Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""
В ту ночь я сделала выбор, который изменил всё. Теперь я живу в мире, где границы между болью и наслаждением стерты, где их голоса звучат громче моего собственного, а мое тело отвечает на каждое прикосновение прежде, чем я успеваю подумать. Я знаю, что это неправильно, что это разрушает меня, но я уже не могу остановиться — и не хочу.
Я приехала в лес, чтобы сбежать от пустой городской жизни, но нашла троих мужчин, которые сломали меня и собрали заново. Они называли меня игрушкой, учили подчиняться, боли и удовольствию, но когда игра закончилась, я поняла, что не могу без них. Теперь я — охотница, и я вернусь, чтобы забрать то, что принадлежит мне.
Я приехала в лес, чтобы сбежать от пустой городской жизни, но нашла троих мужчин, которые сломали меня и собрали заново. Они называли меня игрушкой, учили подчиняться, боли и удовольствию, но когда игра закончилась, я поняла, что не могу без них. Теперь я — охотница, и я вернусь, чтобы забрать то, что принадлежит мне.
Я дизайнер интерьеров, загнанная в долговую яму, и когда три брата-миллиардера предлагают мне сделку, у меня нет выбора: одна ночь полного подчинения в обмен на спасение моей студии. Но то, что начиналось как унизительный контракт, превращается в погружение в мир запретных желаний, где боль и наслаждение переплетаются в неразрывный узел, а моё тело становится инструментом их грубой страсти. Теперь я не знаю, что страшнее — потерять себя в этом аду или вернуться в серую, пустую жизнь, которая ждёт меня за воротами особняка.
За неделю до свадьбы подруги вытащили меня в бар — «почувствуй себя живой один последний раз». Я подошла к незнакомцу у стойки. Одна ночь без имён, без обещаний, без завтра.
А через неделю он вошёл в зал, где я стояла в белом платье. И сел в первый ряд. Рядом с моей будущей свекровью.
Мужчина из той ночи оказался отцом моего жениха.
На банкете он наклонился поцеловать невестку в щёку — и прошептал так, что не услышал никто:
— Ты даже не спросила, как меня зовут.
Я думала, худшее — что нас увидят. Оказалось, худшее — что я не смогу остановиться. И он тоже.
Одна ложь у алтаря. Двое, кому нельзя. И ни единого шанса, что это закончится тихо.
А через неделю он вошёл в зал, где я стояла в белом платье. И сел в первый ряд. Рядом с моей будущей свекровью.
Мужчина из той ночи оказался отцом моего жениха.
На банкете он наклонился поцеловать невестку в щёку — и прошептал так, что не услышал никто:
— Ты даже не спросила, как меня зовут.
Я думала, худшее — что нас увидят. Оказалось, худшее — что я не смогу остановиться. И он тоже.
Одна ложь у алтаря. Двое, кому нельзя. И ни единого шанса, что это закончится тихо.
— Некоторые уходят с благодарностью. Другие — нет. Кричат, плачут, молят пощадить. Но это ничего не меняет.
Я молчала. В горле пересохло. Пальцы вцепились в подлокотники так, что побелели костяшки. Но я не отводила взгляд.
— Зачем вы мне это говорите?
— Потому что ты — следующая, Вера.
Его называют лучшим психиатром «Преображенского», и каждая пациентка мечтает остаться с ним наедине. Только вот я случайно узнала, что на самом деле происходит за дверью его кабинета.
И теперь передо мной выбор: стать его следующей жертвой или той, кто разделит его тьму.
Я молчала. В горле пересохло. Пальцы вцепились в подлокотники так, что побелели костяшки. Но я не отводила взгляд.
— Зачем вы мне это говорите?
— Потому что ты — следующая, Вера.
Его называют лучшим психиатром «Преображенского», и каждая пациентка мечтает остаться с ним наедине. Только вот я случайно узнала, что на самом деле происходит за дверью его кабинета.
И теперь передо мной выбор: стать его следующей жертвой или той, кто разделит его тьму.
Я никогда не видела отца своего мужа. Они не общались семь лет, на свадьбу его не позвали — только старая фотография, где он ещё без седины.
А потом я случайно переспала с ним в отеле. Без имён, без обязательств.
Через день он сидит напротив и ставит условие: год под его контролем, или я не получу свою долю.
Он думает, что сможет меня сломать. Пусть попробует.
А потом я случайно переспала с ним в отеле. Без имён, без обязательств.
Через день он сидит напротив и ставит условие: год под его контролем, или я не получу свою долю.
Он думает, что сможет меня сломать. Пусть попробует.
Я приехала в этот дом у озера, чтобы залечить раны после предательства мужа. Я поклялась, что больше никогда не подпущу мужчин к своему сердцу.
Но трое моих молодых и дерзких соседей сломали все мои запреты в первый же вечер, когда я пришла делать им замечание.
Я не знала, что за этим последует. И теперь я боюсь не того, что они причинят мне боль, а того, что я не смогу остановиться и захочу большего…
🍓 СТРОГО 18+ 🍓
Но трое моих молодых и дерзких соседей сломали все мои запреты в первый же вечер, когда я пришла делать им замечание.
Я не знала, что за этим последует. И теперь я боюсь не того, что они причинят мне боль, а того, что я не смогу остановиться и захочу большего…
🍓 СТРОГО 18+ 🍓
Мила — пышка, которая с детства привыкла втягивать живот и прятаться в мешковатых футболках. Она пришла на ВДНХ просто постоять у мотоциклов и уйти домой. Но байкер Саша подошёл первым — и посмотрел так, будто её формы созданы, чтобы их хотели, а не прятали.
— Ты не привыкла, чтобы на тебя смотрели, — сказал он.
— С чего ты взял?
— Плечи сводишь, стоит кому-то задержать на тебе глаза.
Дальше — ночная Москва на скорости, гараж, пропахший маслом, мужчина, который впервые боится не мотоцикла, а того, что его бросят. Есть и второй — наглый и опасный. И третий — молчаливый, чей взгляд запомнится дольше, чем должен.
— Ты не привыкла, чтобы на тебя смотрели, — сказал он.
— С чего ты взял?
— Плечи сводишь, стоит кому-то задержать на тебе глаза.
Дальше — ночная Москва на скорости, гараж, пропахший маслом, мужчина, который впервые боится не мотоцикла, а того, что его бросят. Есть и второй — наглый и опасный. И третий — молчаливый, чей взгляд запомнится дольше, чем должен.
— Ты теперь моя! Мой инкубатор! Мой сосуд! Моя вещь! Долбаный суррогат! — Угрожающе прорычал демон мне в губы. Прожигая безумным полыхающим взглядом. Испепеляя душу. Внушая ужас. – Поняла? – Впечатал меня в стену всем своим телом. Сжал в жесткой хватке шею, перекрывая кислород, заставляя всхлипывать и задыхаться от ужаса. Согласно древнему договору, люди в каждом поколении обязаны отдавать демонам своего совершеннолетнего первенца женского пола. Отец вместо этого отдал меня. Обманул демона. Спас своего первенца. Обрек меня на смерть, оплатив моей жизнью Кровный долг нашего рода.
Все персонажи в книге совершеннолетние!
Содержит нецензурную брань.
Все персонажи в книге совершеннолетние!
Содержит нецензурную брань.
Выберите полку для книги