Книги по тегу «первая любовь»: ""
Ему сказали, что она изменила.
Ей — что он погиб.
Они не попрощались.
Вместо венчания — фронт.
Вместо писем — тишина.
И все равно в голове обоих звучал тот самый вальс, который они танцевали на пороге судьбоносного 1941…
А потом они встретились. Случайно.
И всё, что было зарыто — воскресло
О любви, которая не умирает.
О силе воли человека, который не сдается.
О Народе, который победил.
О нашей с вами истории.
Счастливый финал!
Реальная история!
ЗАВЕРШЕНО!!!
Ей — что он погиб.
Они не попрощались.
Вместо венчания — фронт.
Вместо писем — тишина.
И все равно в голове обоих звучал тот самый вальс, который они танцевали на пороге судьбоносного 1941…
А потом они встретились. Случайно.
И всё, что было зарыто — воскресло
О любви, которая не умирает.
О силе воли человека, который не сдается.
О Народе, который победил.
О нашей с вами истории.
Счастливый финал!
Реальная история!
ЗАВЕРШЕНО!!!
— Не трогай меня! Никогда! — цежу сквозь зубы, тыкая в него пальцем.
Он смотрит на меня, дерзко ухмыляется и… обхватывает мой палец губами.
— Ты маньяк?! — выдыхаю.
— Может быть. С тех пор, как тебя увидел, у меня проснулись маниакальные наклонности.
— Не приближайся ко мне, иначе...
— Иначе что, Снежинка? — он делает шаг вперёд.
Я пятюсь и упираюсь в подоконник.
— Я на тебя заявление напишу.
— Это даже интересно. — он усаживает меня на край, вжимается между ног.
— Ты…ты...
— Не волнуйся. Девушки часто теряют дар речи при мне.
Она выворачивает его наизнанку.
Он рушит её границы.
Она не хочет чувств.
Он не верит в любовь.
Но между ними — не просто искры.
Между ними — пожар.
Он смотрит на меня, дерзко ухмыляется и… обхватывает мой палец губами.
— Ты маньяк?! — выдыхаю.
— Может быть. С тех пор, как тебя увидел, у меня проснулись маниакальные наклонности.
— Не приближайся ко мне, иначе...
— Иначе что, Снежинка? — он делает шаг вперёд.
Я пятюсь и упираюсь в подоконник.
— Я на тебя заявление напишу.
— Это даже интересно. — он усаживает меня на край, вжимается между ног.
— Ты…ты...
— Не волнуйся. Девушки часто теряют дар речи при мне.
Она выворачивает его наизнанку.
Он рушит её границы.
Она не хочет чувств.
Он не верит в любовь.
Но между ними — не просто искры.
Между ними — пожар.
Парень улетел без меня на отдых? Не беда, полечу следом. Какой же отдых без меня?! Успокоив собственные страхи, по незнанию языка, страны и боязнь самолетов, оказываюсь в Турции. Вот только встретиться не суждено. Зато я встречаю в самолете свою первую любовь, а потом еще оказываюсь в его номере, когда тот принимает душ.
Отдых безнадежно испорчен или еще нет?
Отдых безнадежно испорчен или еще нет?
Когда-то он был ее первой любовью. А она его вечной проблемой и головной болью. Дочка маминой лучшей подруги, девочка, которая находит проблемы на ровном месте, а еще чаще сама создает их.
Разве Коля думал, что снова встретит ее у себя на работе? В обезьяннике, куда пришел допрашивать подозреваемых. Конечно же, нет! У него воображения на такое не хватит!
Зато у Златки хватит. И влипнуть в очередную историю, и ворваться в его жизнь, круша все на своем пути. Интересно, кто кого перевоспитает?..
Разве Коля думал, что снова встретит ее у себя на работе? В обезьяннике, куда пришел допрашивать подозреваемых. Конечно же, нет! У него воображения на такое не хватит!
Зато у Златки хватит. И влипнуть в очередную историю, и ворваться в его жизнь, круша все на своем пути. Интересно, кто кого перевоспитает?..
