Книги по тегу «предательство»: ""
- Ты мне единственная нужна! Она не ты!
Ястреб подходит ближе. Его дыхание обжигает. Пальцы скользят по моим обнаженным плечам, а я схожу с ума….Мне кажется у меня сердце остановится от его прикосновений…
- Ты чуть не погубил нашу дочь, я так больше не могу! У тебя Лера твоя беременна! А я старая! Отпусти меня, Володя!
Резко разворачивает меня к себе. Его темные глаза зажигаются нехорошим слишком опасным огнем.
- Они уже поплатились за то что посмели посягнуть на святое! А что касается тебя… Я не уме отпускать и тебя я не отпущу точно! Ты моя, та самая правильная любимая девочка!
Притягивает к себе и впивается в губы диким сумасшедшим поцелуем…. Почему же так больно, почему….Может потому что меня никто никогда кроме него так никто не целовал… Никогда….
Ястреб подходит ближе. Его дыхание обжигает. Пальцы скользят по моим обнаженным плечам, а я схожу с ума….Мне кажется у меня сердце остановится от его прикосновений…
- Ты чуть не погубил нашу дочь, я так больше не могу! У тебя Лера твоя беременна! А я старая! Отпусти меня, Володя!
Резко разворачивает меня к себе. Его темные глаза зажигаются нехорошим слишком опасным огнем.
- Они уже поплатились за то что посмели посягнуть на святое! А что касается тебя… Я не уме отпускать и тебя я не отпущу точно! Ты моя, та самая правильная любимая девочка!
Притягивает к себе и впивается в губы диким сумасшедшим поцелуем…. Почему же так больно, почему….Может потому что меня никто никогда кроме него так никто не целовал… Никогда….
— Я встретила мужчину, — говорит моя подруга. — Он женат. Но это временно. Он уйдёт от неё.
— А ты не думаешь, что его жена заслуживает правды? — спрашиваю я.
— Это другое, — отмахивается она. — Она холодная, расчётливая, думает только о доме. А ему нужна страсть.
Я чувствую запах её духов. Тот самый, что остался на рубашке мужа.
Потом я застаю ее со своим мужем.
Вадим полулежит на кровати, рубашка расстёгнута. Кристина сидит рядом, её красное платье задралось до бедра.
— А вот и я. Не ждали?
Я делаю шаг к ней.
— Ты восемь лет ела мой хлеб. Я вытаскивала тебя из долгов. А ты решила забрать у меня мужа?
— Твоего мужа? — она криво усмехается. — Который говорит, что ты ему надоела? Что ты холодная и расчётливая, без души! Он мой, Аня! Он выбрал меня!
— Вадим, — я поворачиваюсь к нему. — Я отдала тебе пятнадцать лет. Я потеряла нашего сына. Это тоже было «без души»?
Он опускает голову и молчит, а из меня будто вынули сердце.
— А ты не думаешь, что его жена заслуживает правды? — спрашиваю я.
— Это другое, — отмахивается она. — Она холодная, расчётливая, думает только о доме. А ему нужна страсть.
Я чувствую запах её духов. Тот самый, что остался на рубашке мужа.
Потом я застаю ее со своим мужем.
Вадим полулежит на кровати, рубашка расстёгнута. Кристина сидит рядом, её красное платье задралось до бедра.
— А вот и я. Не ждали?
Я делаю шаг к ней.
— Ты восемь лет ела мой хлеб. Я вытаскивала тебя из долгов. А ты решила забрать у меня мужа?
— Твоего мужа? — она криво усмехается. — Который говорит, что ты ему надоела? Что ты холодная и расчётливая, без души! Он мой, Аня! Он выбрал меня!
— Вадим, — я поворачиваюсь к нему. — Я отдала тебе пятнадцать лет. Я потеряла нашего сына. Это тоже было «без души»?
Он опускает голову и молчит, а из меня будто вынули сердце.
– Ире двадцать лет, а тебе сорок пять! Ты сошёл с ума?!
Муж холодно смотрит на меня.
– Истерика тебе не к лицу.
