Книги по тегу «противостояние и притяжение»: ""

— Сегодня проведёшь ночь в моих покоях, — заявляет хозяйский сынок.
— Что? — переспрашиваю, оторопев.
— Все решат, что я тебя обесчестил, но главное, так решат Алишеровы и вычеркнут меня из списка потенциальных зятьёв, — как ни в чём не бывало отвечает мажор.
— А ты не думаешь о том, что если так решат твои родители, то они заставят тебя жениться… на мне?
— На служанке? Не смеши меня, — хмыкает он.
— Но… я для всех останусь опозоренной… — произношу, едва ли не заикаясь.
— Перестань строить из себя праведную мусульманку, Асель! — рявкает Мурад, делая шаг ко мне. — Ты горничная в мусульманской семье. Считай, что наложница. Для тебя статус моей любовницы — потолок твоих возможностей и амбиций!

Я люблю его, сколько себя помню, хоть никогда и не поддавалась иллюзиям.
А сегодня мажор заявил, что отныне он распоряжается моей жизнью, и потребовал лечь с ним в постель.

— Ты теперь моя проблема, — наступаю на нее. А девочка пятится назад.
— Нет… я уйду.
— О нет, теперь ты никуда не уйдешь.

Я просто остановился на заправке купить кофе.
А потом увидел, как трое уродов избивают худого пацана возле трассы.
Я вмешался. Забрал его с собой. А утром узнал, что никакой это не пацан.
А испуганная девчонка с огромными глазами, за которой охотятся бандиты. И теперь она под моей защитой.



СОДЕРЖИТ УПОМИНАНИЕ КУРЕНИЯ ТАБАКА ИЛИ УПОТРЕБЛЕНИЯ НИКОТИНОСОДЕРЖАЩЕЙ ПРОДУКЦИИ. КУРЕНИЕ ТАБАКА ИЛИ УПОТРЕБЛЕНИЕ НИКОТИНОСОДЕРЖАЩЕЙ ПРОДУКЦИИ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.

СОДЕРЖИТ НЕЦЕНЗУРНУЮ БРАНЬ.

Второй курс. Новый универ. Новая подруга и «Север» — тёмный, дерзкий, опасный. Из тех, от кого надо бежать босиком по битому стеклу и не оглядываться.
Но есть одно «но» — никто здесь не знает моего прошлого.
И только когда мне кажется, что я начинаю жить заново — я слышу:
— Скучала, сладкая?
Козлов — мой худший кошмар, мой грязный секрет, мой позор.
Два месяца я убеждала себя — всё кончилось. Он не вернётся. Никто не узнает.
И вот он стоит передо мной, готовый рассказать всё.
Мне нужен кто-то страшнее него. И он есть.
Я не думаю. Просто иду — на Север.
Мои руки ложатся на его шею. Я тянусь к его губам.
Сама.
— Ты будешь моей должницей, — рычит в губы.
Раз… Два… Три…
Игра начинается.

Мой муж убил меня. Может, не хотел, но именно его руки толкнули меня с балкона после того как я застала его с любовницей.
Я думала, всё кончено.
Но я очнулась — в теле викторианской графини. Парализованная после "несчастного случая". Замужем за человеком, от взгляда которого впору превратиться в ледяную глыбу.
Граф Блэкторн женился по расчёту, взял в жены богатую простолюдинку и три года демонстрировал ей своё пренебрежение. Его жена терпела, молчала, плакала по ночам.
Но я - не она.
Во время споров между нами летят искры, прикосновения становятся слишком долгими, а взгляды - слишком горячими.
Но кто-то не хочет, чтобы мой второй шанс превратился в "долго и счастливо". И пока я не узнаю правду, моя жизнь может оборваться также внезапно, как и в первый раз.

Вечером в пустой бытовке мы остались вдвоём. Я не выдержала:
— Вы грубы и высокомерны. Думаете, сила даёт вам право давить?
Он шагнул ближе. Слишком близко.
— А вы спорите с первой минуты, будто хотите доказать, что не боитесь. Боитесь. И злитесь. Как и я.
Воздух между нами стал горячим. Я выдохнула то, что копилось неделями:
— Вы сводите меня с ума. И я больше не могу это терпеть.
Его рука легла мне на затылок. Жёстко. Уверенно.
А дальше я уже не помню, кто сделал первый шаг.

