Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
— Я. Сказал. Этого. Ребенка. Не будет! — с каждым словом он приближался к ней все ближе, не позволяя Стелле отступить. — Не сомневайся в моей решимости.
— Нет! - закричала девушка, чувствуя, что попала в ловушку.
Она знала, что он поступит именно так, как заявил.
Марат никогда не прибегал к пустым угрозам.
— Да. А теперь, - сказал он, очевидно, когда его терпению пришел конец, - подожди здесь, пока я не улажу этот вопрос.
Она хотела сделать ему свадебный подарок и после банкета рассказать о том, что у них будет ребенок. Кто же знал, что с торжества они отправятся прямиком в медицинскую клинику?
— Нет! - закричала девушка, чувствуя, что попала в ловушку.
Она знала, что он поступит именно так, как заявил.
Марат никогда не прибегал к пустым угрозам.
— Да. А теперь, - сказал он, очевидно, когда его терпению пришел конец, - подожди здесь, пока я не улажу этот вопрос.
Она хотела сделать ему свадебный подарок и после банкета рассказать о том, что у них будет ребенок. Кто же знал, что с торжества они отправятся прямиком в медицинскую клинику?
-Ты изменил мне! Как ты мог?! С ней, в нашей постели, - схожу с ума от боли.
-Я не хотел, чтобы ты это видела. Прости, - спокойно произносит муж.
Слез нет, наверное так бывает от шока. Но рваная рана в душе ноет все сильнее.
-Забирай свою подстилку! Пошел вон! - мой голос ломается.
-Я никуда не уйду! Тебе нужен уход после больницы. Я не могу оставить тебя в таком состоянии!
Он говорит с такой заботой и нежностью, словно ничего не произошло.
Мне же будто по сердцу лезвием полоснули.
Из-за спины Воронцова победно скалится полуголая брюнетка.
-Кириллу нужна настоящая женщина, а не духовка в старом халате! - впервые подает голос любовница моего мужа.
Муж пытается обнять меня за плечи и выпроваживает из спальни.
-Кать, иди в кухню. А мы пока тут с Никой продолжим. И забудь про развод, поняла?
-Я не хотел, чтобы ты это видела. Прости, - спокойно произносит муж.
Слез нет, наверное так бывает от шока. Но рваная рана в душе ноет все сильнее.
-Забирай свою подстилку! Пошел вон! - мой голос ломается.
-Я никуда не уйду! Тебе нужен уход после больницы. Я не могу оставить тебя в таком состоянии!
Он говорит с такой заботой и нежностью, словно ничего не произошло.
Мне же будто по сердцу лезвием полоснули.
Из-за спины Воронцова победно скалится полуголая брюнетка.
-Кириллу нужна настоящая женщина, а не духовка в старом халате! - впервые подает голос любовница моего мужа.
Муж пытается обнять меня за плечи и выпроваживает из спальни.
-Кать, иди в кухню. А мы пока тут с Никой продолжим. И забудь про развод, поняла?
— На кону моя репутация, Лада! Твое предательство в прошлом едва не стоило мне карьеры! Второй раз я не позволю тебе все испортить! Эта фабрика — главное дело моей жизни! Мое единственное и самое важное детище! Я не хочу, чтобы ты и близко приближалась к ней! Ни ты, ни твой сын!
Отворачиваюсь, чтобы не показать как сильно задевают его слова и мысленно усмехаюсь. Насчет “самого важного детища”, он положим, прав. Но насчет “единственного” Егор Миллер заблуждается. Потому что мой сын, которого он заочно успел возненавидеть, на самом деле его ребенок. Правда, ему об этом не суждено узнать. Я прекрасно помню его угрозы пятилетней давности.
Между нами короткий роман в прошлом и его громкие обвинения в предательстве. В настоящем — прицелы камер и ничего не подозревающий сын, мечта которого сбылась. Для меня же сбылся мой самый большой кошмар. Егор Миллер снова появился в моей жизни!
Отворачиваюсь, чтобы не показать как сильно задевают его слова и мысленно усмехаюсь. Насчет “самого важного детища”, он положим, прав. Но насчет “единственного” Егор Миллер заблуждается. Потому что мой сын, которого он заочно успел возненавидеть, на самом деле его ребенок. Правда, ему об этом не суждено узнать. Я прекрасно помню его угрозы пятилетней давности.
Между нами короткий роман в прошлом и его громкие обвинения в предательстве. В настоящем — прицелы камер и ничего не подозревающий сын, мечта которого сбылась. Для меня же сбылся мой самый большой кошмар. Егор Миллер снова появился в моей жизни!
- Тебя мне подарили, малая. Снимай тряпье и приступай к делу.
– Тут какая-то ошибка. Меня на праздник вызвали. Я - аниматор.
– Интересная! - оценивающе проходится по моей фигуре. - Таких баб с огоньком у меня еще не было.
***
Меня к мальчику вызвали, а вместо мальчика здесь... Бугай этот. Намекает на вещи всякие неприличные. Кошмар! Это он так решил на девочке по вызову сэкономить? Обманул. Заманил еще и в домике запер и что мне теперь делать?
