Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
В девятнадцать лет обрести брата в лице, главного участника мокрых снов школьной поры, испытание для сдержанных и праведных. Но я не такая! Я хотела его шесть лет. И вот протяни руку, да возьми. Зачем же отказываться от столь щедрого предложения.
— Классная у тебя рыбалка, дорогой! И улов просто супер, — с громким возгласом прерываю досуг мужа и его любовницы.
Воздух в комнате сгущается до невыносимой тяжести. Ощущаю, как стремительно лечу на самое дно, когда из-за плеча мужа высовывается смазливая мордашка.
— Тетя Люба? — сипит девчонка, ошарашенно хлопая густыми ресницами.
— Арина?! — с таким же шоком отзываюсь я, чувствуя, как тело немеет от испытываемого потрясения.
Взгляд Бориса скользит от меня к Арине. Она, в свою очередь, покрасневшая и смущённая, прячется за спиной Бори, словно испуганный щенок. Она росла на моих глазах. Я ведь помню её ещё совсем малышкой. Девочка стала взрослой. Она спит с моим мужем.
— Что здесь?! Происходит… — в дверях внезапно появляется Тамара, моя близкая подруга. Черт, она же должна была ждать меня внизу!
Тома выглядит не менее шокированной, чем я сама. Она пытается что-то сказать, но слов не находит, только беспомощно разводит руками.
— Мама?!
В объятиях моего мужа находится её дочь.
Воздух в комнате сгущается до невыносимой тяжести. Ощущаю, как стремительно лечу на самое дно, когда из-за плеча мужа высовывается смазливая мордашка.
— Тетя Люба? — сипит девчонка, ошарашенно хлопая густыми ресницами.
— Арина?! — с таким же шоком отзываюсь я, чувствуя, как тело немеет от испытываемого потрясения.
Взгляд Бориса скользит от меня к Арине. Она, в свою очередь, покрасневшая и смущённая, прячется за спиной Бори, словно испуганный щенок. Она росла на моих глазах. Я ведь помню её ещё совсем малышкой. Девочка стала взрослой. Она спит с моим мужем.
— Что здесь?! Происходит… — в дверях внезапно появляется Тамара, моя близкая подруга. Черт, она же должна была ждать меня внизу!
Тома выглядит не менее шокированной, чем я сама. Она пытается что-то сказать, но слов не находит, только беспомощно разводит руками.
— Мама?!
В объятиях моего мужа находится её дочь.
- Детей любишь? - спрашивает меня владелец компании.
- Люблю, - киваю, нахмурившись. - А что?
- Кем тут работаешь?
- Дата аналитиком.
- Теперь ты работаешь няней. Круглосуточной. С повышенным окладом.
Я только устроилась на свою первую работу, как встретилась с владельцем компании, детям которого срочно понадобилась няня. Я не хотела! Но какой у меня был выбор? Я же не могла потерять работу, иначе нам с мамой негде было бы жить.
Оказалось, что боссу понадобилась не только няня, но и жена.
- Люблю, - киваю, нахмурившись. - А что?
- Кем тут работаешь?
- Дата аналитиком.
- Теперь ты работаешь няней. Круглосуточной. С повышенным окладом.
Я только устроилась на свою первую работу, как встретилась с владельцем компании, детям которого срочно понадобилась няня. Я не хотела! Но какой у меня был выбор? Я же не могла потерять работу, иначе нам с мамой негде было бы жить.
Оказалось, что боссу понадобилась не только няня, но и жена.
🔥ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!ЭКСКЛЮЗИВНО🔥
- Мама, мне больно! - плачет сын, прижимая к себе сломанную руку.
Я мечусь в ужасе, не понимая что делать!
- Черт! Точно перелом, - осматривает руку сына муж.
Переводит взгляд на меня. Зависает в районе горла, сглатывает.
- Что? - машинально касаюсь шеи.
- У тебя на шее следы.
- Я же говорю тебе, эта тварь на нас напала! - киваю на лежащую вниз лицом маньячку.
Прикрыв кулаком губы, Макс пару мгновений смотрит на нее стеклянным взглядом.
- Я вызываю скорую и полицию, немедленно! - трясущимися руками хватаю телефон.
- Никаких скорых и ментов! Скажем, что Ванька неудачно упал. А в травмпункт я сам вас отвезу!
- Ты с ума сошел? Я не буду врать и выгораживать эту тварь! Она сломала руку нашему сыну!
- Ты что тупая? Я сказал никакой скорой и полиции! - рычит муж, отбирая у меня телефон.
Шокировано застываю, муж сошел с ума? Эта ненормальная напала на нас с сыном, а он ее выгораживает?!
- Боже, - доходит до меня. - Ты что с ней спишь?!
- Мама, мне больно! - плачет сын, прижимая к себе сломанную руку.
Я мечусь в ужасе, не понимая что делать!
- Черт! Точно перелом, - осматривает руку сына муж.
Переводит взгляд на меня. Зависает в районе горла, сглатывает.
- Что? - машинально касаюсь шеи.
- У тебя на шее следы.
- Я же говорю тебе, эта тварь на нас напала! - киваю на лежащую вниз лицом маньячку.
