Книги по тегу «разница в возрасте»: ""
- Я хочу свое право, - произносит мой свекор.
- Какое еще право? - улыбается муж.
Лицо Булата остается непроницаемым. Он смотрит прямо в глаза сыну таким взглядом, от какого я бы, наверное, уже скукожилась.
- Право первой ночи, - спокойно объявляет Аскеров.
Перевожу испуганный взгляд на своего мужа и вижу, как его перекашивает от злости. Жду, что он набросится на моего свекра. Что отстоит мою честь и свое право решать, кто притронется ко мне. Но он только громко сопит, а потом… бессильно кивает.
Жестокий. Беспринципный. Чудовище. Мой свекор хочет свое право первой ночи, а я все еще надеюсь на защиту мужа. Только в итоге совсем не Булат Аскеров оказывается настоящим монстром…
- Какое еще право? - улыбается муж.
Лицо Булата остается непроницаемым. Он смотрит прямо в глаза сыну таким взглядом, от какого я бы, наверное, уже скукожилась.
- Право первой ночи, - спокойно объявляет Аскеров.
Перевожу испуганный взгляд на своего мужа и вижу, как его перекашивает от злости. Жду, что он набросится на моего свекра. Что отстоит мою честь и свое право решать, кто притронется ко мне. Но он только громко сопит, а потом… бессильно кивает.
Жестокий. Беспринципный. Чудовище. Мой свекор хочет свое право первой ночи, а я все еще надеюсь на защиту мужа. Только в итоге совсем не Булат Аскеров оказывается настоящим монстром…
- У тебя красивая дочь, Сильницкий, - слышу из гостиной хриплый голос с лёгким кавказским акцентом. - Будет для меня идеальным трофеем.
- Даже не думай, Тамерлан, - доносится испуганный голос отца, - не трогай Герду, у неё жених, послезавтра свадьба...
- Плевать я хотел, есть жених или нет, - едва не рычит обладатель грозного голоса. - Ты весь криминальный круг подставил Сильницкий. В наказание заберём или твой бизнес, или твою дочь.
Сердце замирает в груди...
Бросаюсь прочь от гостиной, но меня хватают за руки, толкают в комнату.
Едва оказываюсь внутри, встречаюсь взглядом с ним...
Дорогой чёрный костюм, огромные мышцы, аромат элитного парфюма, татуировки преступного клана, шрам на шее и глаза, полные порочного пламени.
Это не бандит... сам дьявол, который пришёл с одной целью: забрать меня с собой.
- Ты ещё красивее, чем о тебе говорят, - усмехается Тамерлан. - Станешь для меня второй женой, Герда. Будешь моей куклой для утех...
- Даже не думай, Тамерлан, - доносится испуганный голос отца, - не трогай Герду, у неё жених, послезавтра свадьба...
- Плевать я хотел, есть жених или нет, - едва не рычит обладатель грозного голоса. - Ты весь криминальный круг подставил Сильницкий. В наказание заберём или твой бизнес, или твою дочь.
Сердце замирает в груди...
Бросаюсь прочь от гостиной, но меня хватают за руки, толкают в комнату.
Едва оказываюсь внутри, встречаюсь взглядом с ним...
Дорогой чёрный костюм, огромные мышцы, аромат элитного парфюма, татуировки преступного клана, шрам на шее и глаза, полные порочного пламени.
Это не бандит... сам дьявол, который пришёл с одной целью: забрать меня с собой.
- Ты ещё красивее, чем о тебе говорят, - усмехается Тамерлан. - Станешь для меня второй женой, Герда. Будешь моей куклой для утех...
— Первую брачную ночь проведёшь со мной, — заявляет накануне свадьбы отец жениха, властный и красивый Ратмир Казаченко.
В первую секунду кажется, что послышалось.
Но потом он прижимает к себе и жарко шепчет на ухо:
— Я знаю твою страшную тайну, Ника, знаю, что ты натворила. Если не хочешь, чтобы её узнали другие, будешь послушной, сделаешь всё, как я скажу, поняла?
— Что? Нет… вы не можете…
От его парфюма кружится голова, от его близости всё внутри горит.
А в соседней комнате прямо сейчас мой жених.
Если он зайдёт и увидит нас… будет катастрофа!
— Я могу всё, девочка, — говорит Ратмир хриплым голосом, — после банкета сразу в мой номер поднимешься. Ослушаешься – тебе конец.
Он не даёт ответить, сминает мои губы жёстким поцелуем.
— Ты недостойна быть невестой моего сына, — улыбается, похожий на зверя, — а на роль моей послушной подстилки сгодишься…
В первую секунду кажется, что послышалось.
Но потом он прижимает к себе и жарко шепчет на ухо:
— Я знаю твою страшную тайну, Ника, знаю, что ты натворила. Если не хочешь, чтобы её узнали другие, будешь послушной, сделаешь всё, как я скажу, поняла?
— Что? Нет… вы не можете…
От его парфюма кружится голова, от его близости всё внутри горит.
А в соседней комнате прямо сейчас мой жених.
Если он зайдёт и увидит нас… будет катастрофа!
