Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
Первая любовь – какая она? У каждого своя история. Для кого-то это лишь робкая симпатия к соседу по парте, для других - трепетные чувства к самому близкому другу. Бывает, что она взаимна, а порой остается безответной.
А вот у Вики все гораздо сложнее. Ее первая любовь – это бывший парень ее мамы, с которым их связывает давнее прошлое. Чем же обернется эта запретная страсть для юной Вики? Сможет ли она принять прошлое и настоящее мужчины, чья личность не такая простой, как кажется?
А вот у Вики все гораздо сложнее. Ее первая любовь – это бывший парень ее мамы, с которым их связывает давнее прошлое. Чем же обернется эта запретная страсть для юной Вики? Сможет ли она принять прошлое и настоящее мужчины, чья личность не такая простой, как кажется?
— Откуда ты знаешь, как меня зовут? — спрашивает малышка пяти лет.
— Слышала твое имя, — завороженно смотрю на Ульяну. — Приятно познакомиться. Я — Арина, — улыбаюсь девочке и решаюсь спросить: — А как твоего папу зовут?
— Игнат, — звучит имя моего бывшего мужа и мое сердце обрывается в пропасть.
Шесть лет назад я потеряла ребенка при родах, и мы с мужем развелись. У него в добавок ко всему горю, оказалось, любовница давняя. И вот, по воле случая, я встречаю на детской площадке девочку, которая напоминает мне меня на моих детских фотографиях… и моего бывшего мужа. От догадок мое сердце сжимает невероятная боль…
— Слышала твое имя, — завороженно смотрю на Ульяну. — Приятно познакомиться. Я — Арина, — улыбаюсь девочке и решаюсь спросить: — А как твоего папу зовут?
— Игнат, — звучит имя моего бывшего мужа и мое сердце обрывается в пропасть.
Шесть лет назад я потеряла ребенка при родах, и мы с мужем развелись. У него в добавок ко всему горю, оказалось, любовница давняя. И вот, по воле случая, я встречаю на детской площадке девочку, которая напоминает мне меня на моих детских фотографиях… и моего бывшего мужа. От догадок мое сердце сжимает невероятная боль…
Ее мир — идеальный порядок. Его стихия — дикий хаос. Она — столичный архитектор, приехавшая покорять Север. Он — местный подрядчик, который презирает городских выскочек. Один контракт, один заброшенный маяк и один тесный домик на двоих. Это проект на выживание, где ненависть и страсть ходят рука об руку, а главный приз — любовь. Но что, если призраки прошлого вернутся, чтобы разрушить всё? Ее мир — идеальный порядок. Его стихия — дикий хаос. Она — столичный архитектор, приехавшая покорять Север. Он — местный подрядчик, который презирает городских выскочек. Один контракт, один заброшенный маяк и один тесный домик на двоих. Это проект на выживание, где ненависть и страсть ходят рука об руку, а главный приз — любовь. Но что, если призраки прошлого вернутся, чтобы разрушить всё?
Маша Круглова — московская пышечка с золотыми руками и неукротимым оптимизмом — наследует дачу и решает кардинально изменить жизнь. План простой: стать деревенской, освоить русскую печь и найти мужчину мечты среди местных жителей (вместо козла мужа, который ей изменил и ушел к худой швабре).
Но уже в первый день все идет наперекосяк! Попытка испечь пирожки заканчивается задымлением всей округи и появлением ЕГО — Егора Орлова, соседа-медведя с лицом античного героя и характером генерала в отставке.
Егор живет по расписанию: подъем в 6:00, работа в тишине, овощи растут по линейке. Маша — это ходячий хаос.
А еще есть дочь Егора, его девушка и всякие соседи.
Будет весело, грустно, смешно и вкусно. ХЭ гарантирован
Но уже в первый день все идет наперекосяк! Попытка испечь пирожки заканчивается задымлением всей округи и появлением ЕГО — Егора Орлова, соседа-медведя с лицом античного героя и характером генерала в отставке.
Егор живет по расписанию: подъем в 6:00, работа в тишине, овощи растут по линейке. Маша — это ходячий хаос.
А еще есть дочь Егора, его девушка и всякие соседи.
Будет весело, грустно, смешно и вкусно. ХЭ гарантирован
– Нам надо развестись.
