Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

Опасный оборотень, которого боялись чужие и уважали свои. В его руках власть. Его называли хозяином города. И ему не нужна истинная! Но судьба распорядилась иначе. Пойдёт ли он против своего решения никогда больше не любить и впустит ли в свой город ту, что ему предназначена?

Я увидел ее случайно и потерял покой. Сам не ожидал, что настолько помешаюсь на женщине. Для нее я лишь странный незнакомец, который однажды ей помог. Для меня она несбыточная мечта. Та, которую мне нельзя. Мы из разных миров. Ее жизнь — свобода, благополучие, успех. Моя — опасность, долг и грязная изнанка большого бизнеса. Я не принадлежу себе и давно смирился с этим. Мне нельзя оставаться с ней, но я не смог отойти в сторону…

Всего один рывок, и рот оказывается плотно запечатан его губами. Одновременно Влад хватает меня за затылок одной рукой, а вторую я чувствую на горле, под самым подбородком. Натуральный капкан – не вырвешься.
— Ты как, моя хорошая? — выдыхает он, оторвавшись от моих губ. — Скажи что-нибудь, ну?
В его глазах не просто бешенство. Ощущение что под бронзовой гладкой кожей беснуются черти и жаждут меня разорвать.
Я немею. От этого жадного поцелуя, от ощущения его сильной руки на шее, которая легко может меня придушить, но сжимает лишь слегка. От того, что он снова налетел на меня смерчем, перепутав все мысли в голове.
— Скажи спасибо, что мы в людном месте, — шепчет он хрипло, кусая меня за мочку уха. — Иначе ты бы уже лежала на заднем сиденье ногами в потолок. И выползла бы оттуда под вечер.

— Знаешь, Варь, мне все это надоело, — голос мужа звучит глухо, как будто и не его вовсе. — Я устал.
— О чем ты, Глеб?! — испуганно спрашиваю я. На его лице и в самом деле царит усталость. Отстраненность. Отчужденность. Это не тот Глеб, которого я знаю и люблю.
Это… Другой.
— Неужели это все из-за твоей мамы? Ты правда веришь ей?!
— Да! — с его губ срывается грубый рык, и я в ужасе отшатываюсь. Он подходит к полке, достает чемодан и с непоколебимым видом бросает его перед моими ногами. — Собирай свои вещи и проваливай.
***
Благодаря козням свекрови, муж безжалостно выгнал меня из дома, не дав шанса объясниться и даже не зная о том, что вместе со мной выгоняет своего будущего ребёнка. И я ушла, не желая что-то доказывать.
Спустя два года судьба сталкивает нас вновь, где я — медсестра, а он — мой пациент, балансирующий на грани жизни и смерти. Теперь я должна спасти мужчину, который однажды меня уничтожил.
И он все ещё не знает о сыне.

– Я сказал все предельно ясно, Марина, – его голос ровный, командирский. – У тебя есть две недели, чтобы собрать вещи свои и Димки.
– Ты... ты выгоняешь нас? – я не узнаю свой голос. Он чужой, надломленный. – Из нашего дома?
– Это мой дом, – поправляет Андрей с ледяной точностью. – Мне нужно это пространство для моей новой семьи.
Новой семьи. Я хватаюсь за край стола еще крепче, костяшки пальцев белеют.
– Какой новой семьи? О чем ты говоришь?
– Я встретил женщину, Марина. Настоящую женщину. Ту, которую искал всю жизнь. Мы будем жить здесь – она и ее сын. Мальчику нужен отец, настоящий мужчина.

«Они решили, что я… девочка по вызову», — вспыхивает в голове, наконец, пробиваясь сквозь ступор.
Жгучий стыд поднимается из желудка, сжигая всё вокруг. Я не просто «девочка». Я Кристина Снежинкина, специалист по маркетингу. Но в этот момент я теряю себя.
— Простите, — выдавливаю я, и мой голос превращается в дрожащий писк.
Делаю шаг назад, спотыкаюсь о порог и ударяюсь спиной о дверь. Боль пронзает позвоночник, но это ничто по сравнению с бушующим внутри пожаром.
— Кристина, — говорит Герман.
Его голос звучит как приказ остановиться. Как заклинание.
— Выйди.
Это не просьба. Это требование. Но в его глазах нет гнева. Там что-то сложное, обжигающее.
— В предбанник, сейчас же.
Эти слова вырывают меня из паралича. Разворачиваюсь и вылетаю из парилки в прохладу раздевалки, громко хлопнув дверью.