— Я могу всё, девочка, — говорит Ратмир хриплым голосом, — после банкета сразу в мой номер поднимешься. Ослушаешься – тебе конец.
Он не даёт ответить, сминает мои губы жёстким поцелуем.
— Ты недостойна быть невестой моего сына, — улыбается, похожий на зверя, — а на роль моей послушной подстилки сгодишься…
– Выдыхайте, Анастасия Дмитриевна. Он за дело получил.
– Совсем страх потерял? Это заведующий кафедрой! Где твое чувство самосохранения?
– У меня его нет.
– Как и всего остального.
– Не скажите. Кое-что в наличии, и прекрасно работает, – довольно ухмыляется. – Хотите проверить?
– Это кое-что тебе не поможет!
– Мне – нет. А вам?
Мой новый студент – сущий кошмар! И главный кандидат на отчисление. По моей вине!
Я это так не оставлю! И мой без пяти минут бывший муж ещё сильно пожалеет, что заключил со мной это пари на вылет.
– Совсем страх потерял? Это заведующий кафедрой! Где твое чувство самосохранения?
– У меня его нет.
– Как и всего остального.
– Не скажите. Кое-что в наличии, и прекрасно работает, – довольно ухмыляется. – Хотите проверить?
– Это кое-что тебе не поможет!
– Мне – нет. А вам?
Мой новый студент – сущий кошмар! И главный кандидат на отчисление. По моей вине!
Я это так не оставлю! И мой без пяти минут бывший муж ещё сильно пожалеет, что заключил со мной это пари на вылет.
Я ловлю ее за локоть в тесной подсобке среди ящиков с пивом. Запах ее шампуня перебивает запах затхлого воздуха. Она вырвалась из бара после того, как облила мой рукав текилой.
— Где я тебя видел? — мой голос хриплый. Я прижимаю ее к стене, чувствую, как дрожит ее тело под тонкой тканью корсета.
— Нигде. Я не… Я просто официантка.
Ложь. Я знаю эти глаза. Угасающий мед, сейчас полный паники и еще чего-то. Мое тело помнит. Яростно помнит.
Я не могу себя остановить. Пригибаюсь и захватываю ее губы. Жестко. Вопросительно.
Она замирает. Не отвечает. Ее губы мягкие, невинные под моим натиском. И это сводит меня с ума.
Затем в ее теле происходит что-то — сдача, вздох. Ее пальцы впиваются в мою футболку. В мире остается только ее вкус, сладковатый, как запретный плод, и дикий рёв в висках, кричащий МОЯ.
Зверь проснулся и узнал свою добычу.
— Где я тебя видел? — мой голос хриплый. Я прижимаю ее к стене, чувствую, как дрожит ее тело под тонкой тканью корсета.
— Нигде. Я не… Я просто официантка.
Ложь. Я знаю эти глаза. Угасающий мед, сейчас полный паники и еще чего-то. Мое тело помнит. Яростно помнит.
Я не могу себя остановить. Пригибаюсь и захватываю ее губы. Жестко. Вопросительно.
Она замирает. Не отвечает. Ее губы мягкие, невинные под моим натиском. И это сводит меня с ума.
Затем в ее теле происходит что-то — сдача, вздох. Ее пальцы впиваются в мою футболку. В мире остается только ее вкус, сладковатый, как запретный плод, и дикий рёв в висках, кричащий МОЯ.
Зверь проснулся и узнал свою добычу.
- Руки уберите! Что вы делаете в моём номере?
- Тише красивая, хорошо лежишь! Не двигайся, тебе понравится!
Откуда в запертой комнате взялся большой и наглый кавказец?
- Я сейчас вызову полицию...
- Она тебе не поможет, пышка! В этом городе полиция подчиняется мне. И ты тоже подчинишься...
Этот кавказский мерзавец ворвался в мой номер в отеле и решил, что я его подарок на четырнадцатое февраля!
И, что самое подлое, вскоре от этого бородатого наглеца будет зависеть не только моя судьба, но и жизнь очень близкого для меня человека...
- Тише красивая, хорошо лежишь! Не двигайся, тебе понравится!
Откуда в запертой комнате взялся большой и наглый кавказец?
- Я сейчас вызову полицию...
- Она тебе не поможет, пышка! В этом городе полиция подчиняется мне. И ты тоже подчинишься...
Этот кавказский мерзавец ворвался в мой номер в отеле и решил, что я его подарок на четырнадцатое февраля!
И, что самое подлое, вскоре от этого бородатого наглеца будет зависеть не только моя судьба, но и жизнь очень близкого для меня человека...
В доме своего отца Кира чувствует себя чужой. Холодный, властный Александр Волин — успешный бизнесмен, привыкший к одиночеству и контролю. Между ними давно стена непонимания. Но когда в их жизнь врывается дерзкая подруга Оля, всё меняется.
Он терпеть не может чужих в своём пространстве. Она не собирается подчиняться правилам.
— Я выживала в лесу в палатках, — огрызается Оля. — Ваш особняк — не самое страшное испытание.
Александр усмехается уголками губ:
— Посмотрим, как долго простоит твоя палатка в моём доме.
