Книги по тегу «плен»: ""
Десять лет брака с графом Скоберски стали для Ани медленной пыткой. Холодность мужа, его равнодушие к её болезни и жестокость, которую он называл «супружеским долгом», почти сломали её. Но когда на замок нападают, а граф сбегает, бросив умирающую жену, судьба даёт Ани последний шанс. Её похищает сам Оскал Джей, самый свирепый пират Семи морей. Кто он на самом деле? Почему его улыбка, похожая на оскал, кажется ей до боли знакомой? И зачем пирату больная графиня?
— Я уже подумала, — она гордо задрала нос и, нахмурившись, напомнила: — Я тебя не знаю, а тут сразу замуж…
— Можешь и не успеть узнать, — сообщил, не позволяя разорвать зрительный контакт и, словив её растерянность, пояснил: — Хозяин дал месяц. Либо ты станешь моей, либо вернёшься в Россию.
— Значит, вернусь, — выдавила она неуверенно.
— А что потом? — продолжил напирать. — Тебя ведь там никто не ждёт.
— Ну и пусть, — отвела взгляд Тася и, нахмурившись, зарычала: — Мне там кое с кем поквитаться надо.
— В смысле? — от удивления плюхнулся на пятую точку.
— Директрисе, которая нас продала, куратору, который… — перечислила она, запинаясь, при этом подтверждая взглядом недетскую решимость.
Внешность куклы и непростой характер, — всё, что дала мне мать. Недоверчивость и осторожность дикого зверька привили в детдоме. А дальше?.. Надежды и мечты разбились вдребезги, когда словно игрушку, выставленную на витрине, меня купил монстр с Востока.
— Можешь и не успеть узнать, — сообщил, не позволяя разорвать зрительный контакт и, словив её растерянность, пояснил: — Хозяин дал месяц. Либо ты станешь моей, либо вернёшься в Россию.
— Значит, вернусь, — выдавила она неуверенно.
— А что потом? — продолжил напирать. — Тебя ведь там никто не ждёт.
— Ну и пусть, — отвела взгляд Тася и, нахмурившись, зарычала: — Мне там кое с кем поквитаться надо.
— В смысле? — от удивления плюхнулся на пятую точку.
— Директрисе, которая нас продала, куратору, который… — перечислила она, запинаясь, при этом подтверждая взглядом недетскую решимость.
Внешность куклы и непростой характер, — всё, что дала мне мать. Недоверчивость и осторожность дикого зверька привили в детдоме. А дальше?.. Надежды и мечты разбились вдребезги, когда словно игрушку, выставленную на витрине, меня купил монстр с Востока.
В холодных стенах Небесной крепости томится Кайрос Вейн — мятежный маг, чья жизнь превратилась в череду испытаний. Осуждённый за борьбу против системы, он оказывается в ловушке собственной судьбы, где каждый день — это борьба за право на существование.
В застенках крепости судьба сводит его с Валерией Марселлой — молодой, дерзкой и умной чародейкой, чья встреча с узником перерастает в нечто большее. Её искренний интерес к заключённому, её попытки увидеть в нём человека, а не преступника, постепенно меняют не только его взгляд на жизнь, но и её собственное понимание справедливости.
В застенках крепости судьба сводит его с Валерией Марселлой — молодой, дерзкой и умной чародейкой, чья встреча с узником перерастает в нечто большее. Её искренний интерес к заключённому, её попытки увидеть в нём человека, а не преступника, постепенно меняют не только его взгляд на жизнь, но и её собственное понимание справедливости.
Кристина попала в дом к опасным парням. А самый бешенный из них стал её владельцем. Теперь девушке придётся выживать в одной постели с ним.
Король велел мне придумать способ унизить пленного эльфийского принца, потому что его народ нарушил мирное соглашение и напал на нашу страну. И я решила сделать принца врагов своим слугой.
И вот так он оказался в моих покоях. Связанный, но не сломленный.
Эльфийский принц не верит, что я желаю ему добра, и его зеленые глаза горят ненавистью. В любой момент он может переступить закон чести и воспользоваться моим доверием. Как же он поступит и почему ему так нравится мой кинжал?
И вот так он оказался в моих покоях. Связанный, но не сломленный.
Эльфийский принц не верит, что я желаю ему добра, и его зеленые глаза горят ненавистью. В любой момент он может переступить закон чести и воспользоваться моим доверием. Как же он поступит и почему ему так нравится мой кинжал?
Его все зовут Зверь. И смотря в безжалостные глаза мужчины,я верю этому. Одна оплошность - и я потеряла все: свободу, семью, право любить и выбора жить мне или умереть. Я бесправная игрушка Зверя. Но что-то заставляет каждый раз вздрагивать сердце, когда он смотрит на меня, думая, что я не вижу.
Глухая амурская тайга, 1990-е. Старатель Сергей с женой Анной и братом Михаилом находит золото — шанс вырваться из нищеты. Но призрачный фарт оборачивается проклятием: на их лагерь нападает банда беглых заключённых.
Я всегда считала, что самый страшный звук в мире — это звонок будильника в понедельник утром. Я ошибалась.
