Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
Я — Макс Соколов, вице-сержант академии. Мой уставной мир рухнул, когда из Москвы к нам перевели Диану Ли. Дерзкая бунтарка с внешностью модели и характером-цунами. Парней к ней тянет как магнитом.
Градус безумия взлетает до предела на совместной практике, когда прямо в кабинете майора Диана выдает в лоб: «А как вы относитесь к сексу без романа? Чисто для снятия стресса? Про это в уставе ничего не написано».
Этой же ночью в общежитии наши тормоза срываются окончательно. Она вела себя как опытная хищница, доводя меня до точки кипения. Но утром на простыне я вижу багровое пятно невинности.
— Скажи, что это не то, о чем я думаю! — ошарашенно шепчу я.
— Я сама этого хотела, Соколов, — отрезает она. — Стресс сняли? Сняли.
Она прячет свою чистоту и разбитое сердце за маской цинизма, а я превращаюсь в дикого собственника. Нас ждет реальная опасность, пуля в плечо и отчаянное признание под вой сирен. Но как доказать этой невыносимой девчонке, что она — моя главная ответственность!
Градус безумия взлетает до предела на совместной практике, когда прямо в кабинете майора Диана выдает в лоб: «А как вы относитесь к сексу без романа? Чисто для снятия стресса? Про это в уставе ничего не написано».
Этой же ночью в общежитии наши тормоза срываются окончательно. Она вела себя как опытная хищница, доводя меня до точки кипения. Но утром на простыне я вижу багровое пятно невинности.
— Скажи, что это не то, о чем я думаю! — ошарашенно шепчу я.
— Я сама этого хотела, Соколов, — отрезает она. — Стресс сняли? Сняли.
Она прячет свою чистоту и разбитое сердце за маской цинизма, а я превращаюсь в дикого собственника. Нас ждет реальная опасность, пуля в плечо и отчаянное признание под вой сирен. Но как доказать этой невыносимой девчонке, что она — моя главная ответственность!
Она пришла к нему с козырем. Он оставил её в клетке. Но кто из них настоящий хищник?
Влад Морозов два года ищет ответ на вопрос: кто убил его невесту. Инга Соколова — единственная, кто знает правду. Или делает вид, что знает.
Она предлагает сделку: документы на его врага в обмен на свободу её семьи. Он соглашается — но с одним условием: она останется в его доме. Под его присмотром. В его власти.
Теперь Инга — пешка в игре, где правила устанавливает он. Но чем дольше они находятся рядом, тем тоньше становится грань между ненавистью и желанием. Влад начинает сомневаться: кто она — спасительница или лгунья? А Инга понимает: главная опасность — не его гнев, а то, что она больше не хочет бежать.
Сделка заключена. Правила просты: не доверяй. Не поддавайся. Не влюбляйся. Но кто будет им следовать?
Влад Морозов два года ищет ответ на вопрос: кто убил его невесту. Инга Соколова — единственная, кто знает правду. Или делает вид, что знает.
Она предлагает сделку: документы на его врага в обмен на свободу её семьи. Он соглашается — но с одним условием: она останется в его доме. Под его присмотром. В его власти.
Теперь Инга — пешка в игре, где правила устанавливает он. Но чем дольше они находятся рядом, тем тоньше становится грань между ненавистью и желанием. Влад начинает сомневаться: кто она — спасительница или лгунья? А Инга понимает: главная опасность — не его гнев, а то, что она больше не хочет бежать.
Сделка заключена. Правила просты: не доверяй. Не поддавайся. Не влюбляйся. Но кто будет им следовать?
В 2026 году мы можем быть на связи с человеком двадцать четыре часа в сутки — и всё равно чувствовать себя совершенно одинокими.
Мэйси Беннет привыкла жить на высокой скорости: Нью-Йорк, бесконечная работа, сообщения, социальные сети и отношения, которые заканчиваются раньше, чем успевают стать настоящими. Она умеет улыбаться, когда внутри всё рушится, и говорить «я в порядке», когда отчаянно хочется, чтобы кто-нибудь просто заметил правду.
Итан Ривз живёт в Лос-Анджелесе. Он кажется спокойным и уверенным, но за этой внешностью скрывается человек, который боится близости не меньше, чем Мэйси боится быть брошенной.
Они знакомятся в приложении для знакомств — случайное сообщение, ночные разговоры и километры между ними постепенно превращаются в нечто гораздо большее.
Но когда виртуальная близость становится настоящей, выясняется, что любить человека недостаточно.