С этого момента начинается их война. И игра, в которой никто не хочет проигрывать. Но когда ночь в библиотеке стирает все границы, становится ясно: победителей здесь не будет. Будут только двое, сгорающих в пламени, которое сами разожгли.
Он терпеть не может чужих в своём пространстве. Она не собирается подчиняться правилам.
— Я выживала в лесу в палатках, — огрызается Оля. — Ваш особняк — не самое страшное испытание.
Александр усмехается уголками губ:
— Посмотрим, как долго простоит твоя палатка в моём доме.
С этого момента начинается их война. И игра, в которой никто не хочет проигрывать. Но когда ночь в библиотеке стирает все границы, становится ясно: победителей здесь не будет. Будут только двое, сгорающих в пламени, которое сами разожгли.
— Вадим, знакомься, моя умница-красавица дочь Ия, но ты вряд ли ее помнишь, — представляет отец своего друга. — Она последние восемь лет жила с матерью, а сейчас вернулась на родину. Ия, а это Вадим Покровский, помнишь его?
Помню, еще как помню.
Месяц назад он лишил меня невинности в номере отеля.
А сейчас смотрит холодно, словно хочет задушить.
— Ия, значит, — хмыкает. — Приятно познакомиться.
Ох.
Что же будет дальше…
Помню, еще как помню.
Месяц назад он лишил меня невинности в номере отеля.
А сейчас смотрит холодно, словно хочет задушить.
— Ия, значит, — хмыкает. — Приятно познакомиться.
Ох.
Что же будет дальше…
– Завтра к нам придет очень уважаемый человек, дочь. Будь умницей, ты должна произвести хорошее впечатление. Демьян Вячеславович хочет взять тебя в жёны и ты не должна меня опозорить.
– Папа, мы не в каменном веке живём. Я не пойду замуж за незнакомца!
– Пойдешь, куда ты денешься. Всё уже решено, Валя. Я в тебя столько вложил, пора отблагодарить за эти труды.
Когда у отца начались проблемы, он отдал меня в жёны депутату нашего города, чтобы спасти своё кресло мэра.
Демьян Герасимов – опасный человек с идеальной репутацией «лучшего друга» криминала. Наш брак – сделка, а моя жизнь – под его контролем. Демьян не просто хочет меня. Он живёт мной.
– Почему ты меня боишься, любимая?
– Потому что ты не нормальный.
Я должна его ненавидеть, сопротивляться и не замечать, как за жёсткой властью скрывается человек, готовый уничтожать всё вокруг, лишь бы я посмотрела на него. Но чем сильнее я отталкиваю, тем безумнее становится его любовь.
– Папа, мы не в каменном веке живём. Я не пойду замуж за незнакомца!
– Пойдешь, куда ты денешься. Всё уже решено, Валя. Я в тебя столько вложил, пора отблагодарить за эти труды.
Когда у отца начались проблемы, он отдал меня в жёны депутату нашего города, чтобы спасти своё кресло мэра.
Демьян Герасимов – опасный человек с идеальной репутацией «лучшего друга» криминала. Наш брак – сделка, а моя жизнь – под его контролем. Демьян не просто хочет меня. Он живёт мной.
– Почему ты меня боишься, любимая?
– Потому что ты не нормальный.
Я должна его ненавидеть, сопротивляться и не замечать, как за жёсткой властью скрывается человек, готовый уничтожать всё вокруг, лишь бы я посмотрела на него. Но чем сильнее я отталкиваю, тем безумнее становится его любовь.
– Она не девственница! – кричит мой муж, швырнув меня на землю. – Крови не было!
– Ее надо наказать за это, – как змея шипит свекровь. – Я говорила, что не надо брать в жены ее. Такая красота от шайтана!
– Что мне теперь делать? – спрашивает муж, пока в меня летят камни.
– Мы смоем этот позор, сынок. Точнее, сожжем, – заявляет его мать и берет в руки факел. – Привяжите ее к тому столбу.
Меня хватают и привязывают.
В этот момент на территорию врывается человек в черном на вороном коне.
– Ты мне должен, – обвивает шею моего мужа кнутом. – Я в счет долга хочу ее. Твою неверную жену.
Он откидывает капюшон, и я узнаю того, кого ненавижу всей душой.
– Нет! Только не он. Лучше сгорю дотла!
– Ее надо наказать за это, – как змея шипит свекровь. – Я говорила, что не надо брать в жены ее. Такая красота от шайтана!
– Что мне теперь делать? – спрашивает муж, пока в меня летят камни.
– Мы смоем этот позор, сынок. Точнее, сожжем, – заявляет его мать и берет в руки факел. – Привяжите ее к тому столбу.
Меня хватают и привязывают.
В этот момент на территорию врывается человек в черном на вороном коне.
– Ты мне должен, – обвивает шею моего мужа кнутом. – Я в счет долга хочу ее. Твою неверную жену.
Он откидывает капюшон, и я узнаю того, кого ненавижу всей душой.
– Нет! Только не он. Лучше сгорю дотла!
Выберите полку для книги