Книги по тегу «противостояние и притяжение»: ""
— Ты не уйдешь, — сказал он. Дракон Огня. Не закричал — пророкотал низко, утробно. — Я не отпускаю.
— Ты не можешь держать меня силой.
— Могу. И буду. Ты даже не представляешь, что я могу, когда теряю то, что мое.
Он шагнул ко мне, и воздух загустел от жара. Я попятилась, уперлась спиной в стену склада. Бежать некуда. Второй поводок дернулся снова — левое запястье обожгло льдом. И в тот же миг из дождя выступила вторая фигура. Дракон Льда. Который тоже считал меня своей.
Они думали, что поймали добычу. Один сжигал меня жаром, второй вымораживал душу льдом — два дракона, два древних врага, и я между ними, нищенка, у которой не было ничего. Но теперь правила изменились: это я держу их — одного огненной ладонью, другого ледяным взглядом — и не позволю разорвать меня пополам. Потому что иногда победа не в том, чтобы выбрать, а в том, чтобы оставить обоих.
— Ты не можешь держать меня силой.
— Могу. И буду. Ты даже не представляешь, что я могу, когда теряю то, что мое.
Он шагнул ко мне, и воздух загустел от жара. Я попятилась, уперлась спиной в стену склада. Бежать некуда. Второй поводок дернулся снова — левое запястье обожгло льдом. И в тот же миг из дождя выступила вторая фигура. Дракон Льда. Который тоже считал меня своей.
Они думали, что поймали добычу. Один сжигал меня жаром, второй вымораживал душу льдом — два дракона, два древних врага, и я между ними, нищенка, у которой не было ничего. Но теперь правила изменились: это я держу их — одного огненной ладонью, другого ледяным взглядом — и не позволю разорвать меня пополам. Потому что иногда победа не в том, чтобы выбрать, а в том, чтобы оставить обоих.
Он протянул руку и взял меня за подбородок. Жестко, без нежности — просто развернул мое лицо обратно к себе, заставляя смотреть в глаза.
— Вот так, — сказал он тихо. — Не отводить взгляд. Даже когда страшно. Особенно когда страшно.
Я замерла. Его пальцы были шершавыми, горячими, они давили на челюсть ровно настолько, чтобы я чувствовала силу, но не боль. И от этого прикосновения — первого настоящего прикосновения за все время, — у меня подогнулись колени.
Я привела на тренировку к кинологу собаку, а вышло так, что тренировать принялись меня. Этот наглый, властный кавказец, который увидел во мне объект для тренировки… И, Боже, мне даже не хотелось сопротивляться.
— Вот так, — сказал он тихо. — Не отводить взгляд. Даже когда страшно. Особенно когда страшно.
Я замерла. Его пальцы были шершавыми, горячими, они давили на челюсть ровно настолько, чтобы я чувствовала силу, но не боль. И от этого прикосновения — первого настоящего прикосновения за все время, — у меня подогнулись колени.
Я привела на тренировку к кинологу собаку, а вышло так, что тренировать принялись меня. Этот наглый, властный кавказец, который увидел во мне объект для тренировки… И, Боже, мне даже не хотелось сопротивляться.
— Ты опять сбежишь, Вера?
— Нет.
— Тогда скажи правду.
— А ты готов её услышать?
— Девять лет готовился.
— Врёшь. Ты до сих пор думаешь, что имеешь право требовать.
— А ты до сих пор боишься признаться, почему скрывала от меня сына.
Я была уверена, что прошлое похоронено. Но Глеб Сарычев вернулся — и одного взгляда на Мишу ему хватило, чтобы понять всё.
Теперь мне придётся решить, чего я боюсь сильнее: его мести или того, что до сих пор его люблю.
— Нет.
— Тогда скажи правду.
— А ты готов её услышать?
— Девять лет готовился.
— Врёшь. Ты до сих пор думаешь, что имеешь право требовать.
— А ты до сих пор боишься признаться, почему скрывала от меня сына.
Я была уверена, что прошлое похоронено. Но Глеб Сарычев вернулся — и одного взгляда на Мишу ему хватило, чтобы понять всё.
Теперь мне придётся решить, чего я боюсь сильнее: его мести или того, что до сих пор его люблю.
Творческая девушка Мишель, наконец-то, нащупывает то самое в этом мире, что давно искала, она находит дело своей жизни. Но мрачный парень по имени Джейсон, который стал её начальником, омрачает долгожданное счастье девушки. Мишель узнает, что у Джейсона есть невеста. Главная героиня находит поддержку в брате Джейсона, Брайане. У каждого из них своя правда, но чувства говорят им больше. Каким бы не было сопротивление, путь уже намечен.
Он всегда притягивал проблемы и был уверен, что его удел - одиночество.
Она с легкостью решала любые задачи, пока они не касались ее души, и верила, что это правильно.
Может, если поставить их рядом, то больно больше не будет? Не зря же вселенная сделала их соулмейтами.
Она с легкостью решала любые задачи, пока они не касались ее души, и верила, что это правильно.
Может, если поставить их рядом, то больно больше не будет? Не зря же вселенная сделала их соулмейтами.
Чужое лицо, чужое имя, чужой враг. Настоящая Аврелия Морвейн заплатила мне за год жизни в Академии Этерниса. Для нее это способ раскрыть темную тайну гибели подруги, для меня — единственный шанс оплатить лекаря для умирающей сестры. Я выучила правила, надела шелка и приготовилась быть невыносимой стервой.
