Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""
Днём мы занимались обычными делами. Она читала книгу. Я работал над проектом. Но воздух между нами был другим. Наэлектризованным. Каждое движение, каждый взгляд были наполнены смыслом. Мы оба знали, к чему идём. И это знание связывало нас крепче любых верёвок.
Глеб приехал ровно в восемь вечера. Без опозданий. Без подарков. Без лишних слов. Он вошёл в квартиру, поздоровался со мной кивком, посмотрел на Веронику тем самым взглядом хирурга. Она стояла в гостиной, одетая в простое чёрное платье. Её руки были сложены перед собой. Голова слегка опущена. Поза идеального подчинения...
Глеб приехал ровно в восемь вечера. Без опозданий. Без подарков. Без лишних слов. Он вошёл в квартиру, поздоровался со мной кивком, посмотрел на Веронику тем самым взглядом хирурга. Она стояла в гостиной, одетая в простое чёрное платье. Её руки были сложены перед собой. Голова слегка опущена. Поза идеального подчинения...
Она устраивается секретаршей в крупную компанию, не зная, что у фирмы три совладельца, которые делят не только бизнес, но и женщин. Первый — её бывший, с которым она рассталась год назад. Второй — его отчим, который всегда смотрел на неё слишком внимательно. Третий — новый партнёр, идеальный, холодный, который никогда не смешивает работу и pleasure — пока не видит её. Каждый из троих хочет её себе. Но они привыкли делить всё — и не умеют уступать. Когда выясняется, что у компании проблемы с законом и все трое оказываются в одном номере отеля с ней на ночь, правила игры меняются окончательно.
«— Как мы её поделим? — спросил один. — Решим во время переговоров, — ответил второй. — Я уверен, что она останется со мной, — вставил третий. А она молчала. Потому что впервые в жизни не знала, что сказать»...
«— Как мы её поделим? — спросил один. — Решим во время переговоров, — ответил второй. — Я уверен, что она останется со мной, — вставил третий. А она молчала. Потому что впервые в жизни не знала, что сказать»...
Он — криминальный авторитет, который покупает долги людей и забирает их жизни. Она — дочь человека, который задолжал не тем. Долг закрывается просто: она переходит к нему. Не как жена — как собственность. Он не обещает нежности, не обещает свободы. Но в его доме она впервые чувствует, что кто-то видит её по-настоящему. А он понимает, что впервые купил то, что не может отпустить...
Мы знали друг друга давно. Наши пути пересекались в бизнесе, в искусстве, в закрытых клубах, куда пускали только избранных. Нас объединяло не только дело, но и общие интересы. Интерес к границам человеческого восприятия, к власти, к эстетике контроля. И мы все были согласны: Анна должна стать нашей общей рабыней. Не в смысле собственности, а в смысле объекта исследования, инструмента для достижения высшего уровня доверия и близости.
— Войдите, — сказал я спокойно, отступая в сторону.
Они переступили порог. Дверь закрылась за их спинами с тяжёлым щелчком замка. Этот звук стал точкой невозврата. Мы договаривались об этом месяцами. Переписывались, встречались в нейтральных местах, обсуждали границы, страхи, желания. Это не было импульсивным решением. Это был осознанный шаг четырёх взрослых людей, которые искали друг в друге то, чего не могли найти в обычном мире.
Анна посмотрела на меня, затем на Максима и Игоря. В её глазах читался страх, но также, почти мистическое любопытство...
— Войдите, — сказал я спокойно, отступая в сторону.
Они переступили порог. Дверь закрылась за их спинами с тяжёлым щелчком замка. Этот звук стал точкой невозврата. Мы договаривались об этом месяцами. Переписывались, встречались в нейтральных местах, обсуждали границы, страхи, желания. Это не было импульсивным решением. Это был осознанный шаг четырёх взрослых людей, которые искали друг в друге то, чего не могли найти в обычном мире.
Анна посмотрела на меня, затем на Максима и Игоря. В её глазах читался страх, но также, почти мистическое любопытство...
— Это не важно, — перебил я. — Важно то, что я могу решить ваши проблемы. Все. Долги отца, лечение матери, ипотека. Всё исчезнет за одну ночь.
— За какую цену? — спросила она тихо. В её голосе появилась сталь. Мне нравилось.
Я подошёл к бару, налил два бокала коньяка. Янтарная жидкость сверкнула в свете ламп.
— Присядьте, — указал я на кожаное кресло напротив стола. — Мы будем говорить долго.
Катерина села, выпрямив спину. Психолог. Она пыталась анализировать ситуацию, искать подвох. Но некоторые вещи нельзя проанализировать, пока не испытаешь их на себе.
— У меня есть предложение, — начал я, протягивая ей бокал. — Которое изменит вашу жизнь навсегда.
Она взяла бокал, но не пила. Наблюдала за мной.
— Говорите.
— Я ищу женщину. Особую женщину. Которая станет моей... рабыней.
Тишина повисла в воздухе. Катерина моргнула, словно проверяя, правильно ли она услышала.
— Вы серьёзно?
— Абсолютно, — ответил я. — Но не думайте, что это унижение. Это искусство. Искусство власти и подчи
— За какую цену? — спросила она тихо. В её голосе появилась сталь. Мне нравилось.
Я подошёл к бару, налил два бокала коньяка. Янтарная жидкость сверкнула в свете ламп.
— Присядьте, — указал я на кожаное кресло напротив стола. — Мы будем говорить долго.
