Книги по тегу «предательство»: ""

Мы с моей женой Ренатой приняли решение расстаться.

Вот только о нашем «решении» я узнала вместе со зрителями — в прямом эфире юбилейного выпуска программы, которую десять лет создавала вместе с мужем.

А после эфира меня уже ждали документы.

Квартира — мне. Деньги — мне. А Виктору — компания, программа, права на наши разработки и моя подпись под собственным исчезновением из дела, которому я отдала десять лет.

Он уверен, что я соглашусь. Ведь двадцать лет я была удобной женой и продюсером, чье имя почти никто не знал.

Только он ошибся в одном.

Развод я подпишу. Отказ от себя — нет.

Пока Виктор строит новую жизнь с другой женщиной, я впервые получаю возможность создать проект под собственным именем. Но бывший муж не собирается спокойно смотреть, как «его жена» становится самостоятельным продюсером. А мужчина, предложивший мне этот шанс, оказывается не спасателем и не рыцарем — он спорит, требует, ошибается… и, в отличие от Виктора, умеет услышать мой ответ.

В мой дом пришла беременная любовница мужа , ровесница моего сына. Сын цинично заявил, что понимает отца. Мой мир рухнул, оставив после себя лишь выжженную землю.

Я тихо воскликнула от радости и предвкушения, что муж втайне от меня забронировал номер в отеле.
Открыла письмо просто чтобы убедиться в реальности происходящего.
“Уважаемые гости! Подтверждаем вашу резервацию. Дата заезда: сегодня, 12 октября в 14:00. Номер: Президентский люкс.
Количество гостей: 2.
Гости: Соколов Дмитрий Андреевич, Волкова Алина Игоревна.”
Я перечитала... Потом еще раз.
Соколов Дмитрий Андреевич - это мой муж, но я не Волкова Алина Игоревна…”
Заселение сегодня…
Прямо сейчас…

Муж думал, что узнав о его измене после десяти лет отношений, семь из которых мы в браке, я смолчу. Но он не помнил какой я могу быть на самом деле.
И это мой кодекс тихой мести

Мой муж должен был выбрать, кем пожертвовать ради своего рода. Он выбрал меня.

Одиннадцать лет я верила Ларену Вейру безоговорочно. Пока на церемонии мира не узнала, что собственный муж тайно подписал договор, по которому меня передают другой стороне живым залогом.

Всего на сорок дней, уверяет он. Ничего между нами не изменится.

Но затем Ларен сам нарушает перемирие — и мои сорок дней превращаются в срок без конца.

Единственный человек, который понимает, что значит оказаться «допустимой потерей», — Орвен Тарс, заложник с вражеской стороны. Он не обещает спасти меня, не требует доверия и не решает за меня.

Но когда корона предлагает вернуть ему всё, что он потерял, в обмен на меня, я должна узнать, способен ли хоть один мужчина выбрать иначе.

И главное — смогу ли я впервые выбрать себя.

Сердце у меня не забилось чаще. Оно, наоборот, будто остановилось на пару ударов, а потом толкнуло где-то в горле, тяжело, с провалом внизу живота. В ушах зазвенело, комната качнулась на полградуса вбок. Я ухватилась за дверную ручку, чтобы не искать равновесие ногами.

— Надя, — сказал Саша. Голос ровный, отработанный, тот, которым он разговаривает с клиентами. — Это не то, что...

Он не договорил. Марина отступила на шаг, прижала ладонь ко рту, и в этом жесте было больше правды, чем в целой Сашиной фразе.
Я развернулась и пошла обратно по коридору. Ноги слушались плохо, я считала шаги, чтобы не упасть — раз, два, три, — мимо стеклянной переговорной, мимо секретарши, вставшей из-за стола с каким-то вопросом на лице, который я не стала читать.

На улице было холодно для сентября. Я остановилась у мусорной урны на углу здания и достала из сумки конверт — тот, с бланком, с моим именем, выведенным лаборантским почерком. Подержала его секунду в руке. Потом бросила.