Но я не учла одного: человека, который станет моим наставником. Гариет Карион, давний и заклятый враг настоящей Аврелии, презирает меня. И теперь мы вынуждены жить в одном доме. Он обещает превратить мою учебу в ад, а я молюсь, чтобы этот опасный, проницательный маг не заметил, как дрожат мои руки. Ведь если магический кулон погаснет, моя настоящая жизнь будет окончена.
В тексте есть:
♥️ академия магии
♥️ тайны и расследование
♥️ сложные отношения
♥️ от ненависти до любви
♥️ подмена личности
Но я не учла одного: человека, который станет моим наставником. Гариет Карион, давний и заклятый враг настоящей Аврелии, презирает меня. И теперь мы вынуждены жить в одном доме. Он обещает превратить мою учебу в ад, а я молюсь, чтобы этот опасный, проницательный маг не заметил, как дрожат мои руки. Ведь если магический кулон погаснет, моя настоящая жизнь будет окончена.
В тексте есть:
♥️ академия магии
♥️ тайны и расследование
♥️ сложные отношения
♥️ от ненависти до любви
♥️ подмена личности
— Ты слишком много себе позволяешь, смертная, — прорычал дракон, нависая надо мной. — Любая другая на твоем месте уже умоляла бы о пощаде.
— Любая другая, Лорд Айдариан, сейчас бы просто лежала в глубоком обмороке. А я требую блинчики на завтрак. И если они подгорят — будешь лично мыть посуду. Без магии!
Магия истинной пары не умеет лгать? Расскажите это сонной Канцелярии, которая считала ДНК моего нового тела, смешав его с вишневым конфитюром. Я — обычный земной аудитор, запертый в мире высокомерных рептилий. Но отдавать свои законные две тысячи лет жизни на съедение драконьему пафосу я не собираюсь.
Мы перепишем экономику этого континента, даже если для этого мне придется наступить каблуком на его идеальный мундир!
— Любая другая, Лорд Айдариан, сейчас бы просто лежала в глубоком обмороке. А я требую блинчики на завтрак. И если они подгорят — будешь лично мыть посуду. Без магии!
Магия истинной пары не умеет лгать? Расскажите это сонной Канцелярии, которая считала ДНК моего нового тела, смешав его с вишневым конфитюром. Я — обычный земной аудитор, запертый в мире высокомерных рептилий. Но отдавать свои законные две тысячи лет жизни на съедение драконьему пафосу я не собираюсь.
Мы перепишем экономику этого континента, даже если для этого мне придется наступить каблуком на его идеальный мундир!
— Не смотри на меня так! — Сашка был весь в бинтах, а она застыла в шоке в дверях, не решаясь войти внутрь.
Сердце билось внутри пойманной птицей. Смотреть на него такого было почти физически больно, хотелось отвести глаза. Это она виновата! Она!
— Как? — голос дрожал настолько сильно, что простое слово было сильно искажено.
— Смотришь на меня жалостливо, будто на побитое животное, — прорычал Александр. Всё его лицо было в бинтах, только глаза яростно горели. — Теперь и простить меня можешь, так ведь? Что взять с калеки?
— Ты не так…
— Уходи, — прорычал он словно раненное животное. — Уходи, я сказал! И никогда не возвращайся!
Сердце билось внутри пойманной птицей. Смотреть на него такого было почти физически больно, хотелось отвести глаза. Это она виновата! Она!
— Как? — голос дрожал настолько сильно, что простое слово было сильно искажено.
— Смотришь на меня жалостливо, будто на побитое животное, — прорычал Александр. Всё его лицо было в бинтах, только глаза яростно горели. — Теперь и простить меня можешь, так ведь? Что взять с калеки?
— Ты не так…
— Уходи, — прорычал он словно раненное животное. — Уходи, я сказал! И никогда не возвращайся!
Можно ли полюбить врага? Можно. Особенно если ты не знаешь, кто он на самом деле.
Она встретила его случайно — и поверила, что судьба подарила ей чудо. Его прикосновения, его слова, его взгляд — всё казалось идеальным. Он стал её миром. Но однажды правда врывается в эту хрупкую сказку: тот, кого она полюбила всем сердцем, — именно тот, кого она должна ненавидеть. Враг, разрушивший её прошлое. Человек, которому нет прощения.
Но как возненавидеть того, кто стал частью тебя? Как разлюбить, если каждое воспоминание дышит им?
Это история о любви, которая оказалась ошибкой, и о выборе, который разрывает душу. Она думала, что знает его. Она ошиблась. Теперь ей предстоит решить: остаться с тем, кто разбил ей сердце, или уничтожить его — вместе с собой.
Она встретила его случайно — и поверила, что судьба подарила ей чудо. Его прикосновения, его слова, его взгляд — всё казалось идеальным. Он стал её миром. Но однажды правда врывается в эту хрупкую сказку: тот, кого она полюбила всем сердцем, — именно тот, кого она должна ненавидеть. Враг, разрушивший её прошлое. Человек, которому нет прощения.
Но как возненавидеть того, кто стал частью тебя? Как разлюбить, если каждое воспоминание дышит им?
Это история о любви, которая оказалась ошибкой, и о выборе, который разрывает душу. Она думала, что знает его. Она ошиблась. Теперь ей предстоит решить: остаться с тем, кто разбил ей сердце, или уничтожить его — вместе с собой.
Меня затянуло в новый мир, где пришлось столкнуться с магией и местными, дивными обычаями. Благодаря своему волевому характеру, я смогла выстоять перед бедами, но всё же никак не смирилась с давней обидой и вознамерилась вернуться в родную вселенную, дабы поквитаться с бывшим возлюбленным. Но мой идеальный план, как и в прошлой жизни, дал большую трещину. И как теперь выкручиваться? Ладно, разберёмся по мере поступления неприятностей!
Выберите полку для книги