Мэйси Беннет привыкла жить на высокой скорости: Нью-Йорк, бесконечная работа, сообщения, социальные сети и отношения, которые заканчиваются раньше, чем успевают стать настоящими. Она умеет улыбаться, когда внутри всё рушится, и говорить «я в порядке», когда отчаянно хочется, чтобы кто-нибудь просто заметил правду.
Итан Ривз живёт в Лос-Анджелесе. Он кажется спокойным и уверенным, но за этой внешностью скрывается человек, который боится близости не меньше, чем Мэйси боится быть брошенной.
Они знакомятся в приложении для знакомств — случайное сообщение, ночные разговоры и километры между ними постепенно превращаются в нечто гораздо большее.
Но когда виртуальная близость становится настоящей, выясняется, что любить человека недостаточно.
Мир даётся кровью. Или великим обманом.
Чтобы спасти свой народ, стареющий ярл идёт на безумный обман. Вместо своей тяжелобольной дочери он отправляет к суровому конунгу Железному Волку сироту погибшего дружинника.
Астрид внешне — точная копия княжны: те же золотые волосы и изумрудные глаза. Но под дорогими шёлками скрываются стальные мускулы охотницы, а её острый язык способен ранить больнее меча.
Бьёрн ждал покорную, слабую куклу, но в его брачные покои вошла дикая кошка, готовая бороться за выживание. Наедине с мужем Астрид сбрасывает маску:
— Если ты прикажешь мне лежать как бревно, то я повинуюсь, — шепчет она с дерзкой насмешкой. — Но если нет… если тебе нужна настоящая женщина, я готова давать наслаждение тебе. Выбирай.
— Боги свидетели, не смей затихать, — рычит Бьёрн, сжимая её в руках. — Будь кем угодно, только не молчи.
В эту ночь Железный Волк признал в ней свою Альфа-волчицу, и ему стало плевать на её происхождение.
Чтобы спасти свой народ, стареющий ярл идёт на безумный обман. Вместо своей тяжелобольной дочери он отправляет к суровому конунгу Железному Волку сироту погибшего дружинника.
Астрид внешне — точная копия княжны: те же золотые волосы и изумрудные глаза. Но под дорогими шёлками скрываются стальные мускулы охотницы, а её острый язык способен ранить больнее меча.
Бьёрн ждал покорную, слабую куклу, но в его брачные покои вошла дикая кошка, готовая бороться за выживание. Наедине с мужем Астрид сбрасывает маску:
— Если ты прикажешь мне лежать как бревно, то я повинуюсь, — шепчет она с дерзкой насмешкой. — Но если нет… если тебе нужна настоящая женщина, я готова давать наслаждение тебе. Выбирай.
— Боги свидетели, не смей затихать, — рычит Бьёрн, сжимая её в руках. — Будь кем угодно, только не молчи.
В эту ночь Железный Волк признал в ней свою Альфа-волчицу, и ему стало плевать на её происхождение.
- Моя задача - создать интерьер под пожелания клиента, - сказала она, и, к её ужасу, голос слегка дрогнул. - Ваши личные планы - не моя компетенция. Я работаю с пространством, а не с судьбами.
- Пространство и определяет судьбу, - внимательно наблюдая за Вероникой, возразил он. - Или ты не веришь в силу места? В то, что дом может лечить?
Он встал, подошёл к окну, глядя на залитый солнцем двор.
- Я хочу начать всё сначала, Вероника, Вера. И начать хочу с этого дома. С чистого листа.
Он обернулся. Его глаза, такие знакомые и такие чужие, смотрели на неё предельно внимательно, с пугающей серьёзностью.
- Ты лучшая в своём деле. Я это видел. Я это знаю. Ты поможешь мне это сделать?
Это был не вопрос клиента, это было хитроумное наслоение вызова и признания, гремучая смесь прошлого и настоящего.
- Пространство и определяет судьбу, - внимательно наблюдая за Вероникой, возразил он. - Или ты не веришь в силу места? В то, что дом может лечить?
Он встал, подошёл к окну, глядя на залитый солнцем двор.
- Я хочу начать всё сначала, Вероника, Вера. И начать хочу с этого дома. С чистого листа.
Он обернулся. Его глаза, такие знакомые и такие чужие, смотрели на неё предельно внимательно, с пугающей серьёзностью.
- Ты лучшая в своём деле. Я это видел. Я это знаю. Ты поможешь мне это сделать?
Это был не вопрос клиента, это было хитроумное наслоение вызова и признания, гремучая смесь прошлого и настоящего.
