Книги по тегу «очень горячо и откровенно»: ""
– Вы… бессердечные дикари! – закричала я, вырываясь. – Я не стану вашей!
- О нет, ты уже наша, - орк провел по моей щеке грубым пальцем, и я отшатнулась, но была поймана другим.
- Не сопротивляйся, принцесса, - вызывающе порекомендовал второй захватчик, прикусывая ухо удлинёнными клыками. – Мы в любом случае покажем тебе, что значит – принадлежать нам полностью. Что значит – стать игрушкой орков.
Арнх-Дарах завоевал моё королевство. Сбегая от захватчиков, я оказалась в их ловушке. Меня намерены сделать игрушкой всего племени, но я приглянулась двум воинам. В обмен на покорность они готовы защитить меня от остальных. Вот только сдержат ли они слово, когда на меня обращено столько жадных взглядов?
- О нет, ты уже наша, - орк провел по моей щеке грубым пальцем, и я отшатнулась, но была поймана другим.
- Не сопротивляйся, принцесса, - вызывающе порекомендовал второй захватчик, прикусывая ухо удлинёнными клыками. – Мы в любом случае покажем тебе, что значит – принадлежать нам полностью. Что значит – стать игрушкой орков.
Арнх-Дарах завоевал моё королевство. Сбегая от захватчиков, я оказалась в их ловушке. Меня намерены сделать игрушкой всего племени, но я приглянулась двум воинам. В обмен на покорность они готовы защитить меня от остальных. Вот только сдержат ли они слово, когда на меня обращено столько жадных взглядов?
– Я, наверное, пойду.
Острое чувство опасно вспыхнувшего желания прокатилось мурашками по телу, которое помнило бесстыдные прикосновения той ночи. Оставаться с ним наедине становилось всё безумнее.
– Никуда ты не пойдёшь, – сказал врач твёрдо. – Ты же пришла на консультацию, и ты её получишь. Будь уверена, эти пальцы знают своё дело.
Гинеколог поднял руки и играючи пошевелил пальцами.
– Я не знала, что ты гинеколог.
– Конечно, ведь нам было не до разговоров.
Ладонь мужчины властно легла на подбородок, бесцеремонно заставляя меня взглянуть в его тёмные глаза.
– Как хорошо, что мы встретились снова и сейчас у нас есть время поболтать. Не правда ли?
Я решилась на приём к гинекологу-мужчине, но осмотр пошёл совсем не по плану. Ведь врачом оказался мужчина, которого полгода назад я оставила одного после жаркой ночи. Что же он теперь собирается предпринять?
Острое чувство опасно вспыхнувшего желания прокатилось мурашками по телу, которое помнило бесстыдные прикосновения той ночи. Оставаться с ним наедине становилось всё безумнее.
– Никуда ты не пойдёшь, – сказал врач твёрдо. – Ты же пришла на консультацию, и ты её получишь. Будь уверена, эти пальцы знают своё дело.
Гинеколог поднял руки и играючи пошевелил пальцами.
– Я не знала, что ты гинеколог.
– Конечно, ведь нам было не до разговоров.
Ладонь мужчины властно легла на подбородок, бесцеремонно заставляя меня взглянуть в его тёмные глаза.
– Как хорошо, что мы встретились снова и сейчас у нас есть время поболтать. Не правда ли?
Я решилась на приём к гинекологу-мужчине, но осмотр пошёл совсем не по плану. Ведь врачом оказался мужчина, которого полгода назад я оставила одного после жаркой ночи. Что же он теперь собирается предпринять?
🔥Жаркий комикс 🔥 Я думала, что хуже пересдачи матана ничего не бывает.
А потом меня начали убивать на подземном паркинге.
Один миг. И вместо обычной жизни я оказалась между двумя мужчинами, которых никогда раньше не видела. Кирилл - огромный, молчаливый, со стальными глазами и шрамами по всему телу. Антон - тёплый, опасно точный, с руками, от которых мурашки бегут по коже даже от лёгкого касания.
Они говорят, что мой брат перед смертью отдал им один приказ: забрать меня. Обоим.
Сделать своей. Их. Нашей.
Теперь я в их квартире, в их футболке, и каждое их дыхание рядом заставляет меня дрожать. Не от страха. От чего-то гораздо более запретного и горячего.
Они защищают меня.
Они хотят меня.
И чем сильнее я пытаюсь сопротивляться, тем сильнее чувствую, что я уже не хочу убегать.
Моя. Их. Наша.
Только теперь я сама решаю, чья именно.
🔥 Тёмный, жаркий, очень взрослый роман
А потом меня начали убивать на подземном паркинге.
Один миг. И вместо обычной жизни я оказалась между двумя мужчинами, которых никогда раньше не видела. Кирилл - огромный, молчаливый, со стальными глазами и шрамами по всему телу. Антон - тёплый, опасно точный, с руками, от которых мурашки бегут по коже даже от лёгкого касания.