Катерина села, выпрямив спину. Психолог. Она пыталась анализировать ситуацию, искать подвох. Но некоторые вещи нельзя проанализировать, пока не испытаешь их на себе.
— У меня есть предложение, — начал я, протягивая ей бокал. — Которое изменит вашу жизнь навсегда.
Она взяла бокал, но не пила. Наблюдала за мной.
— Говорите.
— Я ищу женщину. Особую женщину. Которая станет моей... рабыней.
Тишина повисла в воздухе. Катерина моргнула, словно проверяя, правильно ли она услышала.
— Вы серьёзно?
— Абсолютно, — ответил я. — Но не думайте, что это унижение. Это искусство. Искусство власти и подчи
Соседка угостила меня яблоками, а я в ответ принёс ей картошки. И яйца. Она сама этого хотела. Всё очень тяжёлое, и я ей, конечно же, помогу занести это в дом.
Финальный экзамен в Академии Магии — дело серьезное, особенно если для высшего балла тебе нужно угнать артефакт прямо из-под носа невыносимо сексуального Хранителя Запретной секции. Но ведьма иллюзий Эвелин не ожидала, что строгий паладин Аларик окажется настолько горяч на дубовом столе, а проклятую «Слезу Феникса» уведут прямо во время их тактического марафона страсти!
Чтобы не угодить на костер Инквизиции, этой безумной парочке придется заключить греховный пакт и отправиться в порочный Теневой Город. «Раз уж мы не можем уснуть… придется снимать это заклинание проверенным способом», — и поверьте, BDSM-разведка в кожаных портупеях и безумная погоня на летающих метлах — это только начало их ведьминского форс-мажора!
Ловите вора, держите чулки и приготовьтесь к самой жаркой сессии в вашей жизни!
Чтобы не угодить на костер Инквизиции, этой безумной парочке придется заключить греховный пакт и отправиться в порочный Теневой Город. «Раз уж мы не можем уснуть… придется снимать это заклинание проверенным способом», — и поверьте, BDSM-разведка в кожаных портупеях и безумная погоня на летающих метлах — это только начало их ведьминского форс-мажора!
Ловите вора, держите чулки и приготовьтесь к самой жаркой сессии в вашей жизни!
– А поехали купаться? – спросила она, осененная шальной идеей.
– Предложение, конечно, классное, – кивнул он, соглашаясь. – Освежиться сейчас бы не помешало, в такую-то жарень. Только у меня нет с собой плавок.
– Ну и что? – Она озорно улыбнулась и развела руками. – У меня тоже! Я знаю отличное место, там никого не бывает.
– Предложение, конечно, классное, – кивнул он, соглашаясь. – Освежиться сейчас бы не помешало, в такую-то жарень. Только у меня нет с собой плавок.
– Ну и что? – Она озорно улыбнулась и развела руками. – У меня тоже! Я знаю отличное место, там никого не бывает.
Я привыкла жить по букве закона, строить жесткую карьеру на Петровке и ломать мужчин одним лишь холодным взглядом серых глаз. Но грязное предательство собственного руководства во время командировки в сибирскую тайгу превратило меня из охотника в раненую, загнанную свидетелями мишень.
В самом сердце непроходимого бурелома мою жизнь спас он — дикий, яростный Альфа, презирающий город и живущий по первобытным законам леса. Радмир запер меня на своей заимке, и в темной глубине подземного бетонного блиндажа, на грани жизни и смерти, магия истинной связи сорвала с нас все запреты и маски.
Теперь мне предстоит сделать самый страшный выбор в своей жизни: полностью раствориться в удушающей страсти этого лесного монстра или перегрызть себе лапу, чтобы сбежать обратно в свой асфальтовый ад с его клеймом на шее
В самом сердце непроходимого бурелома мою жизнь спас он — дикий, яростный Альфа, презирающий город и живущий по первобытным законам леса. Радмир запер меня на своей заимке, и в темной глубине подземного бетонного блиндажа, на грани жизни и смерти, магия истинной связи сорвала с нас все запреты и маски.
Теперь мне предстоит сделать самый страшный выбор в своей жизни: полностью раствориться в удушающей страсти этого лесного монстра или перегрызть себе лапу, чтобы сбежать обратно в свой асфальтовый ад с его клеймом на шее
Она мечтала забыть прошлое. Он оказался частью настоящего, которое уничтожит всё.
После пережитого кошмара, расколовшего её жизнь на “до” и “после”, Диана была вынуждена сбежать из семьи. Теперь её жизнь - сцена клуба, где темнота скрывает не только тело, но и шрамы на душе. Здесь, среди фальшивого блеска и чужих взглядов, она встречает ЕГО - мужчину, который смотрит на неё не как на объект вожделения, а как на личность.
Но правда жестока: прекрасный принц носит маску. А когда на его пути появляется соперник в лице человека, чья кровь является родной, борьба за сердце любимой превращается в ад для всех троих.
После пережитого кошмара, расколовшего её жизнь на “до” и “после”, Диана была вынуждена сбежать из семьи. Теперь её жизнь - сцена клуба, где темнота скрывает не только тело, но и шрамы на душе. Здесь, среди фальшивого блеска и чужих взглядов, она встречает ЕГО - мужчину, который смотрит на неё не как на объект вожделения, а как на личность.
Но правда жестока: прекрасный принц носит маску. А когда на его пути появляется соперник в лице человека, чья кровь является родной, борьба за сердце любимой превращается в ад для всех троих.
Выберите полку для книги