— Я? Копать? Да я лучше умру, чем испорчу маникюр!
— Не умрёшь, — хмыкнул он, опираясь на лопату. — Максимум взвоешь. Но мне понравится.
Егор. Местный. Наглый. С руками, от которых у меня подкашиваются ноги. Он смотрит так, будто знает, что я не протяну здесь и недели. А я докажу, что протяну. И не только…
Вот только когда местный ухажёр Санёк перешёл все границы, я ляпнула, что Егор — мой парень. Теперь нам придётся притворяться. Держаться за руки, обниматься, целоваться на глазах у всей деревни… И делать вид, что между нами ничего не происходит.
Вот только его руки слишком тёплые, взгляд слишком тёмный, а деревенская дискотека — слишком опасное место для моего сердца.
— Не умрёшь, — хмыкнул он, опираясь на лопату. — Максимум взвоешь. Но мне понравится.
Егор. Местный. Наглый. С руками, от которых у меня подкашиваются ноги. Он смотрит так, будто знает, что я не протяну здесь и недели. А я докажу, что протяну. И не только…
Вот только когда местный ухажёр Санёк перешёл все границы, я ляпнула, что Егор — мой парень. Теперь нам придётся притворяться. Держаться за руки, обниматься, целоваться на глазах у всей деревни… И делать вид, что между нами ничего не происходит.
Вот только его руки слишком тёплые, взгляд слишком тёмный, а деревенская дискотека — слишком опасное место для моего сердца.
Лиза Волкова забыла выключить микрофон. Одна минута — и её ехидный комментарий про пассажира в леопарде услышал весь аэропорт. Видео взорвало интернет, а начальнику службы безопасности Денису Шарову пришлось лично контролировать каждый её выход в эфир.
Он — порядок, инструкции и чёрный кофе без сахара. Она — хаос, черничный латте и шутки не по регламенту.
— Волкова, в тексте нет ни одного одобренного предложения.
— Денис Игоревич, зато есть душа. Пассажирам нравится.
— Мне не нравится.
— Вы вообще не целевая аудитория.
Вынужденное соседство в тесной рубке. Ссоры в прямом эфире. Ночные смены, когда маски начинают спадать. И чувство, которое нарушает все инструкции — включая его собственные.
Он — порядок, инструкции и чёрный кофе без сахара. Она — хаос, черничный латте и шутки не по регламенту.
— Волкова, в тексте нет ни одного одобренного предложения.
— Денис Игоревич, зато есть душа. Пассажирам нравится.
— Мне не нравится.
— Вы вообще не целевая аудитория.
Вынужденное соседство в тесной рубке. Ссоры в прямом эфире. Ночные смены, когда маски начинают спадать. И чувство, которое нарушает все инструкции — включая его собственные.
Мой город сожгли за одну ночь. Я видела, как умирали родители, как мой мир рушился под когтями стаи. Меня укусил оборотень. Я должна была умереть. Но я выжила.
Теперь во мне течет две крови: магия и зверь. Я стала гибридом — сильнее магов, опаснее оборотней. И я начала охоту. Одного за другим я находила убийц. Пока не встретила его.
Теперь во мне течет две крови: магия и зверь. Я стала гибридом — сильнее магов, опаснее оборотней. И я начала охоту. Одного за другим я находила убийц. Пока не встретила его.
Её выкрали из собственного дома и подарили ему. Враги отца отдали её на растерзание монстру. Человеку, которого она уже видела один раз в своей жизни, человеку, которому она когда-то помогла сбежать. В нём кипит ненависть. Он хочет мести, а она лишь разменная монета. Но даже самый жестокий хищник способен полюбить…
***
— Я ненавижу тебя!
— Замолчи. Иначе…
— Что? Что может быть хуже, чем дышать с тобой одним воздухом?
— Смерть, Лена. Смерть. Ты либо смиришься, либо умрёшь.
***
— Я ненавижу тебя!
— Замолчи. Иначе…
— Что? Что может быть хуже, чем дышать с тобой одним воздухом?
— Смерть, Лена. Смерть. Ты либо смиришься, либо умрёшь.
Налетчики горного эльфа Вейрана пленяют Миру-чаевницу и вручают её в качестве «подарка». Он — альфа и разбойник, а она — его неунывающая рабыня логова.
18+. Очень горячо, очень откровенно, от ненависти до любви.
18+. Очень горячо, очень откровенно, от ненависти до любви.
Выберите полку для книги