Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

🔥 ЗАВЕРШЕНО! ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА МИНИМАЛЬНАЯ! 🔥

– Ты обабилась! – припечатывает муж. – На кой чёрт ты надела это платье? Ты в нём, как корова! А в белье – как гусеница.
– Ты…
– Меня тошнит от тебя! – выплёвывает. – Сначала ты разродилась. Потом кормила. По кругу. Жрала! Кормящей мамочке надо кушать! Тьфу!
– Я носила и кормила твоих детей. И всегда была полной.
– Но Алиса-то похудела.
Кивает на заднее сиденье. На мою сестру-близнеца в алом платье.
– Это пластика.
– Плевать! Я сказал: никакого развода.
– Я не буду жить с предателем. Животное!
Сава тормозит. Резко. Я ударяюсь о приборную панель.
Муж выходит из машины, распахивает мою дверь.
– Выходи! – рявкает.
– Ты с ума сошёл?
Муж хватает меня и рывком вытягивает из машины.
Камни сдирают кожу с ладоней.
Жжёт.
– Прогуляешься пешком! – кричит муж, уезжая. – Похудеешь!

Муж выбрал мою похудевшую сестру и выбросил меня на обочине.
Ночью. Одну.
Но я так просто не сдамся.
Готовься, милый, тебя ждёт развод!

– Ты могла бы стать для малыша… второй матерью.
Я не сразу поняла.
Второй матерью.
Для ребёнка женщины, которую мой муж привёл в наш дом.
– Ты предлагаешь мне стать нянькой?
– Не передёргивай.
– Тогда как это называется?
– Семья бывает сложной.
Я рассмеялась. Сухо. Почти чужим голосом.
В моём кармане лежал тест.
Две полоски.
Но он не должен был узнать.

🔰 ЗАВЕРШЕНА 🔰

— Верни, пожалуйста, мою сумку, — прошу мажора. — Я отдам тебе деньги послезавтра. Где… где тебя можно найти? Или перевести на карту?
Соболевский молчит, затягиваясь дымом и выпуская его колечками. Его друг Демон следит за нами, не вмешиваясь. Но его взгляд… мне не нравится. Словно в нём таится какой-то подвох.
— Я сам тебя найду, — наконец снисходит до ответа. — Хочу посмотреть, где такая, как ты, возьмёт за два дня три тонны евро. Уверена, что тебе хватит времени? Могу продлить срок на… Скажем, на день.
Красивых губ касается усмешка, делая выражение лица Кирилла жестоким.
Что?
Три. Тысячи. Евро.
Ни у кого из моих знакомых нет таких денег. Да мне никто и не даст, зная, что я не смогу вернуть.
Соболевский отщелкивает в сторону окурок и сокращает между нами расстояние.
— Придумала, где достать бабки? Хочешь, я могу одолжить? — впихивает мне в руки рюкзак и наклоняется, почти касаясь уха. — В обмен на одну услугу.

— Это правда, что у вас есть ребенок? — выкрикивает кто-то из толпы журналистов.
— Конечно, нет, — чеканю недовольно.
— Мы достали фотографии вашего ребенка, — неожиданно говорит журналистка. — Его зовут Рома, ему четыре года и он, насколько нам известно, живет впроголодь, пока вы обещаете нам золотые горы.
Мне показывают фотографию. Обычную вроде бы. Просто ребенок. Темные волосы, милое личико и грустные глаза. Но пробирает меня не это. То, что он похож на меня в детстве. Как две капли.
— Вы и дальше будете его скрывать? — допытывается журналистка, но я ее больше не слышу.
Ухожу. Пробираюсь сквозь толпу к машине и уже в салоне отдаю приказ помощнику:
— Полина Рогова. Найди, узнай про ребенка. Если есть — организуй тест ДНК. Без шумихи. Так, чтобы она не знала.

– Нет, это никуда не годится! – раздражённо ворчит, запыхавшись, муж, и устало перекатывается на спину.
Тяжело вздыхает, а потом вдруг выкрикивает:
– Катя, заходи! Ты там? Милая, не стесняйся. Мы же договорились.
Что? Кто? Какая ещё?.. Нет! Это что, репетитор дочери? Здесь? В нашей спальне? В такое время? И когда мы в таком виде? Но зачем?
– Ир, я так больше не могу. Она поможет. Без нее ничего не получится. Сама видишь. Решай! Либо мы делаем это все вместе, либо никак.
Смотрю на молодую девушку, нагло заявившуюся к нам в одном нижнем белье, и не могу поверить ни глазам, ни ушам. Муж что, серьезно сейчас? Да, у нас есть определенные сложности. Но чтобы так их решать? Он за кого меня принимает?
А уже во время своего очередного дежурства следующим вечером приезжаю на вызов к беременной женщине с болями в животе и окончательно убеждаюсь – я давно списанный со счетов материал.
И снова здравствуйте. Муж, просто муж. Только уже со своей второй любовницей.