– Тут какая-то ошибка. Меня на праздник вызвали. Я - аниматор.
– Интересная! - оценивающе проходится по моей фигуре. - Таких баб с огоньком у меня еще не было.
***
Меня к мальчику вызвали, а вместо мальчика здесь... Бугай этот. Намекает на вещи всякие неприличные. Кошмар! Это он так решил на девочке по вызову сэкономить? Обманул. Заманил еще и в домике запер и что мне теперь делать?
– Ты жену Кравцова видела?!
Замираю в кабинке туалета, прислушиваясь к разговору девиц, которые только вошли и явно прихорашиваются у зеркала.
– Да ладно, не завидуй. Муженек-то от нее погуливает. Да еще как!
– Ты что?! Откуда знаешь?!
– Знаю. У Сергея темперамент очень горячий, видать, жена давно не прельщает.
Врастаю в дверь, в глазах начинает темнеть, а щеки отчего-то становятся очень мокрыми.
– Значит, слухи – правда. Ты с генеральным нашим встречаешься?!
– Правда. Думаешь, что мы столько с ним на сверхурочных оставались… Отчеты – повод, но уже скоро и так все заметят, – отвечает уверенно девица.
– Что заметят?! – спрашивает вторая, пока я кусаю губы до крови, чтобы не закричать.
- Живот. Потому что, в отличие от бесплодной женушки генерального, я Сергею Юрьевичу скоро подарю долгожданного наследника!
Хотела сделать любимому подарок на Новый год, сообщить о долгожданной беременности, но сюрприз сделал мне он…
Замираю в кабинке туалета, прислушиваясь к разговору девиц, которые только вошли и явно прихорашиваются у зеркала.
– Да ладно, не завидуй. Муженек-то от нее погуливает. Да еще как!
– Ты что?! Откуда знаешь?!
– Знаю. У Сергея темперамент очень горячий, видать, жена давно не прельщает.
Врастаю в дверь, в глазах начинает темнеть, а щеки отчего-то становятся очень мокрыми.
– Значит, слухи – правда. Ты с генеральным нашим встречаешься?!
– Правда. Думаешь, что мы столько с ним на сверхурочных оставались… Отчеты – повод, но уже скоро и так все заметят, – отвечает уверенно девица.
– Что заметят?! – спрашивает вторая, пока я кусаю губы до крови, чтобы не закричать.
- Живот. Потому что, в отличие от бесплодной женушки генерального, я Сергею Юрьевичу скоро подарю долгожданного наследника!
Хотела сделать любимому подарок на Новый год, сообщить о долгожданной беременности, но сюрприз сделал мне он…
— Зачем пришла? — небрежно обернув полотенце вокруг бедер, спрашивает Глеб.
— Поговорить, — нервно перебираю связку ключей в руках.
— Нам не о чем больше разговаривать, — отрезает он. — Возвращайся к своему жениху.
— Именно о нём нам и нужно поговорить, — мой голос дрогнул, но я упрямо поднимаю подбородок. — Я должна тебе всё объяснить.
— Мне плевать на твои объяснения. Он…
— Ты долго там? Я совсем замерзла без тебя… — из ванной выглядывает обнажённая блондинка.
Мое сердце болезненно сжимается, и я резко выдыхаю, словно получила кулаком под дых. Дыхание спёрло изнутри с такой силой, что между рёбрами стала нарастать невыносимая боль, отдающаяся в сердце неприятными ощущениями. Сжимаю ключи с такой силой, что они впиваются в ладонь, но я не чувствую этой боли: боль внутри меня в разы сильнее и противнее.
И в этот самый момент я прекрасно понимаю, что совершила огромную ошибку, позволив себе влюбиться именно в него.
— Поговорить, — нервно перебираю связку ключей в руках.
— Нам не о чем больше разговаривать, — отрезает он. — Возвращайся к своему жениху.
— Именно о нём нам и нужно поговорить, — мой голос дрогнул, но я упрямо поднимаю подбородок. — Я должна тебе всё объяснить.
— Мне плевать на твои объяснения. Он…
— Ты долго там? Я совсем замерзла без тебя… — из ванной выглядывает обнажённая блондинка.
Мое сердце болезненно сжимается, и я резко выдыхаю, словно получила кулаком под дых. Дыхание спёрло изнутри с такой силой, что между рёбрами стала нарастать невыносимая боль, отдающаяся в сердце неприятными ощущениями. Сжимаю ключи с такой силой, что они впиваются в ладонь, но я не чувствую этой боли: боль внутри меня в разы сильнее и противнее.
И в этот самый момент я прекрасно понимаю, что совершила огромную ошибку, позволив себе влюбиться именно в него.
Сорок пять лет, и сегодня мой триумф.
Мой юбилей, мой ресторан, мои любовницы — всё крутится вокруг меня.
Жду Вику, она обещала "сюрприз, который я никогда не забуду".
Верхушка торта открывается, и я чувствую, как закипает кровь.
Сейчас любовница покажет мастер-класс!
— Сюрприз, дорогой!
И из торта выскакивает... моя жена?!
