстрелить в меня, чем назвать меня мужем.
А я… я не собираюсь её отпускать.
Пусть она считает меня жестоким человеком или палачом.
Пусть стреляет.
Она не знает одного —
я украл её у судьбы, чтобы спасти… даже если за это она будет меня ненавидеть вечно.
Но что сильнее — её ненависть…
или моя любовь…
Виктория должна была выйти замуж за жестокого человека, и этот брак стал бы для неё настоящим адом.
Я заплатил цену, которую никто другой не осмелился бы заплатить.
Но спасение оказалось ловушкой.
Теперь она моя жена.
По закону. По договору. Против её воли.
Она смотрит на меня с ненавистью, мечтает сбежать и скорее готова выстрелить в меня, чем назвать меня мужем.
А я… я не собираюсь её отпускать.
Пусть она считает меня жестоким человеком или палачом.
Пусть стреляет.
Она не знает одного —
я украл её у судьбы, чтобы спасти… даже если за это она будет меня ненавидеть вечно.
Но что сильнее — её ненависть…
или моя любовь…
Матвей – золотой мальчик, привыкший прожигать жизнь и состояние отца. Когда терпение родителя лопается, он ставит жесткий ультиматум: либо Матвей доказывает, что способен на серьезные отношения, либо лишается всего. В качестве насмешки отец указывает на скромную девушку за соседним столиком: «Хоть на ней женись, если сможешь».
Самоуверенный Матвей бросается выполнять задание, даже не подозревая, что эта девушка – Алиса – уже знает его. И ненавидит всей душой. Несколько лет назад он разрушил ее жизнь, даже не запомнив этого. Теперь каждая его попытка приблизиться натыкается на стену презрения и боли.
Но Матвей не привык проигрывать. Он начинает осаду, не понимая, что ставки в этой игре давно изменились. Что, если ради победы ему придется стать другим? Что, если настоящие чувства ворвутся туда, где был лишь холодный расчет? И что произойдет, когда правда о том, с чего все началось, выйдет наружу?
История о том, как циничный спор может обернуться настоящей любовью — или уничтожить вс
Самоуверенный Матвей бросается выполнять задание, даже не подозревая, что эта девушка – Алиса – уже знает его. И ненавидит всей душой. Несколько лет назад он разрушил ее жизнь, даже не запомнив этого. Теперь каждая его попытка приблизиться натыкается на стену презрения и боли.
Но Матвей не привык проигрывать. Он начинает осаду, не понимая, что ставки в этой игре давно изменились. Что, если ради победы ему придется стать другим? Что, если настоящие чувства ворвутся туда, где был лишь холодный расчет? И что произойдет, когда правда о том, с чего все началось, выйдет наружу?
История о том, как циничный спор может обернуться настоящей любовью — или уничтожить вс
Он — накосячивший опер, которого в качестве наказания приставили охранять генеральскую дочку.
Она — избалованная мажорка, яростно защищающая свою независимость и личную жизнь.
Они возненавидели друг друга с первого взгляда, но им придется терпеть общество друг друга круглые сутки, скрываясь от опасности и… собственного растущего интереса.
Готовы ли они к этому? Нет. Но выбора у них тоже нет, ведь на кону не только ее жизнь, но и его свобода.
Она — избалованная мажорка, яростно защищающая свою независимость и личную жизнь.
Они возненавидели друг друга с первого взгляда, но им придется терпеть общество друг друга круглые сутки, скрываясь от опасности и… собственного растущего интереса.
Готовы ли они к этому? Нет. Но выбора у них тоже нет, ведь на кону не только ее жизнь, но и его свобода.
Авария. Амнезия. Ложь.
Аделина Лукина просыпается в роскошном особняке в объятиях мужчины, который называет себя её мужем. Она не помнит ни его, ни себя, ни того, что он — враг её семьи, организовавший эту аварию.
Влас Добрынин создал для неё новую жизнь. Но воспоминания возвращаются — осколками, вспышками, кошмарами.
Кто она на самом деле? И сможет ли она выжить, когда правда станет слишком опасной?
Тёмная история любви, где каждый шаг — риск, каждое чувство — обман, а единственный выбор — между местью и любовью.
Аделина Лукина просыпается в роскошном особняке в объятиях мужчины, который называет себя её мужем. Она не помнит ни его, ни себя, ни того, что он — враг её семьи, организовавший эту аварию.
Влас Добрынин создал для неё новую жизнь. Но воспоминания возвращаются — осколками, вспышками, кошмарами.
Кто она на самом деле? И сможет ли она выжить, когда правда станет слишком опасной?
Тёмная история любви, где каждый шаг — риск, каждое чувство — обман, а единственный выбор — между местью и любовью.
– Ты станешь моей женой. С сегодняшнего дня, – брат мужа наклоняется так близко, что я вижу золотые искры в его темных глазах. – Ты дышишь, когда я разрешу. Ешь то, что я дам. Спишь там, где скажу.
Моя свадьба заканчивается похоронами, а моя белоснежная фата превращается в платок вдовы.
По древним обычаям гор – если жених погибает, его невеста переходит к старшему брату. Но я не хотела быть женой Хана.
Я стала его пленницей, врагом и... проклятием.
Его пальцы ощутимо сжимают мое лицо, и я морщусь от этой боли.
– Ты больше не Ахмедова. Отныне твое имя – Айла Исаева. Моя жена. Моя собственность. Мой позор и моя честь.
Данная история полностью авторский вымысел с использованием архаичной формы брака, свойственной многим народам на стадии патриархально-родового строя.
Моя свадьба заканчивается похоронами, а моя белоснежная фата превращается в платок вдовы.
По древним обычаям гор – если жених погибает, его невеста переходит к старшему брату. Но я не хотела быть женой Хана.
Я стала его пленницей, врагом и... проклятием.
Его пальцы ощутимо сжимают мое лицо, и я морщусь от этой боли.
– Ты больше не Ахмедова. Отныне твое имя – Айла Исаева. Моя жена. Моя собственность. Мой позор и моя честь.
Данная история полностью авторский вымысел с использованием архаичной формы брака, свойственной многим народам на стадии патриархально-родового строя.
📚📚📚
Он привык брать своё, а она не из тех, кто сдаётся.
Если сердце — трофей, а любовь — война, выбор случится раньше, чем разум успеет запретить.
Он привык брать своё, а она не из тех, кто сдаётся.
Если сердце — трофей, а любовь — война, выбор случится раньше, чем разум успеет запретить.
Выберите полку для книги