Книги по тегу «развод»: ""
- Я нашла тебе жену! - заявила мать с довольной улыбкой.
- Если ты не помнишь, то я уже женат! - ответил Кадир недовольно.
- Твоя осетинка не станет единственной. Знала же, что вышла замуж за мусульманина. Аллах дозволил тебе четырех жен.
- Меня вполне устраивает Наида. Не забывай, что она скоро должна родить.
Мать возмущённо всплескивает руками.
- Тем более тебе нужно жениться. Пока одна жена беременна. Кто будет греть тебе постель? У Наиды токсикоз. Она готовить толком не может, а Зайнаб и приготовит и согреет постель и ноги вымоет тебе.
Мужчина задумчиво покрутил бороду.
- Приведи ее я посмотрю.
- Да что вести то? Она уже ждёт тебя в кабинете. Такая красавица!
Кадир зашёл в кабинет и встретился с милой улыбкой черноокий красавицы.
- Что желаете господин? - промурлыкала она томно.
Кадир увидев черные очи Зейнаб поперхнулся и сразу же посмотрел на мать.
- Хорошо, я согласен.
Наида в это время спала и не знала, что свекровь навязала сыну вторую жену…
- Если ты не помнишь, то я уже женат! - ответил Кадир недовольно.
- Твоя осетинка не станет единственной. Знала же, что вышла замуж за мусульманина. Аллах дозволил тебе четырех жен.
- Меня вполне устраивает Наида. Не забывай, что она скоро должна родить.
Мать возмущённо всплескивает руками.
- Тем более тебе нужно жениться. Пока одна жена беременна. Кто будет греть тебе постель? У Наиды токсикоз. Она готовить толком не может, а Зайнаб и приготовит и согреет постель и ноги вымоет тебе.
Мужчина задумчиво покрутил бороду.
- Приведи ее я посмотрю.
- Да что вести то? Она уже ждёт тебя в кабинете. Такая красавица!
Кадир зашёл в кабинет и встретился с милой улыбкой черноокий красавицы.
- Что желаете господин? - промурлыкала она томно.
Кадир увидев черные очи Зейнаб поперхнулся и сразу же посмотрел на мать.
- Хорошо, я согласен.
Наида в это время спала и не знала, что свекровь навязала сыну вторую жену…
🍁САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ПЕРВЫЕ ДНИ!🍁
— Андрей?.. — выдохнула я, чувствуя, как внутри все разрывается на части.
Так. Стоп. А что тут делает мой муж, когда я его сама лично позавчера проводила в командировку?
— Кать… Ты, только не истери… — его голос прервался истошным криком из глубины квартиры.
— Андрей! Ну что там?! Я рожаю! Господи, где скорая?!
— Катя, я все могу объяснить, — пробормотал Андрей, делая шаг навстречу.
— Что...? Кто там? — в горле резко образовался ком.
— Моя девушка, — прошептал он, и эти слова разорвали меня пополам.
Вызов в скорую, домашние роды, осложнения... Только вот, кто бы мог подумать, что я приеду на вызов и... приму роды у любовницы собственного мужа?!
— Андрей?.. — выдохнула я, чувствуя, как внутри все разрывается на части.
Так. Стоп. А что тут делает мой муж, когда я его сама лично позавчера проводила в командировку?
— Кать… Ты, только не истери… — его голос прервался истошным криком из глубины квартиры.
— Андрей! Ну что там?! Я рожаю! Господи, где скорая?!
— Катя, я все могу объяснить, — пробормотал Андрей, делая шаг навстречу.
— Что...? Кто там? — в горле резко образовался ком.
— Моя девушка, — прошептал он, и эти слова разорвали меня пополам.
Вызов в скорую, домашние роды, осложнения... Только вот, кто бы мог подумать, что я приеду на вызов и... приму роды у любовницы собственного мужа?!
