Книги по тегу «ребенок и настоящий мужчина»: ""

— Это майор Драгунский Арсений Витальевич? — слышу милый женский голосок, отчего смягчаюсь.
— Да, это я. Кто говорит?
— Это вам звонят из клиники «Надежда»… — девушка вдруг начинает заикаться.
В голове всплывает, что название мне знакомо. Откуда-то… Когда прежде я его слышал? Припомнить не могу. Какие дела у меня могут быть с этой клиникой?
И в следующую минуту девушка добавляет:
— Из репродуктивной клиники «Надежда», где хранился ваш материал.
И тут я вспоминаю ту процедуру, о которой уже успел забыть. Генерал-лейтенант настоял…
— Что вы хотели? — спрашиваю осторожно.
— Вы должны приехать… Кое-что случилось.
— Что могло случиться? — усмехаюсь. — Потеряли мой материал? Да бог с ним!
— Арсений Витальевич, произошло недоразумение… Ваш материал был использован. Мы разбираемся, но… вы стали донором для неизвестной женщины.
— Это шутка? — спрашиваю я.
В ответ — лишь молчание.
Это правда.

Когда вас ломают, вы испытываете боль, меня били и ломали, унижали, использовали. Мне было больно и одиноко. Но, я восстану, соберу свое сломанное тело и душу, и отомщу каждому, кто использовал меня, каждому кто меня унижал и бил. Моя месть будет изощренной, каждый получит по заслугам, а я... я буду смеяться и плакать от счастья на их могилах.

-Даша, я прекрасно знаю твоего мужа и полностью отдаю отчет своим словам. Корнеев Александр Семенович купил квартиру Новиковой Анне Петровне..... Я сама эту сделку оформляла.... Думала, что вы развелись, поэтому не придала этому особого значения... Парочка вела себя так, словно они давно вместе.

Жена изменила, новорождённый сын умер. Только встреча с юной Варей даёт Святославу утешение и надежду на счастье. Но почему её ребёнок так похож на его покойного сына? ...

Семь дней мир спал мёртвым сном, расколов мою жизнь на «до» и «после». Я, сотрудница клиники сна, страдающая бессонницей, думала, что знаю всё о ночных ужасах. Но Семидневный сон поглотил мир, и я оказалась в Царстве Ночи, где сны — реальность, а кошмары — хищники. Грезар, властелин снов, обещал спасение, но его брат Даемос, Король Кошмаров, сделал меня своей пленницей. Любовь Грезара манит к свету, но тьма Даемоса завораживает. Смогу ли я, смертная, переиграть Короля Кошмаров и найти свободу, или тьма станет частью меня?

В восемнадцать лет я думала, что знаю, чего хочу. Призналась в любви мужчине, которого любила с четырнадцати… и услышала в ответ, что он видит во мне младшую сестрёнку.
А на следующий день потеряла родителей в аварии.
Теперь у меня нет семьи, нет дома, нет опоры.
Я уехала на дачу — туда, где ещё дышит память о близких. И клянусь себе: никаких чувств к Роберту больше не будет.

Но он снова появляется в моей жизни. И с просьбой, от которой у меня перехватывает дыхание:
— У меня есть сын. Помоги мне с ним познакомиться.

Я не знаю, зачем согласилась. Может, потому что в его растерянных глазах увидела то же одиночество, что и в своих.
А может… потому что иногда жизнь возвращает нам людей, чтобы проверить, отпустили ли мы их на самом деле.

— Пётр Анатольевич, много лет назад, находясь в столице, вы проходили у нас процедуру сдачи биологического материала на хранение согласно протоколу вашей организации…
— Я помню. К сути.
В трубке секундная заминка. Голос, кажется, становится ещё более испуганным.
— В ходе внутренней проверки была выявлена прискорбная ошибка протокола. Ваш материал, предназначенный для криоконсервации, был ошибочно помещён в донорскую базу данных.

Я молчу. Пытаюсь осмыслить услышанное. Слова вроде бы русские, но смысл от меня ускользает. Ошибка протокола? Донорская база?
— И что это значит? — спрашиваю я медленно, с расстановкой.
— Это значит… Пётр Анатольевич, ваш биологический материал был использован в процедуре ЭКО. Успешно. Год назад родилась девочка.

— Поздравляю с отцовством, батя, — заявил мелкий нахал, с вызовом глядя на меня снизу вверх.
У меня резко отвалилась челюсть. Да не буквально, конечно, но отвисла знатно.
— Чё ты смотришь так? Радоваться надо! Дети - это счастье! А меня и растить не надо… К туалету приучен, ложку держать умею, — продолжил малец, спокойно оттесняя меня в сторону и проникая в квартиру.

Я, Андрей Князев — гроза мототреков, тот, кого называют Князем и за глаза шепотом величают «тем ещё гадом», сейчас стою в дверях собственной квартиры и пялюсь на мелкого пацана максимум лет восьми, заявившем мне, что он мой сын!

Вот это приплыли… И кого мне благодарить за такое счастье?!

— Я не няня, — попытался объяснить Олег, но Марина уже неслась по коридору:
— Гулять обязательно! Не меньше двух часов! А кушает только сосиски и макароны-рожки!

У Олега была размеренная холостяцкая жизнь, дорогая квартира, успешная карьера и никаких планов на семью. А потом появились Марина с Максимом — и всё изменилось.

— Привет, — осторожно приоткрыл дверь шире, стараясь не напугать малую. — А ты чего здесь делаешь?
— Пливет, — растянула губы в улыбке рыжуля. — Я маму жду.
— Маму? — нахмурился я. — А где твоя мама?
— Ушла лазговаливать с папой по телефону, — пожала плечами малая.
— А почему ты… не дома в кровати? — опешил я.
— Потому что мы тут спим, — кивнула девчушка в сторону.
Проследил за её взглядом и только сейчас увидел разложенный диван, застеленный светлой простыней. Детское одеялко в ярком пододеяльнике и несколько диванных подушек завершали картину подготовки ко сну.

Что происходит и почему в моём кабинете ночует сотрудница с маленькой дочерью?