Голос мужа холодный и полный презрения. Я же стою ни жива ни мертва.
– Как долго ты мне изменяешь?! – задаю вопрос севшим голосом. Муж качает головой, дергает за галстук, при этом его глаза безотрывно следят за мной.
– Не тот вопрос задаешь, Валь, – отвечает устало.
– А какой правильно задать?! - вновь спрашиваю совсем тихо.
– Надо спрашивать: «Почему?» – муж иронично отвечает, выгибая бровь.
Боль оглушает, и я, словно безвольная кукла, спрашиваю ровно то, что хочет Петр:
– Почему нам надо развестись, Хворостовский?!
– Потому что… моя любовница беременна…
Спустя двадцать лет брака муж завел другую семью, а я развелась, так и не сказав, что вновь беременна. Только однажды муж вновь появляется в моей жизни и требует второй шанс…
Голос мужа холодный и полный презрения. Я же стою ни жива ни мертва.
– Как долго ты мне изменяешь?! – задаю вопрос севшим голосом. Муж качает головой, дергает за галстук, при этом его глаза безотрывно следят за мной.
– Не тот вопрос задаешь, Валь, – отвечает устало.
– А какой правильно задать?! - вновь спрашиваю совсем тихо.
– Надо спрашивать: «Почему?» – муж иронично отвечает, выгибая бровь.
Боль оглушает, и я, словно безвольная кукла, спрашиваю ровно то, что хочет Петр:
– Почему нам надо развестись, Хворостовский?!
– Потому что… моя любовница беременна…
Спустя двадцать лет брака муж завел другую семью, а я развелась, так и не сказав, что вновь беременна. Только однажды муж вновь появляется в моей жизни и требует второй шанс…
- Ольга, здравствуйте, - блондинка подходит ко мне вплотную. - Я Света, - ее улыбка напоминает звериный оскал, полный самодовольства. - Андрей не может с вами поговорить лично, поэтому приехала я.
- Андрей? - сердце пропускает удар. - Мой муж Андрей? Откуда вы знаете моего мужа? С ним что-то случилось? - внезапно охватывает панический страх.
- Нет, Ольга, с ним как раз все в полном порядке, - Я его любовница.
- Это какая-то ошибка…
- Оль! - ее голос эхом раздается на весь парк, и я вздрагиваю от этой наигранной фамильярности. - Если бы не смерть вашей старшей дочери год назад, он бы ушел от вас еще раньше!
***
Не зажившие раны начинают с новой силой кровоточить, как этот подонок только посмел, прикрываться нашей трагедией. Он за все заплатит…
- Андрей? - сердце пропускает удар. - Мой муж Андрей? Откуда вы знаете моего мужа? С ним что-то случилось? - внезапно охватывает панический страх.
- Нет, Ольга, с ним как раз все в полном порядке, - Я его любовница.
- Это какая-то ошибка…
- Оль! - ее голос эхом раздается на весь парк, и я вздрагиваю от этой наигранной фамильярности. - Если бы не смерть вашей старшей дочери год назад, он бы ушел от вас еще раньше!
***
Не зажившие раны начинают с новой силой кровоточить, как этот подонок только посмел, прикрываться нашей трагедией. Он за все заплатит…
- Милый, а как же твоя жена? - елейный женский голос доносится из спальни, смешанный с тихими протяжными стонами удовольствия.
- Даш, у нас есть еще время, не останавливайся.
Дрожащей рукой медленно приоткрываю дверь шире. Сердце замирает, перестает стучать. Воздух застревает в горле, легкие сжимаются.
От картины перед глазами тошнотворный ком подкатывает к горлу.
Внезапно девушка выпрямляет шею, и ее темные глаза встречаются с моими. Зрачки расширяются от ужаса…
-Паша, там... там кто-то...- - заикается она, прикрывая грудь смятой простыней.
-Сеня! Какого черта! - он вопит от злости так громко, что Максим в люльке вздрагивает и начинает хныкать. - Если не хочешь присоединиться, выйди вон отсюда! Ты портишь весь момент!
- Даш, у нас есть еще время, не останавливайся.
Дрожащей рукой медленно приоткрываю дверь шире. Сердце замирает, перестает стучать. Воздух застревает в горле, легкие сжимаются.
От картины перед глазами тошнотворный ком подкатывает к горлу.