Нет! Не может быть! Неужели опять? Слезы душили ее, дыхание перехватило, сердце сжалось от боли. Как он мог? Майя беспомощно опустилась на стул и снова взглянула на записку, которую достала из внутреннего кармана пиджака мужа, перед тем, как сдать его в химчистку. "Спасибо, милый, вечер был чудесным. Твой котенок".
Молодая женщина с тоской смотрела в окно на вечерний город, дождь барабанил по крышам, а душа рвалась на части. Опять предательство! Два года назад они уже пережили это. Едва пережили. Что же ты творишь, Макс!
Молодая женщина с тоской смотрела в окно на вечерний город, дождь барабанил по крышам, а душа рвалась на части. Опять предательство! Два года назад они уже пережили это. Едва пережили. Что же ты творишь, Макс!
— Я от тебя ухожу, — продолжил он холодным, механическим голосом. — Давно хотел это сделать, но мне было тебя жаль.
Только сейчас я заметила, что он протягивает мне пачку купюр. Деньги. На аборт.
Я подняла взгляд на его лицо. Чужое. Словно передо мной стоял незнакомец, а не человек, с которым я прожила двадцать лет.
Вокруг нас качались разноцветные воздушные шары. Над камином красовался плакат с надписью "Ты скоро станешь папой!".
— Пожалуйста, скажи, что это шутка, — я еле выдавила из себя слова. Горло сдавило так сильно, что стало трудно дышать. — Это наш ребенок.
— Какая шутка, Ир! — он поморщился, и кинул деньги на столик. — Тебе сорок лет, какие дети?! У меня есть другая. Странно что у тебя вообще получилось забеременеть. У нас же и секса почти нет... пару раз за последние месяцы приходилось. Но опять же, я спал с тобой из жалости!
Из спальни, из кладовки, из кухни начали выходить люди. Наши друзья. Мои подруги. Они должны были выскочить с криками "Поздравляем!"
Только сейчас я заметила, что он протягивает мне пачку купюр. Деньги. На аборт.
Я подняла взгляд на его лицо. Чужое. Словно передо мной стоял незнакомец, а не человек, с которым я прожила двадцать лет.
Вокруг нас качались разноцветные воздушные шары. Над камином красовался плакат с надписью "Ты скоро станешь папой!".
— Пожалуйста, скажи, что это шутка, — я еле выдавила из себя слова. Горло сдавило так сильно, что стало трудно дышать. — Это наш ребенок.
— Какая шутка, Ир! — он поморщился, и кинул деньги на столик. — Тебе сорок лет, какие дети?! У меня есть другая. Странно что у тебя вообще получилось забеременеть. У нас же и секса почти нет... пару раз за последние месяцы приходилось. Но опять же, я спал с тобой из жалости!
Из спальни, из кладовки, из кухни начали выходить люди. Наши друзья. Мои подруги. Они должны были выскочить с криками "Поздравляем!"
- Снежана, нам нужно поговорить.
Сажусь напротив, сцепляю пальцы на коленях. На сердце тревожно.
- У меня будет ребенок, - говорит он ровным голосом, будто сообщает о покупке новой машины. - И да, я тебе изменил.
Мир качается. Слышу свой голос, странно спокойный:
- Поздравляю.
- Я буду жить с ними, содержать и растить ребенка. Это мое решение.
- И кто же счастливая мать? - интересуюсь я, и даже сама удивляюсь этой ледяной интонации.
- Виола. Моя администратор.
Достает из кармана конверт, кладет на стол:
- Здесь контакты юриста. Он все оформит быстро и без проблем.
***
Стою посреди кухни, и все еще не верю, что это реальность. Накрытый стол, остывший ужин, конверт с контактами юриста.
Девятнадцать лет брака закончились за пятнадцать минут разговора.
Сажусь напротив, сцепляю пальцы на коленях. На сердце тревожно.
- У меня будет ребенок, - говорит он ровным голосом, будто сообщает о покупке новой машины. - И да, я тебе изменил.
Мир качается. Слышу свой голос, странно спокойный:
- Поздравляю.
- Я буду жить с ними, содержать и растить ребенка. Это мое решение.
