Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

— Вика, ты разрушаешь нашу семью. Зачем?
— Я?! Ты думаешь, что говоришь, Петенька?! Ты сделал все за меня единолично!
— Вик, то, что ты видела…
— Замолчи!!! — горло взрывается болью от надрывного крика. Руки трясутся, сердце долбит в грудную клетку. Сильным толчком я пихаю чемодан к нему, глядя, как он катится к его ногам. — Я знала. Знала давно. Только надеялась, дура такая, что ты ушел от нее. Ведь мы пытались… — слезы застилают глаза, голос срывается.
— Вик… — он делает шаг навстречу, — так получилось.
— Нет, Петя. Так не получилось. Ты специально согласился и спал со мной, пока твоя Маша была беременна! Да! Я знаю, как ее зовут!
— Боже… — Петя садится на чемодан, обхватывая голову.
— Не вспоминай бога! Просто уходи. Так больно, что я готова убить тебя. Пил таблетки, чтобы у нас ничего не вышло?
Один взгляд на меня, и я вижу в нем ответ.
— Гад. Какой же ты гад.
Крыть больше нечем. Я только горько усмехаюсь ему в лицо.

— Ты никуда не уйдешь.
— Попробуйте меня остановить!
— Это защита. Ты глупа, если не понимаешь разницы.
— Защита? Вы запираете меня здесь. Вы ничем не лучше тех бандитов!
Азамат делает стремительный шаг вперед, и я инстинктивно отскакиваю.
— Не лучше бандитов? Бандиты хотели тебя сломать, продать, выбросить. Я...
— Вы что? Присвоили?
Его ладонь с силой прижимается к стене рядом с моей головой, загораживая путь. Другая хватает меня за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. В них бушует настоящая буря.
— Потому что я устал хоронить! Поняла? Я похоронил отца, подстреленного из-за угла. Похоронил двенадцать пацанов, моих пацанов, которые доверяли мне свою жизнь, в том проклятом ущелье! Их кровь до сих пор на моих руках, учительница! И когда взяли тебя... — его голос срывается, и он на секунду закрывает глаза, будто отгоняя видение. — Это был последний шаг. Потому что ты была под моей защитой. И это для них, и для меня, значило одно и то же: они перешли последнюю черту.

Пацан скрещивает руки на груди, совсем как взрослый:
— Флешка у меня. Я ее спрятал. И не отдам.
Наглость парня вызывает искру странного уважения. Умеет держать удар.
— Ладно. Ты нашел ценную вещь, тебе полагается награда. Чего ты хочешь?
Достаю пачку наличных, но пацан смотрит на них равнодушно.
— Мне не нужны ваши бумажки. У меня другое условие. Вы пойдете с моей мамой на настоящее свидание. Купите огромный букет красивых цветов, прокатите на крутой тачке. Сделаете так, чтобы она почувствовала себя принцессой и перестала грустить. Справитесь?

Я, человек, который ворочает миллиардами и наводит ужас на конкурентов, сижу и слушаю, как малолетний пацан нанимает меня в принцы-аниматоры для своей разведенной матери.

— Уходи. Я отвезу тебя домой прямо сейчас. В твою квартиру, к твоим картинам, к твоей свободе. Только учти: те трое никуда не делись. Они ждут.
— То есть выбор такой: либо я остаюсь с тобой, и ты меня защищаешь, либо я ухожу, и эти уроды делают со мной что хотят?
— Либо ты остаешься, и я решаю все твои проблемы. Ты будешь жить здесь, делать что хочешь, рисовать. Но ты будешь спать в моей постели.
— В качестве платы?
— В качестве выбора. Я не святой, Алиса. Ты мне нравишься. Я хочу тебя. Но я не насильник. Если скажешь «нет» — я отвезу тебя домой. Но тогда не проси о помощи, когда эти твари придут снова.
— Ты чудовище.
— Я твое спасение.

Отец продал меня. Пять миллионов долга, криминальный авторитет Заур Гариев и его младший брат Марат, который уже смотрит на меня как на игрушку. Я пришла просить отсрочку, но вместо этого попала в клетку.

— Какая взрослая девушка к нам пришла. Одна, без папы. Смелая.
— Оставь девчонку. У нее неделя.