Прикрыв кулаком губы, Макс пару мгновений смотрит на нее стеклянным взглядом.
- Я вызываю скорую и полицию, немедленно! - трясущимися руками хватаю телефон.
- Никаких скорых и ментов! Скажем, что Ванька неудачно упал. А в травмпункт я сам вас отвезу!
- Ты с ума сошел? Я не буду врать и выгораживать эту тварь! Она сломала руку нашему сыну!
- Ты что тупая? Я сказал никакой скорой и полиции! - рычит муж, отбирая у меня телефон.
Шокировано застываю, муж сошел с ума? Эта ненормальная напала на нас с сыном, а он ее выгораживает?!
- Боже, - доходит до меня. - Ты что с ней спишь?!
– Думаешь, Соколов бросит жену? – женский голос касается моего слуха.
– А разве у него есть выбор? Я беременна! Соколов ради ребёнка готов пойти на всё. Уже завтра его клуша отправится на улицу, а её место займу я, – второй, более мерзкий женский голос режет по ушам.
Казалось бы, обычные офисные сплетни, не имеющие ничего общего с реальностью. Однако Соколов – мой муж, а та самая клуша, судя по всему, – я…
Думала, слова мерзавки — ложь. Однако позже я застала мужа с его секретаршей в одной постели…
Вместо того чтобы искать оправдания, мерзавец предпочёл обвинить меня в воровстве и выгнать меня из дома с ребёнком под сердцем и пустыми карманами.
Я ушла, но скрыла от мерзавца свою беременность. Но через четыре года предатель объявился и предъявил права на ребёнка…
– А разве у него есть выбор? Я беременна! Соколов ради ребёнка готов пойти на всё. Уже завтра его клуша отправится на улицу, а её место займу я, – второй, более мерзкий женский голос режет по ушам.
Казалось бы, обычные офисные сплетни, не имеющие ничего общего с реальностью. Однако Соколов – мой муж, а та самая клуша, судя по всему, – я…
Думала, слова мерзавки — ложь. Однако позже я застала мужа с его секретаршей в одной постели…
Вместо того чтобы искать оправдания, мерзавец предпочёл обвинить меня в воровстве и выгнать меня из дома с ребёнком под сердцем и пустыми карманами.
Я ушла, но скрыла от мерзавца свою беременность. Но через четыре года предатель объявился и предъявил права на ребёнка…
— Ты такая красивая, Алиса, — босс меня за талию обнимает и к себе притягивает. Голову опускает и носом бесстыдно по моей щеки проводит. — Я бы так тебя и съел.
Я — Алиса, рыжеволосая, уверенная в себе женщина с пышными формами, которая тянет на себе весь дом, пока муж валяется на диване. Но сегодня всё изменилось. После его оскорблений я убегаю на работу, где меня ждёт Святослав Валерьевич — мой обаятельный, накачанный начальник. Его бархатный голос, горячие руки и внезапная страсть заставляют забыть о неудачном браке. Кто знал, что один день может перевернуть всё?
Я — Алиса, рыжеволосая, уверенная в себе женщина с пышными формами, которая тянет на себе весь дом, пока муж валяется на диване. Но сегодня всё изменилось. После его оскорблений я убегаю на работу, где меня ждёт Святослав Валерьевич — мой обаятельный, накачанный начальник. Его бархатный голос, горячие руки и внезапная страсть заставляют забыть о неудачном браке. Кто знал, что один день может перевернуть всё?
— Все очень просто: если ты будешь хорошей девочкой, я помогу тебе с твоей проблемой. У меня как раз освободилось место в офисе. Будешь с бумажками работать, кофе мне приносить. А как попрошу — делать мне приятно.
— Мм! Вы совсем обнаглели уже?! — выдаю я, с трудом высвободив скулы из его ручищи. — Я вам не дешевка какая-нибудь! Я не стану…
— И станешь, и ляжешь, еще и добавки попросишь, — говорит он резко и затыкает мне рот поцелуем.
Нагло врывается языком и начинает там такое вытворять, что у меня аж шарики за ролики заходят.
Мычу, не зная, куда деть руки, единственное, о чем думаю — только бы не коснуться его мускулистого тела.
А вот мужчина очень даже знает: берет мое лицо обеими ладошками и еще более страстно целует, выпивая меня до дна, аж забываю, как дышать.
***
Я приехала в город искать работу, и подруга предложила мне пожить у нее, пока я не накоплю денег на аренду квартиры. Только вот забыла упомянуть, что ее отец — очень наглый и похотливый, а еще не принимает отказы
— Мм! Вы совсем обнаглели уже?! — выдаю я, с трудом высвободив скулы из его ручищи. — Я вам не дешевка какая-нибудь! Я не стану…
— И станешь, и ляжешь, еще и добавки попросишь, — говорит он резко и затыкает мне рот поцелуем.
Нагло врывается языком и начинает там такое вытворять, что у меня аж шарики за ролики заходят.
Мычу, не зная, куда деть руки, единственное, о чем думаю — только бы не коснуться его мускулистого тела.