Самый страшный звук — это когда твой собственный крик увязает в чьей-то огромной ладони, а ноги отрываются от асфальта так резко, что мир переворачивается вверх дном. Фонари в переулке превратились в размытые золотые полосы, моя сумочка с эскизами полетела в лужу, и я даже не успела испугаться по-настоящему. Просто мозг отказался обрабатывать информацию. Это же не могло случиться со мной.
Меня зовут Виолетта. Мне двадцать два. Я рисую цветы, которые никогда не завянут, и боюсь пауков. Я та дочь, которую папа всю жизнь прятал за высокими заборами, дорогими машинами с тонированными стеклами и вежливой ложью о том, что «мир вокруг опасен». И знаете что? Он оказался прав.
Самый страшный звук — это когда твой собственный крик увязает в чьей-то огромной ладони, а ноги отрываются от асфальта так резко, что мир переворачивается вверх дном. Фонари в переулке превратились в размытые золотые полосы, моя сумочка с эскизами полетела в лужу, и я даже не успела испугаться по-настоящему. Просто мозг отказался обрабатывать информацию. Это же не могло случиться со мной.
Меня зовут Виолетта. Мне двадцать два. Я рисую цветы, которые никогда не завянут, и боюсь пауков. Я та дочь, которую папа всю жизнь прятал за высокими заборами, дорогими машинами с тонированными стеклами и вежливой ложью о том, что «мир вокруг опасен». И знаете что? Он оказался прав.
Он осмотрел палубу. Команду. Трюм. И остановился. На Лире.
Она стояла у мачты. В простом платье. С книгой в руках. Не пряталась. Не кричала. Смотрела. В упор. Потому что бояться было поздно. А не смотреть — значит, сдаться раньше времени.
Рагнар подошёл. Медленно. Тяжело. Каждый шаг — как удар волны о борт. Остановился в шаге. Посмотрел сверху вниз. Серые глаза. Холодные. Оценивающие.
— Кто ты? — спросил он. Голос низкий. Грудной. Как гром вдалеке.
— Лира Вальден. Лекарь. Плыву на Южные Острова.
— Дочь ярла Вальдена?
Лира сжала челюсть. Кивнула.
Рагнар усмехнулся. Не весело. Зло. Коротко.
— Ярл Вальден должен мне три корабля. И двадцать жизней. За то, что сжёг мою деревню. Восемь лет назад.
Лира молчала. Она знала. Знает, что отец делал. Что он сжёг. Кого убил. Знала и ненавидела его за это. Но молчала. Потому что слова не помогут.
— Ты поплывёшь со мной, — сказал Рагнар. Не вопрос. Не просьба. Факт. — Пока ярл не заплатит. Ты — залог.
— А если он не заплатит?
Она стояла у мачты. В простом платье. С книгой в руках. Не пряталась. Не кричала. Смотрела. В упор. Потому что бояться было поздно. А не смотреть — значит, сдаться раньше времени.
Рагнар подошёл. Медленно. Тяжело. Каждый шаг — как удар волны о борт. Остановился в шаге. Посмотрел сверху вниз. Серые глаза. Холодные. Оценивающие.
— Кто ты? — спросил он. Голос низкий. Грудной. Как гром вдалеке.
— Лира Вальден. Лекарь. Плыву на Южные Острова.
— Дочь ярла Вальдена?
Лира сжала челюсть. Кивнула.
Рагнар усмехнулся. Не весело. Зло. Коротко.
— Ярл Вальден должен мне три корабля. И двадцать жизней. За то, что сжёг мою деревню. Восемь лет назад.
Лира молчала. Она знала. Знает, что отец делал. Что он сжёг. Кого убил. Знала и ненавидела его за это. Но молчала. Потому что слова не помогут.
— Ты поплывёшь со мной, — сказал Рагнар. Не вопрос. Не просьба. Факт. — Пока ярл не заплатит. Ты — залог.
— А если он не заплатит?
Он — опасный преступник, которого боится вся тюрьма.
Я — его новая надзирательница.
Каэль привык нравиться женщинам. Улыбка, несколько красивых слов, чуть больше внимания и обычно он получает то, что хочет.
Но я слишком хорошо знаю, что стоит за его обаянием.
Поэтому, когда он начинает флиртовать со мной, я не поддаюсь. Наоборот, мне становится любопытно.
Я наблюдаю за ним, разбираю его уловки одну за другой и иногда даже подыгрываю, чтобы посмотреть, что он предпримет дальше.
Он пытается очаровать меня. Я позволяю ему думать, что у него получается.
Только постепенно наша игра становится слишком убедительной.
И однажды я замечаю, что уже не понимаю, кто из нас двоих действительно играет.
Я — его новая надзирательница.
Каэль привык нравиться женщинам. Улыбка, несколько красивых слов, чуть больше внимания и обычно он получает то, что хочет.
Но я слишком хорошо знаю, что стоит за его обаянием.
Поэтому, когда он начинает флиртовать со мной, я не поддаюсь. Наоборот, мне становится любопытно.
Я наблюдаю за ним, разбираю его уловки одну за другой и иногда даже подыгрываю, чтобы посмотреть, что он предпримет дальше.
Он пытается очаровать меня. Я позволяю ему думать, что у него получается.
Только постепенно наша игра становится слишком убедительной.
И однажды я замечаю, что уже не понимаю, кто из нас двоих действительно играет.
Выберите полку для книги