Заур даже не поднимает головы, но одно его слово заставляет брата убрать руки. Мне дают семь дней, чтобы найти невозможное. Только почему, когда этот ледяной человек считает меня ребенком, у меня внутри всё переворачивается? И почему я чувствую: эта неделя изменит всё — и его лед, и мою жизнь.

— А-а-а-а! — орала я в наглухо закрытой машине, сжимая руль так, что белели пальцы.
Говорят, крик помогает снять стресс. Врут.
Через полчаса я вошла домой, ожидая увидеть потоп.
Но воды не было.
Зато на коврике лежали чужие женские туфли.
А из нашей спальни доносились стоны.
Мой муж.
Моя лучшая подруга.
На моей постели.
— Даша, ты…
— Не продолжай. Я сама угадаю. Я неправильно всё поняла....
— Ну вот, ты у меня всегда была умной. Ничего смертельного не произошло. Не стёрся же.
В тот день я потеряла семью, подругу и остатки наивности.
И если раньше я была девочкой, которая может всё…
Теперь я женщина, которая заставит их пожалеть.

— Ты будешь моей второй женой, Аида, — ошарашивает меня босс, — Мадина останется первой и главной. Собственно, поэтому согласия в ЗАГСе от тебя не потребуется.
Не знаю почему, но участь быть не единственной преследует меня всю взрослую жизнь.
Началось всё со студенческой любви, где о кавказские традиции всё разбилось, а закончилось тем, что мой муж, который ни к Кавказу, ни к Исламу никогда не имел никакого отношения, решил стать мусульманином и взять вторую жену.
«Им можно, чем я хуже?» — заявил он.
Собственно, на этих словах наш брак и закончился.
И вот опять…
— Мне нужна вторая жена, Аида. И ей станешь ты.
Одновременно со словами босса я слышу, как за моей спиной открывается дверь, оглядываюсь и замираю.
Это он…
Моя первая любовь.
Мой Данияр.
— Вторая жена? — повторяет он за братом, уничтожая меня взглядом.

Лада, идеальная жена успешного бизнесмена, привыкла к роскоши и молчанию мужа. Однажды ночью на темной трассе она принимает роды у незнакомки — и с ужасом понимает, что держит на руках долгожданного сына своего мужа Рената от другой женщины. С этого мгновения идеальный брак рушится, обнажая ложь, манипуляции и жестокость. Война за детей, наследство и собственную свободу превращает бывшую жену в опасного противника. Но в эпицентре этой схватки Лада находит не только врага, но и неожиданного союзника — человека, который рискует всем, чтобы помочь ей выжить.

— У меня есть другая, — произносит муж. — Она ждёт ребенка и сегодня же переезжает сюда. А ты съезжаешь.
Внутри всё обрывается. Измена? Что угодно я могла предположить: что мы поссоримся из-за его характера, холода, жесткости... Но измена...
— Ты не можешь меня выгнать. Я твоя жена.
— Была женой, пока я не понял, что ты пустышка... Как ваза без донышка... Сколько в неё не наливай воду, цветы в ней только сохнут.
— О чём ты говоришь?
— О детях. Мне нужен наследник. А ты бесплодна.
— Но... у тебя есть Соня...
— Соня девчонка. Мне нужен сын. Алиса мне обязательно принесёт наследника. А ты тихо соберешь вещи, пока Соня спит. Я сам ей всё объясню позже.
— Ты не можешь запретить мне видеться с моей дочерью!
— Она не твоя дочь, — Артём чеканит каждое слово. — Ты ей никто. Ни по крови, ни по документам.
— Но она будет плакать... — чувствую горячие слёзы на щеках, но ему всё равно.
— Поплачет и перестанет. Алиса заменит тебя. Родит ей брата. Они будут играть и расти вместе. Без тебя

— Выйди из машины! — ухмыляется. — Дверь открыла и пошла!
— Зима! За окном буран. Я на девятом месяце.
— Выйди. Не надо было меня злить!
— Ты же меня убьёшь.
— Не убью! — усмехается. — Просто высажу. А там — как повезёт.
— Ты меня высаживаешь. В буран. На девятом месяце. Это уголовное дело!
— Какое дело? Какое, Анечка? Кто тебя найдёт? Ты в новости попадёшь? Так посмотрят — беременная, дура, пошла ночью гулять. Нечего было одной шляться.
***
Я верила любимому и ждала его с войны, но меня бросили умирать в ледяной пустыне, на девятом месяце беременности…