– Ты изменял мне прямо в нашей квартире…
– Можешь оставить её себе, я подписал бумаги. – Усмехается. Даже не пытается оправдаться. Уходит, хлопнув дверью.
Я тоже ухожу. Беременная.
Муж не узнает о ребёнке. Даже если найдёт меня, даже если снова вторгнется в мою жизнь.
Я смогу защитить свою дочь от человека, который предал нас обеих.
Муж холодно смотрит на меня.
– Истерика тебе не к лицу.
– Ты изменял мне прямо в нашей квартире…
– Можешь оставить её себе, я подписал бумаги. – Усмехается. Даже не пытается оправдаться. Уходит, хлопнув дверью.
Я тоже ухожу. Беременная.
Муж не узнает о ребёнке. Даже если найдёт меня, даже если снова вторгнется в мою жизнь.
Я смогу защитить свою дочь от человека, который предал нас обеих.
— Я поживу у вас до родов, — сказала она и поставила сумку на мой диван.
— В моём доме?
— Тимур решил, что так будет лучше. Мне нельзя нервничать.
— А мне, значит, можно?
В день нашей годовщины я хотела сказать мужу, что он станет отцом. Но он привёл в наш дом другую женщину. Беременную. Уверенную. Уже почти хозяйку.
Он думал, я промолчу. Его мать думала, я тряпка. А любовница решила, что мне просто некуда идти.
Они все ошиблись.
Я ушла в ту же ночь. Без скандала. Без просьб. С мыслью, о том что Тимур ещё пожалеет.
— В моём доме?
— Тимур решил, что так будет лучше. Мне нельзя нервничать.
— А мне, значит, можно?
В день нашей годовщины я хотела сказать мужу, что он станет отцом. Но он привёл в наш дом другую женщину. Беременную. Уверенную. Уже почти хозяйку.
Он думал, я промолчу. Его мать думала, я тряпка. А любовница решила, что мне просто некуда идти.
Они все ошиблись.
Я ушла в ту же ночь. Без скандала. Без просьб. С мыслью, о том что Тимур ещё пожалеет.
— Этот центр я создал вместе с женщиной, которая скоро станет моей женой, — сказал мой муж со сцены.
Зал взорвался аплодисментами. Камеры повернулись к Арине Волковой — молодой, красивой, уверенной. Кардиологу. Лицу нового центра. Его любовнице.
А я сидела в зале и держала в руках программку открытия. На первой странице было его имя. На второй — её фотография. Моего имени не было нигде.
Хотя это были мои операции. Мои протоколы. Мои ночи у детских реанимаций. Моя мечта — центр, где детей лечат не по толщине родительского кошелька, а потому что у ребёнка болит сердце.
Я думала, больнее уже не будет.
А потом позвонили из школы.
Мише стало плохо. Нашему сыну. Он не бегал, как я велела. Просто сидел на лавке. А потом начал задыхаться.
Я просила мужа ехать со мной. Звонила ему снова и снова.
Он сбрасывал.
Зал взорвался аплодисментами. Камеры повернулись к Арине Волковой — молодой, красивой, уверенной. Кардиологу. Лицу нового центра. Его любовнице.
А я сидела в зале и держала в руках программку открытия. На первой странице было его имя. На второй — её фотография. Моего имени не было нигде.
Хотя это были мои операции. Мои протоколы. Мои ночи у детских реанимаций. Моя мечта — центр, где детей лечат не по толщине родительского кошелька, а потому что у ребёнка болит сердце.
Я думала, больнее уже не будет.
А потом позвонили из школы.
Мише стало плохо. Нашему сыну. Он не бегал, как я велела. Просто сидел на лавке. А потом начал задыхаться.
Я просила мужа ехать со мной. Звонила ему снова и снова.
Он сбрасывал.
В банке мне сказали, что я умерла.
Счета закрыты. Дом больше не мой. На кладбище стоит могила с моим именем. А муж, с которым я прожила пятнадцать лет, уже готовится вступить в наследство.
Кирилл не удивился, когда увидел меня живой. Он просто положил передо мной документы и сказал:
— Подпиши развод, Инга. И я верну тебе жизнь.