А вот мужчина очень даже знает: берет мое лицо обеими ладошками и еще более страстно целует, выпивая меня до дна, аж забываю, как дышать.
***
Я приехала в город искать работу, и подруга предложила мне пожить у нее, пока я не накоплю денег на аренду квартиры. Только вот забыла упомянуть, что ее отец — очень наглый и похотливый, а еще не принимает отказы
Лёд в его жилах и огонь в её сердце. Он — бессмертный воин с магией, убивающей нежность. Она — та, что нарушила вековое одиночество, растопив холод одним прикосновением. Но в мире, где древние культы охотятся за тайнами, а запретное влечение грозит гибелью, их страсть становится опаснее любого клинка. Смогут ли два одиночки, разделённые расами и судьбой, уберечь то, что зажглось между ними? Или пламя любви сожжёт всё, включая их самих...
– Ты не можешь так просто исчезнуть, Кира. – Голос Габриэля обжигает льдом. Оставляет язвы на коже. Я всегда боялась этого мужчину, даже сильнее чем жестокого супруга. – Ты носишь ребенка моего брата. Единственного наследника, – слова звучат приговором.
– Я не хочу ничего слышать ни о бывшем муже, ни тем более о вашем семействе! С меня достаточно ваших семейных дрязг, тайн и заговоров! Мой ребенок не окунется в эту грязь! Мне не нужны ваши деньги! Можешь оставить их себе!
– Ты очень щедра. Распоряжаешься тем, что не тебе принадлежит.
– Мой ребенок не от Анри!
– Еще одна ложь, и я потеряю терпение, – произносит очень тихо, но от того не менее угрожающе. – Если я сказал, что ты нужна мне, значит так и будет. Я не трачу свое время впустую. Ты больше не беглая вдова. Тебе придется стать женой. Моей.
Выйти замуж за чудовище, с которым мне даже разговаривать страшно?
После его брата-садиста, который избивал меня?
Ни за что! Но какой у меня выбор?
– Я не хочу ничего слышать ни о бывшем муже, ни тем более о вашем семействе! С меня достаточно ваших семейных дрязг, тайн и заговоров! Мой ребенок не окунется в эту грязь! Мне не нужны ваши деньги! Можешь оставить их себе!
– Ты очень щедра. Распоряжаешься тем, что не тебе принадлежит.
– Мой ребенок не от Анри!
– Еще одна ложь, и я потеряю терпение, – произносит очень тихо, но от того не менее угрожающе. – Если я сказал, что ты нужна мне, значит так и будет. Я не трачу свое время впустую. Ты больше не беглая вдова. Тебе придется стать женой. Моей.
Выйти замуж за чудовище, с которым мне даже разговаривать страшно?
После его брата-садиста, который избивал меня?
Ни за что! Но какой у меня выбор?
— Мама! Мамочка!
Иду прямо, не оборачиваясь. Мало ли, кого могут звать дети, бегающие около горок. Точно не меня.
— Мама, — маленькая девочка с криво повязанным бантом бросается мне под ноги и обвивает ручками, не отпуская. — Мамочка!
Рядом с ней, замерев, стоит мальчишка. Задрав голову, смотрит на меня, размазывая бегущие по лицу слёзы.
— Простите.
Теряюсь, не зная, что мне делать. Я очень люблю детей, всегда мечтала о большой семье, но так сложилось, что матерью мне никогда не стать.
— Извините, — повторяю, стараясь расцепить детские пальцы. — Вы ошиблись. Перепутали.
Девочка громко всхлипывает и утыкается носом в мою одежду. Её плечи мелко трясутся, и выдержка изменяет мне.
Присев на корточки, осторожно обнимаю подбежавшую девочку. Мальчик тоже тянется, но его подхватывает на руки подошедший мужчина.
— Извините, они сами, — начинаю и осекаюсь под его мрачным взглядом.
— Сколько?
— М?
Вытираю выступившие слёзы.
— Сколько вы хотите, чтобы стать для них матерью?
Иду прямо, не оборачиваясь. Мало ли, кого могут звать дети, бегающие около горок. Точно не меня.
— Мама, — маленькая девочка с криво повязанным бантом бросается мне под ноги и обвивает ручками, не отпуская. — Мамочка!
Рядом с ней, замерев, стоит мальчишка. Задрав голову, смотрит на меня, размазывая бегущие по лицу слёзы.
— Простите.
Теряюсь, не зная, что мне делать. Я очень люблю детей, всегда мечтала о большой семье, но так сложилось, что матерью мне никогда не стать.
— Извините, — повторяю, стараясь расцепить детские пальцы. — Вы ошиблись. Перепутали.
Девочка громко всхлипывает и утыкается носом в мою одежду. Её плечи мелко трясутся, и выдержка изменяет мне.
Присев на корточки, осторожно обнимаю подбежавшую девочку. Мальчик тоже тянется, но его подхватывает на руки подошедший мужчина.
— Извините, они сами, — начинаю и осекаюсь под его мрачным взглядом.
— Сколько?
— М?
Вытираю выступившие слёзы.
— Сколько вы хотите, чтобы стать для них матерью?
Выберите полку для книги