Они говорят, что мой брат перед смертью отдал им один приказ: забрать меня. Обоим.
Сделать своей. Их. Нашей.
Теперь я в их квартире, в их футболке, и каждое их дыхание рядом заставляет меня дрожать. Не от страха. От чего-то гораздо более запретного и горячего.
Они защищают меня.
Они хотят меня.
И чем сильнее я пытаюсь сопротивляться, тем сильнее чувствую, что я уже не хочу убегать.
Моя. Их. Наша.
Только теперь я сама решаю, чья именно.
🔥 Тёмный, жаркий, очень взрослый роман
– Неудовлетворительно. Приходите на пересдачу через две недели.
За две недели выучить весь курс физики? Это казалось невозможным. Но и отчисление – тоже не вариант. В голове созрел отчаянный план.
– Я понимаю, что не готова к пересдаче. Но… может быть, мы найдём другой способ?
Преподаватель приподнял бровь, явно заинтригованный, медленно откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.
– Другой способ, Семёнова?
– Я… я могу предложить вам себя.
Мирон Владимирович встал из-за стола и обошёл его, создавая между нами опасную близость и заставляя невольно попятиться. Шажок, ещё один… Я упёрлась бёдрами в край парты и испуганно замерла.
– Предлагаешь себя в качестве оплаты? Ты до конца понимаешь, на что намекаешь?
– Понимаю. Я готова на всё.
– «На всё» – это очень широкое понятие, – усмехнулся мужчина. – Давай проверим, как далеко ты готова зайти…
За две недели выучить весь курс физики? Это казалось невозможным. Но и отчисление – тоже не вариант. В голове созрел отчаянный план.
– Я понимаю, что не готова к пересдаче. Но… может быть, мы найдём другой способ?
Преподаватель приподнял бровь, явно заинтригованный, медленно откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.
– Другой способ, Семёнова?
– Я… я могу предложить вам себя.
Мирон Владимирович встал из-за стола и обошёл его, создавая между нами опасную близость и заставляя невольно попятиться. Шажок, ещё один… Я упёрлась бёдрами в край парты и испуганно замерла.
– Предлагаешь себя в качестве оплаты? Ты до конца понимаешь, на что намекаешь?
– Понимаю. Я готова на всё.
– «На всё» – это очень широкое понятие, – усмехнулся мужчина. – Давай проверим, как далеко ты готова зайти…
Мой план на первый год в универе был прост: не высовываться и сдать сессию. Но всё пошло к чёрту, когда я согласилась подменить тётю и поработать домработницей у самых популярных парней факультета.
Я думала, что отработаю два часа и сбегу, но меня застукали с тряпкой в руках именно те, перед кем меньше всего хотелось позориться. Теперь мой секрет под угрозой, а весь университет жужжит о закрытой вечеринке там, где я вчера драила полы.
Подруга подбивает на авантюру — украсть приглашения и пробраться на вечеринку в масках. Это чистое безумие. Но, кажется, это мой единственный шанс зайти в их дом не как прислуга.
Я думала, что отработаю два часа и сбегу, но меня застукали с тряпкой в руках именно те, перед кем меньше всего хотелось позориться. Теперь мой секрет под угрозой, а весь университет жужжит о закрытой вечеринке там, где я вчера драила полы.
Подруга подбивает на авантюру — украсть приглашения и пробраться на вечеринку в масках. Это чистое безумие. Но, кажется, это мой единственный шанс зайти в их дом не как прислуга.
— Ты боишься нас? — спросил Кирилл, глядя мне в глаза.
— Нет. Я боюсь себя. Боюсь, что если откроюсь — вы увидите, какая я на самом деле.
— И какую мы увидим?
— Сломанную. Глупую. Ту, которая готова на всё, лишь бы не остаться одной.
Демьян взял моё лицо в ладони:
— Мы уже видим. И не уходим. Ты наша. Не потому, что мы тебя выбрали. А потому, что ты выбрала нас.
— А если я ошибаюсь?
— Тогда ошибаемся мы все трое. Но лучше ошибаться вместе, чем быть правой в одиночестве.
Я заплакала. Впервые за много лет — не от боли, а от облегчения.
— Нет. Я боюсь себя. Боюсь, что если откроюсь — вы увидите, какая я на самом деле.
— И какую мы увидим?
— Сломанную. Глупую. Ту, которая готова на всё, лишь бы не остаться одной.
Демьян взял моё лицо в ладони:
— Мы уже видим. И не уходим. Ты наша. Не потому, что мы тебя выбрали. А потому, что ты выбрала нас.
— А если я ошибаюсь?
— Тогда ошибаемся мы все трое. Но лучше ошибаться вместе, чем быть правой в одиночестве.