Но он не просто предал меня. Он стёр меня из мира, занял мой дом чужой женщиной и похоронил под моим именем страшную тайну.
Теперь мне нужно вернуть не только документы, деньги и имя.
Мне нужно узнать, кого похоронили вместо меня.
И доказать мужу, что мёртвая жена может вернуться — не просить, а мстить.
Счета закрыты. Дом больше не мой. На кладбище стоит могила с моим именем. А муж, с которым я прожила пятнадцать лет, уже готовится вступить в наследство.
Кирилл не удивился, когда увидел меня живой. Он просто положил передо мной документы и сказал:
— Подпиши развод, Инга. И я верну тебе жизнь.
Но он не просто предал меня. Он стёр меня из мира, занял мой дом чужой женщиной и похоронил под моим именем страшную тайну.
Теперь мне нужно вернуть не только документы, деньги и имя.
Мне нужно узнать, кого похоронили вместо меня.
И доказать мужу, что мёртвая жена может вернуться — не просить, а мстить.
- Ты сейчас назвал меня никчемной, Богдан, я права?
Муж морщится - ему не нравится, что я увидела суть.
- Заметь - это сказала ты, а не я!
Я горько усмехаюсь.
- А ты всего лишь перечислил мои недостатки - не родила детей, сижу у тебя на шее, даже волосы остригла, хотя ты любишь такие, как у твоей бывшей…
Я осекаюсь, когда вижу, что у Богдана загораются глаза.
- Постой… Дело ведь в ней? В этой твоей Бьянке?
Муж вздыхает и отвечает с вызовом:
- Нет, дело не в ней! Дело в твоей никчемности, Женя. Либо меняйся, либо я уйду!
Он выскакивает из спальни, как ошпаренный, а я остаюсь с пониманием.
Меня назвали никчемной женой. И я этого так не оставлю.
Кому-то придется кусать локти, да будет поздно.
Муж морщится - ему не нравится, что я увидела суть.
- Заметь - это сказала ты, а не я!
Я горько усмехаюсь.
- А ты всего лишь перечислил мои недостатки - не родила детей, сижу у тебя на шее, даже волосы остригла, хотя ты любишь такие, как у твоей бывшей…
Я осекаюсь, когда вижу, что у Богдана загораются глаза.
- Постой… Дело ведь в ней? В этой твоей Бьянке?
Муж вздыхает и отвечает с вызовом:
- Нет, дело не в ней! Дело в твоей никчемности, Женя. Либо меняйся, либо я уйду!
Он выскакивает из спальни, как ошпаренный, а я остаюсь с пониманием.
Меня назвали никчемной женой. И я этого так не оставлю.
Кому-то придется кусать локти, да будет поздно.
Антонине - 31. Милая или даже симпатичная. Лёгкий уступчивый характер и уверенность, что лезть на рожон воспитанный человек не всегда может себе позволить. А ещё у Антонины есть семья. Вернее, теперь уже можно сказать - была. До недавнего времени.
Нет, восьмилетний сын так и остался сыном! А вот муж... Ветреного эгоистичного предателя-мужа Тоня наконец решила оставить.
Ничего страшного! Многие так живут! У неё ещё и много преимуществ перед этими "многими"! Хорошая работа, стабильный доход, здоровый и внимательный к маме и окружающим сын Данилка...
Одна незадача! Оказалось, что и сын, и работа, и стабильный высокий доход - могут быть понятием относительным! Потому что у бывшего мужа слишком уж своенравный и до невозможности авторитарный и деспотичный монстр - отец. Который. к сожалению, не намерен расставаться с любимым внуком...
От ненависти до любви. Психология чувств двух одиноких и не понимающих друг друга людей, отягощённая не совсем стандартными "внешними факторами"...
Нет, восьмилетний сын так и остался сыном! А вот муж... Ветреного эгоистичного предателя-мужа Тоня наконец решила оставить.