В латексе, на шпильках. А вокруг — вся элита города с отвисшими челюстями.
— Лиля?! — давлюсь виски. — Какого чёрта?! Ты должна быть дома с мигренью!
— Что, не рад видеть законную супругу? Предпочитаешь более молодых и смазливых? Особенно тех, что встречаются с твоим сыном!
Включается проектор. На стене видео, где я с Викой в кабинете.
— Думал, я не узнаю? Считал меня глупой домохозяйкой, умеющей только борщи варить?
— Выключи это, сумасшедшая! — рычу я, краснея от ярости и стыда.
— Поздно, — улыбаюсь, замечая, как журналисты щёлкают камерами. — Теперь можешь распрощаться не только с семьёй, но и с карьерой!
Мой юбилей, мой ресторан, мои любовницы — всё крутится вокруг меня.
Жду Вику, она обещала "сюрприз, который я никогда не забуду".
Верхушка торта открывается, и я чувствую, как закипает кровь.
Сейчас любовница покажет мастер-класс!
— Сюрприз, дорогой!
И из торта выскакивает... моя жена?!
В латексе, на шпильках. А вокруг — вся элита города с отвисшими челюстями.
— Лиля?! — давлюсь виски. — Какого чёрта?! Ты должна быть дома с мигренью!
— Что, не рад видеть законную супругу? Предпочитаешь более молодых и смазливых? Особенно тех, что встречаются с твоим сыном!
Включается проектор. На стене видео, где я с Викой в кабинете.
— Думал, я не узнаю? Считал меня глупой домохозяйкой, умеющей только борщи варить?
— Выключи это, сумасшедшая! — рычу я, краснея от ярости и стыда.
— Поздно, — улыбаюсь, замечая, как журналисты щёлкают камерами. — Теперь можешь распрощаться не только с семьёй, но и с карьерой!
Опасный оборотень, которого боялись чужие и уважали свои. В его руках власть. Его называли хозяином города. И ему не нужна истинная! Но судьба распорядилась иначе. Пойдёт ли он против своего решения никогда больше не любить и впустит ли в свой город ту, что ему предназначена?
— Доброе утро, Вероника Александровна, — голос Дианы был профессионально приветливым. — Вы сегодня чудесно выглядите.
«Интересно, каково это — смотреть в глаза жене мужчины, с которым ты спишь?»— мелькнуло в моей голове, но я лишь улыбнулась в ответ:
— Спасибо, Диана. Вы тоже, как всегда, безупречны.
Я заметила легкий запах духов — тот самый, который иногда улавливала от Димы. Дорогой, изысканный аромат. Его он тоже оплачивал? Или это был подарок за «особые заслуги»?
— Кстати, — как бы невзначай добавила я, — вы не могли бы зайти ко мне в кабинет через полчаса? Есть вопросы по последнему финансовому отчету.
Лицо Дианы на мгновение напряглось, но она быстро справилась с собой:
— Конечно. Я буду у вас в одиннадцать.
«Боишься, девочка?» — подумала я. — «Правильно делаешь».
«Интересно, каково это — смотреть в глаза жене мужчины, с которым ты спишь?»— мелькнуло в моей голове, но я лишь улыбнулась в ответ:
— Спасибо, Диана. Вы тоже, как всегда, безупречны.
Я заметила легкий запах духов — тот самый, который иногда улавливала от Димы. Дорогой, изысканный аромат. Его он тоже оплачивал? Или это был подарок за «особые заслуги»?
— Кстати, — как бы невзначай добавила я, — вы не могли бы зайти ко мне в кабинет через полчаса? Есть вопросы по последнему финансовому отчету.
Лицо Дианы на мгновение напряглось, но она быстро справилась с собой:
— Конечно. Я буду у вас в одиннадцать.
«Боишься, девочка?» — подумала я. — «Правильно делаешь».
— Даша? - Сергей вскакивает с постели, прикрываясь одеялом. На его лице смесь эмоций от недоумения до паники.
Ника, наоборот, поднимается, совершенно не стесняясь своей наготы. Она молча набрасывает шелковый халатик, который я купила ей пару недель назад, и идет ко мне.
— Как ты мог?.. - тихо скулю я, даже не пытаясь вытереть хлынувшие из глаз слезы.
— Я же говорила, что он - бабник и кобель, а ты не верила, - дочь подходит ко мне, а я отшатываюсь от нее в ужасе…
***
Приехала с работы пораньше и застала своего жениха в постели с другой.
Но самое ужасное, что изменница оказалась моей дочерью…
Ника, наоборот, поднимается, совершенно не стесняясь своей наготы. Она молча набрасывает шелковый халатик, который я купила ей пару недель назад, и идет ко мне.
— Как ты мог?.. - тихо скулю я, даже не пытаясь вытереть хлынувшие из глаз слезы.
— Я же говорила, что он - бабник и кобель, а ты не верила, - дочь подходит ко мне, а я отшатываюсь от нее в ужасе…
***
Приехала с работы пораньше и застала своего жениха в постели с другой.
Но самое ужасное, что изменница оказалась моей дочерью…
Выберите полку для книги