Внезапно девушка выпрямляет шею, и ее темные глаза встречаются с моими. Зрачки расширяются от ужаса…
-Паша, там... там кто-то...- - заикается она, прикрывая грудь смятой простыней.
-Сеня! Какого черта! - он вопит от злости так громко, что Максим в люльке вздрагивает и начинает хныкать. - Если не хочешь присоединиться, выйди вон отсюда! Ты портишь весь момент!
После измены парня и предательства подруги мне пришлось уйти из съемной квартиры и вернуться в родительский дом. Но вдруг оказывается, теперь мне придётся жить не с мамой, а с дерзким, но невыносимо обаятельным мерзавцем. Вот так испытание!
Смогу ли я, девушка с лишним весом и кучей проблем, сохранять спокойствие и уверенность в себе, оказавшись под одной крышей с мужчиной, который привык к вниманию самых красивых женщин?
И что повлечёт за собой наше совместное проживание?
Смогу ли я, девушка с лишним весом и кучей проблем, сохранять спокойствие и уверенность в себе, оказавшись под одной крышей с мужчиной, который привык к вниманию самых красивых женщин?
И что повлечёт за собой наше совместное проживание?
— Дрожишь, малышка, — его голос хриплый, низкий, будто сам воздух в комнате становится гуще.
— Я… боюсь, — и сама слышу, как фальшиво это звучит. Мой страх слишком похож на желание.
— Не ври. Твоё тело орёт громче тебя, — пальцами едва касаются моей кожи, и я вздрагиваю, ненавидя себя за это.
— Сет, остановись…
— Скажи честно, ты хочешь, чтобы я ушёл? — шепчет на самое ушко, и по коже бежит пожар.
— Я ненавижу тебя, — срываюсь, проклиная этого парня всей душой и всем сердцем.
— А задыхаешься так, будто любишь, — его усмешка прожигает сильнее прикосновений.
— Чёрт… — губы предательски вырывают звук, ближе к крику, чем к слову.
— Признайся! — Сет влажно шипит мне в губы. — Признайся добровольно, что ты все ещё моя, — до боли сминает мои скулы и смотрит горящим, диким взглядом. — Иначе я заставлю!
— Я… боюсь, — и сама слышу, как фальшиво это звучит. Мой страх слишком похож на желание.
— Не ври. Твоё тело орёт громче тебя, — пальцами едва касаются моей кожи, и я вздрагиваю, ненавидя себя за это.
— Сет, остановись…
— Скажи честно, ты хочешь, чтобы я ушёл? — шепчет на самое ушко, и по коже бежит пожар.
— Я ненавижу тебя, — срываюсь, проклиная этого парня всей душой и всем сердцем.
— А задыхаешься так, будто любишь, — его усмешка прожигает сильнее прикосновений.
— Чёрт… — губы предательски вырывают звук, ближе к крику, чем к слову.
— Признайся! — Сет влажно шипит мне в губы. — Признайся добровольно, что ты все ещё моя, — до боли сминает мои скулы и смотрит горящим, диким взглядом. — Иначе я заставлю!
— Пожалуй, я готов простить твой долг. — произнес Дамир, наконец обернувшись к отцу, но не отпуская меня. — В обмен на нее.
— Что? — вырвалось у меня шепотом.
Я перевела взгляд на отца, его плечи сгорбились, взгляд метался по комнате, словно искал спасения.
— У тебя десять секунд на размышления. — спокойно произнес мужчина. — А потом тебя запихнут в багажник и…
— Дамир, умоляю… — голос отца сорвался на хрип.
— Один, два, три… — не слушая его, этот страшный мужчина начал свой счет.
Когда он досчитал до десяти и молча, с легкой усмешкой, взмахнул рукой, отец выкрикнул:
— Я согласен!
— Что? — вырвалось у меня шепотом.
Я перевела взгляд на отца, его плечи сгорбились, взгляд метался по комнате, словно искал спасения.
— У тебя десять секунд на размышления. — спокойно произнес мужчина. — А потом тебя запихнут в багажник и…
— Дамир, умоляю… — голос отца сорвался на хрип.
— Один, два, три… — не слушая его, этот страшный мужчина начал свой счет.
Когда он досчитал до десяти и молча, с легкой усмешкой, взмахнул рукой, отец выкрикнул:
— Я согласен!
Выберите полку для книги