Дверь в мою спальню с грохотом открывается. На пороге появляется отец. Злой, как и постоянно в последнее время.
— Готовься, Кира, свадьба через две недели, — сообщает сухо.
— Я уже говорила, что не выйду замуж за Тагаева.
— Не за него ты замуж выходишь, Кира. За отца ребенка.
Я сглатываю. Внутри что-то будто обрывается и тут же взмывает вверх. За секунду это происходит. Я от волнения едва перебираю языком и вспоминаю слова.
— За кого, папа?
Мне нужно это спросить, услышать. Быть уверенной, что папа не пытается вытащить из меня имя отца моего ребенка, которое я держу в тайне.
— За Кирилла Багрова, конечно. Или ты забыла, от кого беременна?
— Готовься, Кира, свадьба через две недели, — сообщает сухо.
— Я уже говорила, что не выйду замуж за Тагаева.
— Не за него ты замуж выходишь, Кира. За отца ребенка.
Я сглатываю. Внутри что-то будто обрывается и тут же взмывает вверх. За секунду это происходит. Я от волнения едва перебираю языком и вспоминаю слова.
— За кого, папа?
Мне нужно это спросить, услышать. Быть уверенной, что папа не пытается вытащить из меня имя отца моего ребенка, которое я держу в тайне.
— За Кирилла Багрова, конечно. Или ты забыла, от кого беременна?
— Чего вы хотите? Для шантажа не самое удачное время, — вскинул бровь Симаков.
— Я здесь, чтобы попрощаться с Арсением Карловичем, — возразила девушка, поправила вуаль на шляпке.
— Будем считать, что он вас услышал, — хмыкнул Егор.
— И выразить соболезнования близким, — продолжила Зорькина.
— Ставьте галочку и над этим пунктом тоже. Все? — с сарказмом уточнил Симаков.
— Вы не настроены на диалог, — грустно улыбнулась девушка.
— Вчера у меня умер отец. В вашей постели. Считаете, что я перегибаю?
— Возможно, — пожала плечом любовница отца. — Могу я подойти?
Девушка кивнула на гроб, в котором обрел покой Арсений Симаков.
— Две минуты, — все же позволил Егор.
🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥
История любви Егора Симакова.
— Я здесь, чтобы попрощаться с Арсением Карловичем, — возразила девушка, поправила вуаль на шляпке.
— Будем считать, что он вас услышал, — хмыкнул Егор.
— И выразить соболезнования близким, — продолжила Зорькина.
— Ставьте галочку и над этим пунктом тоже. Все? — с сарказмом уточнил Симаков.
— Вы не настроены на диалог, — грустно улыбнулась девушка.
— Вчера у меня умер отец. В вашей постели. Считаете, что я перегибаю?
— Возможно, — пожала плечом любовница отца. — Могу я подойти?
Девушка кивнула на гроб, в котором обрел покой Арсений Симаков.
— Две минуты, — все же позволил Егор.
🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥
История любви Егора Симакова.
Каждая кикимора знает: получила распределение у Лешего, вырыла нору под берёзкой, живи и радуйся, но никогда не путайся под ногами у стража Серого леса! Интересно, а что сам страж думает о нас, кикиморах? Ладно, не о всех кикиморах, об одной. Но очень очаровательной!
***
Перед вами первый гримуар находчивой и неугомонной кикиморы, в который она подробно записывала всё: заговоры (и их побочные действия на нечисть), продвижение по службе в звании Бабы Яги и даже историю своей первой и единственной любви.
***
Перед вами первый гримуар находчивой и неугомонной кикиморы, в который она подробно записывала всё: заговоры (и их побочные действия на нечисть), продвижение по службе в звании Бабы Яги и даже историю своей первой и единственной любви.
– И долго мы будем играть в эти салочки? – засовывая руки в карманы, улыбается он.