Я заплакала. Впервые за много лет — не от боли, а от облегчения.
Разбитое сердце. Пустые обещания. И неожиданное предложение от моего босса. Полететь в Дубай на роскошную виллу под пальмами.
— Вы серьезно хотите, чтобы я полетела с вами в Дубай? — с недоверием смотрела на босса. — Это какая‑то шутка?
— Никаких шуток, — Бушуев пожимает плечами. — Мой друг женится, а одному скучно. К тому же вы отлично работаете — значит, и отдыхать будем гармонично.
— Гармонично? — я усмехаясь. — Или вы просто хотите, чтобы я и в отпуске вам кофе подавала?
— А если я пообещаю, что кофе будем пить вместе? У бассейна. На закате. — Он смотрит прямо в глаза, и я чувствую, как внутри что‑то дрогнуло.
— Нет, — выдыхаю я.
— Еще раз подумайте, — попросил он.
— Вы серьезно хотите, чтобы я полетела с вами в Дубай? — с недоверием смотрела на босса. — Это какая‑то шутка?
— Никаких шуток, — Бушуев пожимает плечами. — Мой друг женится, а одному скучно. К тому же вы отлично работаете — значит, и отдыхать будем гармонично.
— Гармонично? — я усмехаясь. — Или вы просто хотите, чтобы я и в отпуске вам кофе подавала?
— А если я пообещаю, что кофе будем пить вместе? У бассейна. На закате. — Он смотрит прямо в глаза, и я чувствую, как внутри что‑то дрогнуло.
— Нет, — выдыхаю я.
— Еще раз подумайте, — попросил он.
(83)
Муж привёз меня в свою семейную усадьбу, но я и не подозревала, что мой горячий жаркий свёкр тоже окажется со мной под одной крышей.
Я даже не подозревала, что у меня вообще есть свёкр!
Иван Хренодёров - знаменитый ботаник и путешественник.
В ту ночь я была уверена, что это мой Вася. Честно-честно!
И я совершила непоправимое...
И теперь это запретное, сладкое и ядовитое влечение разъедает мою душу и не даёт спать по ночам...
Я даже не подозревала, что у меня вообще есть свёкр!
Иван Хренодёров - знаменитый ботаник и путешественник.
В ту ночь я была уверена, что это мой Вася. Честно-честно!
И я совершила непоправимое...
И теперь это запретное, сладкое и ядовитое влечение разъедает мою душу и не даёт спать по ночам...
— Ты ведь понимаешь, что это неправильно? Они — мои начальники. Оба. Я не могу… не должна…
— Но ты уже хочешь. Я вижу это по твоим глазам. По тому, как ты краснеешь, когда они входят в кабинет. Зачем врать себе?
— Потому что я боюсь. Боюсь потерять себя. Боюсь стать «той самой». А если я им не нужна? Если это просто игра?
— Посмотри на меня. Скажи честно: когда они смотрели на тебя — ты чувствовала себя живой? В первый раз за много лет?
— Да… Боже, да. И это самое страшное.
— Может, самое страшное — это упустить то, что сама судьба кладёт тебе в руки. Не убегай. Позволь себе хотя бы узнать.
— А если я не вернусь прежней?
— А если прежняя тебе больше не нужна?
— Но ты уже хочешь. Я вижу это по твоим глазам. По тому, как ты краснеешь, когда они входят в кабинет. Зачем врать себе?
— Потому что я боюсь. Боюсь потерять себя. Боюсь стать «той самой». А если я им не нужна? Если это просто игра?
— Посмотри на меня. Скажи честно: когда они смотрели на тебя — ты чувствовала себя живой? В первый раз за много лет?
— Да… Боже, да. И это самое страшное.
— Может, самое страшное — это упустить то, что сама судьба кладёт тебе в руки. Не убегай. Позволь себе хотя бы узнать.
— А если я не вернусь прежней?
— А если прежняя тебе больше не нужна?
«Только не вздумай кричать, сестрёнка», — шепчет один мне в ухо.
Второй расстёгивает пуговицу на платье. Третий просто смотрит — и от его взгляда колени подгибаются сильнее, чем от чужих рук.
Мама вышла замуж за миллионера и привезла меня в его особняк. Здесь мрамор, тишина и трое его взрослых сыновей. Они меня ненавидят. Пока родители не уезжают на неделю — и не гаснет свет.
18+. МЖММ, сводные, запретно и очень горячо.
Второй расстёгивает пуговицу на платье. Третий просто смотрит — и от его взгляда колени подгибаются сильнее, чем от чужих рук.
Мама вышла замуж за миллионера и привезла меня в его особняк. Здесь мрамор, тишина и трое его взрослых сыновей. Они меня ненавидят. Пока родители не уезжают на неделю — и не гаснет свет.
18+. МЖММ, сводные, запретно и очень горячо.
Выберите полку для книги