Книги по тегу «полная героиня»: ""

Он мажор-хулиган, бунтующий против властного отца единственным способом, который знает: проваливая учёбу и пускаясь во все тяжкие. Она отличница из обычной семьи, чья броня – безупречные оценки, а боль – собственное тело.
Они ненавидят друг друга с первого дня в университете. Его раздражает её принципиальность. Её ранят его жестокие насмешки. Казалось бы, между ними – пропасть, но, когда его лишают денег, а она отчаянно нуждается в них, их матери устраивают роковое «совпадение»: теперь она его репетитор по английскому.
Теперь двое вынуждены встречаться лицом к лицу. И война, начавшаяся в стенах университета, перемещается в тесное пространство её комнаты, где ненависть неожиданно начинает давать трещины…

— Бухгалтер, милый мой бухгалтер, — начальник — Сан Саныч входит в мой кабинет, напевая извечную песню.
— Ты знаешь, что эта песня про мужика? — фыркаю я.
— Ты богиня! Восхитительная моя находка! — льёт елей он.
— Ой, хвалите меня, хвалите, — смеюсь я.
— Я, может, тебя соблазнять собрался, — шутливо говорит он.
— А я, может, и не против, — упираю руку в бок и смотрю на него.
— Правда? — тут же заинтересованно прищуривается он.
— А чего бы и нет?
Он молчит какое-то время, внимательно вглядываясь в моё лицо, а потом говорит низко:
— Иди к себе в кабинет.

— Привет, Стелла, — я вздрагиваю от знакомого голоса. — Приятно, что ты решила заехать ко мне в гости.
Когда я открываю глаза, передо мной в кресле так же вальяжно, как и в ресторане расположился Артем.
— Это теперь так называется? — я с трудом принимаю вертикальное положение, усаживаясь на диване и сжимая руками раскалывающаяся голову. — Вы меня похитили, и я требую, чтобы немедленно отпустили меня домой.
— Я тебя не похитил, — широко улыбается мужчина, демонстрируя безупречные зубы. — Я тебя купил.

Очнулась я от жуткой тряски. Казалось, весь мир вокруг меня ходит ходуном. Может, я вчера напилась и уснула на американских горках? Глаза отказывались открываться, к горлу подкатывала тошнота, а я во рту было так сухо, будто я всю ночь облизывала наждачку.
Память услужливо подкинула видение. Тёмный двор, непонятный мужик с горящими глазами и клинок, усыпанный разноцветными камешками.
Чёрт, я похоже умерла и попала в персональный ад, очень напоминающий последствия крупного возлияния. Так плохо мне было лишь однажды, когда я по собственной глупости запивала самогон дешёвым пивом.
— Аааааа... — протяжно застонала я, пытаясь открыть слипшиеся веки.
— Чего орёшь, придурочная? —донеслось откуда-то сбоку.
Я попыталась повернуться на звук и тут же обнаружила, что мои ноги и руки стягивают тугие верёвки. Это ж надо, влипла так влипла. Похоже, в аду существует не только похмелье, но и маньяки.

— Я завтра вечером уезжаю в командировку. Пока меня не будет, то у нас поживет мой отец.
— Зачем?
— Чтобы ты любовников не водила в мое отсутствие.
— Я не собираюсь никого водить.
— Ты так помешена на интиме, что я тебе не верю, — ответил мне муж. — А раз ты никого водить не собираешься, то мой отец тебе ничем не помешает.
Так началась моя неделя проживания под одной крышей со свекром. Он должен был отгонять от меня любовников, но сам перебрался ко мне в постель. Это явно не понравится мужу. Но мне все равно. Я свой выбор сделала.