- И кто же счастливая мать? - интересуюсь я, и даже сама удивляюсь этой ледяной интонации.
- Виола. Моя администратор.
Достает из кармана конверт, кладет на стол:
- Здесь контакты юриста. Он все оформит быстро и без проблем.
***
Стою посреди кухни, и все еще не верю, что это реальность. Накрытый стол, остывший ужин, конверт с контактами юриста.
Девятнадцать лет брака закончились за пятнадцать минут разговора.
Пятнадцать лет брака и всё летит в тартарары из-за дурацкой мечты о наследнике.
Мой муж, Арсений, осчастливил меня ночью страсти, а утром объявил, что уходит к молодой и, конечно же, «плодовитой» сотруднице.
Мой ответ ему – дорогая ваза ему в голову и пожелание, чтобы молодуха наставила такие ему рога, чтобы его тупая башка к земле клонилась!
Казалось, точка поставлена.
Но судьба, видимо, обожает чёрный юмор. Я беременна. И меня новый мужчина. И кто же… отец?
Мой муж, Арсений, осчастливил меня ночью страсти, а утром объявил, что уходит к молодой и, конечно же, «плодовитой» сотруднице.
Мой ответ ему – дорогая ваза ему в голову и пожелание, чтобы молодуха наставила такие ему рога, чтобы его тупая башка к земле клонилась!
Казалось, точка поставлена.
Но судьба, видимо, обожает чёрный юмор. Я беременна. И меня новый мужчина. И кто же… отец?
— Я подал на банкротство, — буднично сообщает муж, стягивая галстук. — Квартира, счета, бизнес — всё пойдёт с молотка. Но ты не переживай, твоя проблема решится сама собой.
— Какая ещё проблема? — не понимаю.
Он усмехается так, словно говорит о погоде:
— Развод, Оля. Я ухожу. С головой в новый проект и к женщине, которая меня вдохновляет.
— А двадцать два года с тобой? Двое наших детей?
— Не драматизируй. Ты справишься. Ты всегда «тянула». Потянешь и это.
Через месяц я узнаю, что он всё оформил заранее: вывел активы, переписал фирму на любовницу, оставил мне официальные долги и пустой счёт.
И пока я разгребаю вызовы из банка и тащу на себе семью, он появляется на пороге в идеально выглаженной рубашке:
— Помогу, если согласишься сыграть роль счастливой жены перед инвесторами. Ты же не хочешь, чтобы наши дети жили на улице? Я могу устроить.
Он обокрал меня и эмоционально, и по-настоящему.
Но недооценил одно: женщина, которой больше нечего терять, — самое опасное вложение.
— Какая ещё проблема? — не понимаю.
Он усмехается так, словно говорит о погоде:
— Развод, Оля. Я ухожу. С головой в новый проект и к женщине, которая меня вдохновляет.
— А двадцать два года с тобой? Двое наших детей?
— Не драматизируй. Ты справишься. Ты всегда «тянула». Потянешь и это.
Через месяц я узнаю, что он всё оформил заранее: вывел активы, переписал фирму на любовницу, оставил мне официальные долги и пустой счёт.
И пока я разгребаю вызовы из банка и тащу на себе семью, он появляется на пороге в идеально выглаженной рубашке:
— Помогу, если согласишься сыграть роль счастливой жены перед инвесторами. Ты же не хочешь, чтобы наши дети жили на улице? Я могу устроить.
Он обокрал меня и эмоционально, и по-настоящему.
Но недооценил одно: женщина, которой больше нечего терять, — самое опасное вложение.
— Мы разводимся.
— У тебя женщина?
— Да. Она лучше тебя. И ребёнок мне твой больше не нужен.
Так мой муж закрыл двадцать лет нашего брака — за пару минут, перед Новым годом.
Он выгнал меня и дочь из дома ради любовницы, которая ждёт от него ребёнка.
Мне было больно, но я не упала.
Я ушла — и решила, что больше никогда не позволю обращаться с собой так.
— У тебя женщина?
— Да. Она лучше тебя. И ребёнок мне твой больше не нужен.