– Салочки?! – взрываюсь я. Оборачиваюсь, беру с полки расчёску, кидаю в него. – Какие к чёрту салочки, Гротов?! Ты приехал, свалился как снег на голову! – пудра летит следом. – Ведёшь себя так, будто я обязана отвечать тебе на все номера, которые ты выкидываешь! – хватаю духи. Кидаю.
От них он тоже уворачивается. Флакон врезается в стену, а жидкость растекается по полу, заполняя помещение ароматом ванили.
– Ты не имеешь на это никакого права! – голос срывается на крик. – Не имеешь, Дима! Не после того, как разнёс меня в щепки.
***
Он — мой первый. И все чего я хотела — долго и счастливо. Наивная, молодая девчонка.
Он уехал, оставив после себя пустоту. И мне понадобилось пять лет, чтобы научится жить без мыслей о нем.
Но он вернулся, перевернув весь мой четко слаженный мир с ног на голову. И теперь нам предстоит понять, кто мы друг другу.
– Салочки?! – взрываюсь я. Оборачиваюсь, беру с полки расчёску, кидаю в него. – Какие к чёрту салочки, Гротов?! Ты приехал, свалился как снег на голову! – пудра летит следом. – Ведёшь себя так, будто я обязана отвечать тебе на все номера, которые ты выкидываешь! – хватаю духи. Кидаю.
От них он тоже уворачивается. Флакон врезается в стену, а жидкость растекается по полу, заполняя помещение ароматом ванили.
– Ты не имеешь на это никакого права! – голос срывается на крик. – Не имеешь, Дима! Не после того, как разнёс меня в щепки.
***
Он — мой первый. И все чего я хотела — долго и счастливо. Наивная, молодая девчонка.
Он уехал, оставив после себя пустоту. И мне понадобилось пять лет, чтобы научится жить без мыслей о нем.
Но он вернулся, перевернув весь мой четко слаженный мир с ног на голову. И теперь нам предстоит понять, кто мы друг другу.
Я обещала жить для Макса. Пошла ради него на огромный риск, а он оставил меня на операционном столе ради карьеры. После этого моя жизнь круто изменилась. Теперь я живу для себя.
Я научилась заново жить, ходить, улыбаться и радоваться каждому дню. Но в момент, когда узнаю, что он вернулся в город, все мои баррикады рушатся. При виде его разум вопит: беги. Только у сердца и тела совсем другие планы. И я не представляю, как избежать нового разочарования, если при первой же встрече между нами вспыхивает пожар, сжигающий всё на своём пути.
Майя уверена, что я её предал. Возможно, так и есть.
Только жизнь швырнула меня на самое дно, наказав за все грехи. И когда попытался из него выгрести, вернуться домой и восстановить оборванные связи с семьёй, узнал, что Майя живёт с моим братом.
Кто же мог подумать, что попытка жить нормальной жизнью заплетёт вокруг нас такой клубок из лжи, что каждая распутанная ниточка будет вырывать кусок души, пока в конце от нас не останется ничего.
Я научилась заново жить, ходить, улыбаться и радоваться каждому дню. Но в момент, когда узнаю, что он вернулся в город, все мои баррикады рушатся. При виде его разум вопит: беги. Только у сердца и тела совсем другие планы. И я не представляю, как избежать нового разочарования, если при первой же встрече между нами вспыхивает пожар, сжигающий всё на своём пути.
Майя уверена, что я её предал. Возможно, так и есть.
Только жизнь швырнула меня на самое дно, наказав за все грехи. И когда попытался из него выгрести, вернуться домой и восстановить оборванные связи с семьёй, узнал, что Майя живёт с моим братом.
Кто же мог подумать, что попытка жить нормальной жизнью заплетёт вокруг нас такой клубок из лжи, что каждая распутанная ниточка будет вырывать кусок души, пока в конце от нас не останется ничего.
Мажорка в один день лишилась всей семьи, стала получать угрозы от анонима и обратилась за защитой к самому грозному гопнику универа... а он согласился помочь...
Выберите полку для книги