Ничего страшного! Многие так живут! У неё ещё и много преимуществ перед этими "многими"! Хорошая работа, стабильный доход, здоровый и внимательный к маме и окружающим сын Данилка...
Одна незадача! Оказалось, что и сын, и работа, и стабильный высокий доход - могут быть понятием относительным! Потому что у бывшего мужа слишком уж своенравный и до невозможности авторитарный и деспотичный монстр - отец. Который. к сожалению, не намерен расставаться с любимым внуком...
От ненависти до любви. Психология чувств двух одиноких и не понимающих друг друга людей, отягощённая не совсем стандартными "внешними факторами"...
-Ты спал с моей сестрой! А теперь еще и квартиру мою забрал?! Неужели, тебе мало того, что ты меня предал, Арсений?
-Ну спал, и что? Квартира моя, а ты катись, раз не хочешь нормально жить с мужем, - небрежно бросает Чернов. - Не устраивай драму, Дарина.
-Мы уже разделили имущество!
-Не было никакого раздела! Ты ошиблась, девочка. Иди, пока охрану не позвал! - цедит безапелляционным тоном.
Мои губы дрожат, но Арсений улыбается.
-В суд собралась? Легко! Я юрист, выиграю любое дело. Тебе никто не поможет….
Муж изменил мне с моей родной сестрой. Вместе они сделали все, чтобы забрать у меня квартиру. После развода я осталась на улице без работы и без денег.
Чтобы отомстить бывшему, я согласилась сыграть невесту моего нового босса. Неделя перевернула все. Я отомстила мужу и в подарок получила тест с двумя полосками….
-Ну спал, и что? Квартира моя, а ты катись, раз не хочешь нормально жить с мужем, - небрежно бросает Чернов. - Не устраивай драму, Дарина.
-Мы уже разделили имущество!
-Не было никакого раздела! Ты ошиблась, девочка. Иди, пока охрану не позвал! - цедит безапелляционным тоном.
Мои губы дрожат, но Арсений улыбается.
-В суд собралась? Легко! Я юрист, выиграю любое дело. Тебе никто не поможет….
Муж изменил мне с моей родной сестрой. Вместе они сделали все, чтобы забрать у меня квартиру. После развода я осталась на улице без работы и без денег.
Чтобы отомстить бывшему, я согласилась сыграть невесту моего нового босса. Неделя перевернула все. Я отомстила мужу и в подарок получила тест с двумя полосками….
Крепко держа в руке телефон, я посмотрела на экран, прочитав новое сообщение анонима.
«Убедилась? Твой муж тебя ни во что не ставит, ему куда важнее его новая пассия. И ты будешь это терпеть? Ну же, Вика, решайся!»
Да кто ты чёрт возьми такой? Откуда ты взялся на мою голову и... откуда ты всё знаешь?
Сделав глубокий вдох, я посмотрела в сторону ресторана, из которого выходил Давид, держа под руку молодую, красивую брюнетку, с восторгом липнущую к моему мужчине, словно не веря, что он и правда уделил ей внимание.
Кто это? Это тот самый важный покупатель, который назначил Давиду встречу? Или аноним прав и это любовница моего мужа?
Не в состоянии больше находиться в неведенье, я спрятала телефон в сумку и быстрым шагом направилась к Давиду, собираясь решить всё прямо здесь и сейчас.
«Убедилась? Твой муж тебя ни во что не ставит, ему куда важнее его новая пассия. И ты будешь это терпеть? Ну же, Вика, решайся!»
Да кто ты чёрт возьми такой? Откуда ты взялся на мою голову и... откуда ты всё знаешь?
Сделав глубокий вдох, я посмотрела в сторону ресторана, из которого выходил Давид, держа под руку молодую, красивую брюнетку, с восторгом липнущую к моему мужчине, словно не веря, что он и правда уделил ей внимание.
Кто это? Это тот самый важный покупатель, который назначил Давиду встречу? Или аноним прав и это любовница моего мужа?
Не в состоянии больше находиться в неведенье, я спрятала телефон в сумку и быстрым шагом направилась к Давиду, собираясь решить всё прямо здесь и сейчас.
Выберите полку для книги