«— Он больше не имеет права даже смотреть в твою сторону, — тихо, но с пугающей, непреклонной веской силой заговорил Тимур. — Его слова — мусор. Это тело… эта мягкость… все это — мое. Слышишь? Только мое. И я буду защищать его от любого, кто посмеет открыть рот».

После мучительного развода и семи лет брака, разрушившего её самооценку, Алина пытается собрать себя по кусочкам и случайно оказывается в закрытом стрелковом клубе. Там она встречает Тимура — опасного, властного инструктора, который видит в её пышном, неидеальном теле источник первобытной страсти и истинной женственности. Готова ли она сжечь дотла своё прошлое, довериться чужому мужчине и принять его жесткую, собственническую кавказскую любовь как единственное спасение?

За один вечер муж сообщает мне сразу три новости: он хочет развода, у него другая женщина, а через четырнадцать дней имя нашего отеля переедет вместе с ним.

Илья забирает старый бренд, сайт, рекламу, телефон бронирования и часть команды. Мне остаются здание у моря, сорок два номера и девять дней до начала сезона.

Он уверен, что без него я не справлюсь и скоро сама соглашусь продать отель.

Первые дни я почти готова поверить в то же самое.

Но крупнейший корпоративный клиент дает мне семьдесят два часа, чтобы доказать: после исчезновения знакомой вывески здесь остался настоящий отель. И Мирон Ветров совсем не похож на мужчину, который собирается меня спасать. Он задает неудобные вопросы, проверяет каждое обещание и может увести свой контракт в любой момент.

Мне придется заново построить бизнес, которому больше не нужно имя бывшего мужа.

А заодно решить, готова ли я к мужчине, рядом с которым не требуется доказывать, что я чего-то стою.

Она спасёт ему жизнь. А потом уничтожит.

Пять лет назад Илья Соколов разбил её сердце и лишил карьеры, выбрав любовницу. Теперь он тяжело болен и просит Аделину стать его личным врачом.

Идеальный шанс для мести.

Только теперь его жизнь действительно в её руках. Каждый осмотр, каждое прикосновение, каждый удар больного сердца напоминают ей о мужчине, которого она когда-то любила.

А рядом — Лера. Та самая любовница, из-за которой Аделина потеряла всё. И она не собирается позволять бывшей жене вернуться в жизнь Ильи.

Аделина уверена: она пришла сюда разрушить их обоих.

Но Илья утверждает, что пять лет назад не знал всей правды.

И когда его сердце действительно остановится, Аделине придётся решить, чего она хочет больше: мести или его жизни.

Потому что иногда самое опасное — не простить предателя.

А снова его полюбить.

- Сомова, ты мне можешь объяснить, чьи это дети? – Колесников показывает на моих сорванцов.
- М-мои, - стараясь скрыть волнение, отвечаю я. – Это мои дети.
- Та-ак, это понятно! Что они здесь делают?! – кричит он.
- Мне их не с кем оставить, вот и пришлось взять с собой. – Глупо оправдываюсь я, хотя Колесникову наплевать на мои проблемы.
- Значит так, Сомова, здесь солидная фирма, а не детский сад. – Начинает отчитывать он меня. - И если ты и дальше хочешь здесь работать, уясни раз и навсегда. Их, - он показывает пальцем на детей, - их здесь быть не должно!! – а затем выходит, нет, вылетает из кабинета, громко хлопнув дверью.
А две пары глаз, точные копии Колесникова, испуганно смотрят ему вслед.
***

— Ты ей платье шьёшь? Моей женщине.
Я медленно поднимаю глаза на мужа.
— Повтори.
— Света, только без нытья. После юбилея мы с тобой спокойно разведёмся. А сейчас Ладе нужен костюм.
Двадцать лет брака, оказывается, можно закончить вот так. Между примеркой и рабочим совещанием.
Только муж кое-чего не учёл.
Платье любовнице я дошью.
А вот удобной женой для предателя не буду.
И совершенно некстати в моей мастерской появляется новый начальник военного оркестра.
— К пятнице мне нужны двадцать семь кителей.
— А мне новый муж. Но мы оба сегодня останемся без желаемого, товарищ подполковник.