Это новогодний корпоратив на турбазе. Устав от шума и толпы, я сбегаю в баню. Но врываюсь не в женскую половину... И то, что происходит дальше, никак не входило в мои планы.

Что делать, когда влезаешь в спор с подругами, а оказываешься в пикантном костюме Снегурочки перед двумя главными бабниками города, от которых ты год виртуозно уворачивалась?

Правильно: заключить с ними еще более сногсшибательную сделку. А потом понять, что иногда прыгнуть в омут с головой – лучшая идея в твоей жизни. Особенно если в этом омуте тебя ждут двое. Новый год – время для беспредела. И, кажется, я только что подписалась на его продолжение.

— Ты идёшь на корпоратив? — спрашиваю, глядя мужу в глаза.
— Я же сказал, у меня работа, — отвечает тот. — Аврал перед Новым годом. Зачем спрашиваешь снова?
— Алина говорит, что ты в списках.
— Прости, я не хотел тебе говорить. Я иду на корпоратив, но не с тобой, — признается он и окидывает меня безразличным взглядом. — Ты в последнее время... выглядишь ужасно. И одеваешься... так себе. Мне было стыдно тебя показывать коллегам.
— Ну допустим... ты решил пойти на корпоратив без меня. С кем тогда?!
— Один.
— Ты врёшь! — вырывается у меня. — Ты оплатил два места!
Муж выдыхает, потом решается:
— Да, у меня есть другая. Она лучше тебя… Думаю, нам лучше развестись.
И он ушел! А я неделю ходила как зомби. Но потом пришла подруга и предложила его проучить:
— Превратим тебя в королеву, и пойдешь на корпоратив! Войдёшь туда, вся такая ослепительная, и он увидит, кого потерял.
Идея, конечно, заманчивая… Вот только на чужой корпоратив мне нужен спутник!

— Я не ухожу, — произносит муж, как приговор. — Я просто буду жить на два дома.
— Ты шутишь?
— Нет. Ты взрослая. Проглотишь и смиришься.
Он привык, что я терплю. А я показываю ему новые ключи, отчего он звереет.
— Ты не имеешь права, — рычит.
— Имею. Это моя квартира. И моя жизнь.
— Ты пожалеешь. Сама приползешь и тогда я подумаю хочу ли тебя обратно.
Сорок два — отличный возраст, чтобы перестать быть “хорошей”.
Я подала на развод.
Собрала его вещи.
И все было прекрасно.
Пока он не вернулся.
С букетом. С угрозами. И после с признанием, от которого у меня холодеет всё внутри.

— Шесть лет, Лана. Шесть лет я пытался забыть ее. Шесть лет убеждал себя, что люблю тебя.
— Убеждал?
— А ты правда думала, что я случайно оказался в том госпитале? Случайно начал разговаривать с психологом, который занимался реабилитацией? Случайно влюбился?
Я молчала. Не могла говорить - горло сжалось так, что не проходил воздух.
— Вера бросила меня за месяц до командировки. Сказала, что устала ждать, пока я вернусь из очередной командировки. Нашла себе бизнесмена, который всегда дома. Я ушел на ту операцию с мыслью, что мне все равно - вернусь или нет.
Я знала про ту операцию. Он получил ранение, провел месяц в госпитале. Там мы и познакомились - я работала военным психологом, помогала с посттравматическим синдромом.
— Ты была... удобной, - продолжал он. - Понимающей. Не задавала лишних вопросов. Не требовала того, что я не мог дать. Ты была рядом, когда мне было плохо. И я подумал - может, это и есть любовь? Может, так и должно быть?
— Так ты меня никогда не любил?