Так мой муж закрыл двадцать лет нашего брака — за пару минут, перед Новым годом.
Он выгнал меня и дочь из дома ради любовницы, которая ждёт от него ребёнка.
Мне было больно, но я не упала.
Я ушла — и решила, что больше никогда не позволю обращаться с собой так.
ЗАВЕРШЕННАЯ ПОВЕСТЬ
— Сама виновата! Нормальным жёнам не изменяют! — гневно рявкает муж.
Серебряная бляшка предательски бряцает о жёлтую стену лифта. Пакеты с грохотом падают на пол из моих рук.
— Потапов, а ты не охамел? — начинает моя подруга, но я отсекаю:
— Не надо, Ев. Не будем портить себе праздник.
Мы стоим напротив лифта, вместе с другими соседями, в шоке раскрывшими рты. В нём спешно поправляют одежду мой муж, Потапов Пётр Порфирьевич, и моя вторая подруга, Марго.
— Нечего глазеть! — шикает на всех Пётр.
— Поздно. Они и так все увидели, Петь.
Хмурится. Не понимает.
От стресса мне и смешно, и мерзко.
— Видеонаблюдение вместо муляжей поставили два месяца назад. Мы с тобой обсуждали. Но тебе, конечно, было некогда, — поясняю с мстительным удовольствием.
— Сама виновата! Нормальным жёнам не изменяют! — гневно рявкает муж.
Серебряная бляшка предательски бряцает о жёлтую стену лифта. Пакеты с грохотом падают на пол из моих рук.
— Потапов, а ты не охамел? — начинает моя подруга, но я отсекаю:
— Не надо, Ев. Не будем портить себе праздник.
Мы стоим напротив лифта, вместе с другими соседями, в шоке раскрывшими рты. В нём спешно поправляют одежду мой муж, Потапов Пётр Порфирьевич, и моя вторая подруга, Марго.
— Нечего глазеть! — шикает на всех Пётр.
— Поздно. Они и так все увидели, Петь.
Хмурится. Не понимает.
От стресса мне и смешно, и мерзко.
— Видеонаблюдение вместо муляжей поставили два месяца назад. Мы с тобой обсуждали. Но тебе, конечно, было некогда, — поясняю с мстительным удовольствием.
Открываю дверь и становлюсь свидетелем измены.
Пакеты с продуктами падают на пол, а муж прекращает целовать постороннюю женщину в спальне моей дочки, оборачиваясь ко мне.
Вина в глазах? Раскаянье? Нет, он усмехается довольно, прикрывая простыней свою любовницу.
- Будешь отрицать? – спрашиваю довольно тихо.
- Нет. Признаю. Виновен по всем статьям. Выйди, пока моя девочка оденется и поговорим, как цивилизованные люди, - с усмешкой проговорил.
Дочь на его стороне, а напоследок муж сказал:
- Маш, тебя волновать не должно. Был я с одной или тремя – не твое дело. Бабская обязанность отвечать за климат в семье. Мужик свернул налево? Твое же упущение. Семья уже из-за тебя развалилась.
Мы расстались, но прошел год, и он увидел меня с коляской в парке…
Пакеты с продуктами падают на пол, а муж прекращает целовать постороннюю женщину в спальне моей дочки, оборачиваясь ко мне.
Вина в глазах? Раскаянье? Нет, он усмехается довольно, прикрывая простыней свою любовницу.
- Будешь отрицать? – спрашиваю довольно тихо.
- Нет. Признаю. Виновен по всем статьям. Выйди, пока моя девочка оденется и поговорим, как цивилизованные люди, - с усмешкой проговорил.
Дочь на его стороне, а напоследок муж сказал:
- Маш, тебя волновать не должно. Был я с одной или тремя – не твое дело. Бабская обязанность отвечать за климат в семье. Мужик свернул налево? Твое же упущение. Семья уже из-за тебя развалилась.
Мы расстались, но прошел год, и он увидел меня с коляской в парке…
Выберите полку для книги