– Я подаю на развод, – голос мужа гулким эхом разносится по коридору хирургического отделения. – У меня давно другая женщина, которую я очень сильно люблю.
Мужчина снимает обручальное кольцо и молча вкладывает его в мою дрожащую ладонь.
– О чём ты? Какой развод? Кто она?! – голос срывается на крик.
– Это Юлия, мой бывший ординатор. Только что у вас была совместная операция – усмехается муж, в то время как у меня останавливается сердце. – Она не такая, как ты. Мне с ней хорошо.
– Значит со мной тебе было плохо? – шепчу, сдерживая слёзы.
– Нет, но… Это ничего не меняет. Я ухожу.

После развода у меня не осталось ничего, кроме двенадцатилетней дочери и разбитого сердца. Я с трудом научилась жить без любимого мужа, но… Моя девочка заболела и спасти её может только её отец. По дороге в больницу он попал в аварию и оказался на моём операционном столе. От меня зависит его жизнь. А от его жизни – жизнь нашей дочери.

— Мам, а хочешь секретик? — мой младший сын посмотрел на меня своими огромными карими глазами.

— Хочу, — улыбаюсь я.

— Папа тебе подарок купил, — шепчет Мишутка. — Браслет. С изумрудами! Я слышал, как папа по телефону заказывал браслет с изумрудами. Сказал, что под цвет твоих глаз.

Мишутка с гордым видом смотрит на меня. А я только пожимаю плечами. Прикинула, какие ближайшие праздники впереди... А их нет. Да и глаза у меня не зелёные как изумруды, а карие.
***
Муж предал меня с родной сестрой. Двойное предательство открылось на семейном празднике. Я ушла с двумя детьми. Но через год после развода Артур появился на пороге моего дома и попросил о помощи.

— Тот черный комплект с прорезью... надела? До отеля еще пара часов...
Голос моего мужа звучал приглушенно, но каждое слово впечатывалось в мозг раскаленным клеймом. Он изменял мне. С моей бывшей подругой.
Я прилюдно отвесила ей пощечину, хотела швырнуть ему в лицо обручальное кольцо, растоптать лживую иллюзию нашей идеальной семьи, но один звонок из больницы перечеркнул все.
Наш сын болен.
Спасти его может лишь один телефонный звонок.
Но этот контакт есть только у одной женщины — любовницы моего мужа.
— Ох, как ты запела, Весточка, — торжествующе скалится она, глядя на мое отчаяние. — Его номер телефона стоит гораздо больше, чем твое жалкое «извини». Что угодно сделаешь ради сыночка?
— Что угодно... — шепчу я, сжимая в кармане кулаки до боли в костяшках.
Какой бы непомерной не была цена, я заплачу любую.
Как и много лет назад. Когда я даже не знала, что своим разбитым сердцем расплатилась за чужие грехи.

— Ты беременна? — переспрашивает муж. — Какой срок?
Я застываю с подносом в руках.
Мужа не было несколько месяцев, а вернулся, чтобы убить словами: там… появилась другая.
— Дима?
Обернувшись, он опускает телефон.
— Мне нужно тебе кое в чем признаться.
— Не надо, — шепчу я.
А он бьёт, наотмашь:
— Она беременна. Я не откажусь от ребёнка. Офицер своих не бросает!
— А меня и сына? — говорю я. — Ты уже бросил!
— Ты в стрессе. Тебе нужно больше времени, — кивает. — Мне нужно поехать к ней, помочь. К моему возвращению остынешь.
Он всё решил. Он не спрашивал моего мнения и, тем более, разрешения.
Он уехал. И это не самое страшное.
Мы не знали, какой удар судьбы ждал впереди.

— Вы совсем одурели, мужчина?! Отойдите немедленно! — кричу я, выбегая на школьную парковку.
Какой-то великовозрастный байкер разукрашивает мой автомобиль, пока рядом рычат мотоциклы и ржёт его престарелая банда.
— Потише. Я скрашиваю твою унылую жизнь, — бросает он через плечо и оборачивается. — ухмылка медленно сползает с его губ, когда он узнаёт меня. — Наташа?

Я замираю. Передо мной моя первая любовь. Наглый вандал, заядлый вояка, генерал и, как выяснилось, отец одного из моих учеников.
После развода я решила, что с мужчинами покончено. Работа, школа, дом — вот моя жизнь.

Но Анатолий Вероломов никогда не спрашивал разрешения. Однажды он уже перевернул мою жизнь и ушёл. Теперь вернулся и, судя по довольной роже, собрался сделать тоже самое.

— Ты не староват для таких выходок, Вероломов? — цежу я, оглядывая испорченную дверцу.
— Я ещё ого-го! Во всём. — Толя отбрасывает баллончик, сокращает расстояние между нами и бесстыдно проходится взглядом по м