Моё сердце делает кувырок — смесь нежности, азарта и дикого веселья. Идеальный момент. Просто. Идеальный.
Я делаю уверенный шаг вперёд, в центр комнаты, широко распахиваю полы своей роскошной шубки, обнажая всё великолепие чёрного кружева, и провозглашаю самым игривым, счастливым голосом, на который способна:
— С юбилеем, любимый! А я к тебе с сюрпризом!
Время замирает.
Вопреки моим ожиданиям лицо Лёши не озаряется улыбкой. Не вспыхивает восхищением. Оно… искажается.
Раздаётся хриплый, захлёбывающийся, душераздирающий вой. Звук чистой, животной агонии.
Он изгибается в кресле, будто его ударили током. Его прежде гордая осанка превращается в позу скрюченного червя.
Из-под стола у его ног вылетает, как чёртик из табакерки, Карина, его секретарша...

Родион Птахов – суровый опер, для которого работа всегда была и будет на первом месте. После расставания с девушкой он переезжает в новую квартиру, где его соседями оказываются два мальчугана.
Мальчишки просят настоящего полицейского доставить Деду Морозу их послание. Но у Родиона своих проблем полно: мама напрашивается на Новый год, а бывшая вдруг осознает, что вариант мужчины с погонами был не так уже и плох.

– Шилов Андрей Валерьевич? – спрашиваю пискляво, и этот нелепый звук сдаёт меня с потрохами.
– Допустим.
– Я пришла с проверкой, – вкладывая в голос побольше задора, распахиваю пальто, как заправский извращенец, – из департамента хорошего настроения! Вы обвиняетесь в излишней хмурости, и я должна вас за это задержать! – выдаю заготовленные фразы, параллельно вытаскивая из кармана меховые наручники. Потряхиваю ими в воздухе, ожидая, что мужчина хоть улыбнётся, но после оглушительного эха, пронёсшегося по подъезду, наступает гнетущая тишина.
Пауза затягивается. Долгая. Неприятная.
Неодобрительным взглядом майор скользит снизу-вверх, останавливаясь на мясистых бёдрах, затем поднимается к груди. В этот момент третья пуговица на рубашке не выдерживает напряжение и выстреливает прямо в каменный пресс. Ткань отгибается, открывая вид на кружевной, прозрачный лифчик.
– Это что, шутка?

ПЕРВЫЕ ДВА ДНЯ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА
— Поразмышляв, я пришел к выводу — фиктивный роман между актёром и автором — лучший пиар для сериала.
Сказал Эрик — агент Кирилла.
— Какой ещё роман, Эрик?! — процедил он. — Ладно бы она была симпатичной! Но эта… — Кирилл с отвращением скривился, глядя на меня.
— А у меня есть жених! — выпалила я от отчаяния.
— Не хотите?.. Тогда завтра же в сети появится та фотография, — пожал плечами Эрик. — Как я и говорил: чёрный пиар — тоже пиар.

Казалось, мечта сбылась: Виталина - обычная писательница, чей роман взялись экранизировать. Но восторг сменился шоком, когда она узнала, кто сыграет главную роль. Теперь ей приходится притворяться возлюбленной ненавистного актера и вести борьбу за семейный бизнес с обаятельным наследником конкурентов. Где заканчивается игра и начинается любовь?

Отчим тяжело дышал, в его глазах кипела буря из разочарования и злости.
— Не ожидал я от тебя Анфиса. — прошипел он. — Я думал, что ты не такая… гулящая, как твоя мать. Но видать, яблоко от яблони недалеко падает. Гены.
— Это не я… Я не звала… — попыталась я оправдаться, не смея поднять глаза.
— Молчи! Я всё видел. — он резко махнул рукой и шагнул ближе. — Я пожалел тебя, Анфиса! Думал ты здесь одна, брошенная. Решил поздравить, подарок принес! — он пнул мешок ногой. — А ты что? Устраиваешь бордель?!
Его друг, прислонился к косяку и достал сигарету.
— Девочке скучно, молодость.
— Молодость? — отчим зло рассмеялся, снял с себя шапку Деда Мороза и швырнул в угол. — А знаешь что детка? Я плачу за эту квартиру! Так что. — он развел руки, оглядывая комнату. — имею полное право тут встретить Новый год.