Он назвал меня Мышкой и начал ломать всё, что я так тщательно строила. Теперь между нами слишком мало воздуха — и слишком много того, от чего уже не сбежать.

— Вы же мой ректор... — шепотом произношу я, когда мужчина идет на меня.
— И?
— Так... нельзя.
Он делает последний шаг и сжимает мой подбородок.
— После того, что ты сделала, правила больше не работают.


Я пришла в его академию, мечтая стать художницей.
Вместо этого перешла дорогу самому опасному человеку в этих стенах.
Он — мой ректор. Холодный. Властный. Непрощающий ошибок.
Он не собирается меня отчислять.
Он собирается превратить мою жизнь в самый сложный экзамен.


#НЕРАЗВОД
#НЕИЗМЕНА
#НЕКАВКАЗ

Будут признательна если поставите "НРАВИТСЯ")
Добавляйте в библиотеку, чтобы не потерять!

— Ты теперь моя, преподша.
— Фролов! Отпустите меня, живо!
— О нет... — горячее дыхание на моей шее, мажор еще сильнее вжимает меня в холодную стену, — Сегодня же ты снова окажешься подо мной!

Я думала, что одна порочная ночь останется только воспоминанием.
Но ошибалась.
Теперь он - мой студент. Наглый мажор, который не знает слово "нет".
Он играет со мной.
Жёстко. Опасно. На грани.
Что будет, когда все узнают правду?


#Мат и очень откровенно, СТРОГО 18+!!!

ИСТОРИЯ САМОСТОЯТЕЛЬНАЯ. Можно читать отдельно!

— Мне доложили. Он плохо себя ведет. — Мужчина откидывается в кресле, складывая пальцы домиком. Его движения экономичны, лишены суеты. — Вы считаете, что личная встреча со мной исправит его поведение?
— Я считаю, что его поведение – это крик о помощи. Ему нужны не наказания и не еще одна гувернантка. Ему нужны вы. Ваше время.
— Мое время, Вера Андреевна, стоит очень дорого. Именно оно обеспечивает Марку все, что у него есть. Крышу над головой, эту школу, вашу, к слову, зарплату.
— Он не может есть ваше время на завтрак! Вы – плохой отец, господин Барсов. И пока вы это не поймете, Марк будет несчастным и будет срывать свою боль на окружающих!
— Смело, – мужчина обходит стол и останавливается в двух шагах от меня. Я чувствую запах его одеколона – холодный, с нотками кожи и железа. — Вы так уверены в своих педагогических методах?
— Я верю, что можно попытаться.
— Поскольку вы так принципиальны и так прекрасно разбираетесь в том, что нужно моему сыну… Может, вы и исправите ситуацию?

Моя жизнь превратилась в следственный эксперимент. Ложное обвинение, СИЗО, пятнадцать лет строгого режима — вот что мне сулят за журналистское расследование. А потом в камеру заходит Он.

— Родишь ребенка. Год в моём доме — и ты свободна. Без суда, без статьи.

Я подписываю контракт, потому что выхода нет. Но в его особняке я быстро понимаю: деньги и власть не лечат мёртвые души. Александр учил меня подчиняться, а сам не умеет любить. Теперь я ношу под сердцем его наследника, но хочу не свободы — хочу, чтобы он наконец сказал те три слова, которые сломают его броню. Или мы оба останемся в плену собственного молчания?

— Четверо? — переспрашивает Данияр хрипло.
— Да.
Он несколько секунд смотрит куда-то сквозь меня, а затем поднимает глаза.
— Кто отец?
И от этого вопроса в голове наконец что-то щелкает.
— Ты хочешь знать, от кого я беременна?
Я подхожу ближе.
— Да.
— Я беременна от мужчины, который сказал мне, что больше не хочет проходить со мной через ЭКО. От мужчины, который выбрал остаться там, среди пуль, когда я просила вернуться домой. От мужчины, который больше не захотел меня видеть.
Данияр крепко стискивает челюсть. Я смотрю ему прямо в глаза.
— Я беременна от моего бывшего мужа. От тебя!
Говорю и ухожу, оставив нового главврача переваривать в коридоре больницы новость о том, что уже довольно скоро у него родятся… сразу четверо детей.